Практически не думал о Банке России как о потенциальном месте работы, но этот факт…

Я думаю, что стремление текущего правительства к такой цифровизации объясняется трудовым опытом его руководства. И Михаил Мишустин, и Дмитрий Григоренко до этого работали в ФНС. А в ее деятельности наблюдение за финансовым положением и финансовыми потоками организацией это более половины успеха. В реализации социально-экономической политики, к сожалению, всё сильно сложнее.

Наверное внедрение цифровизации, оперативной статистики и тотального контроля за проектной деятельностью являются частью исторической роли текущего состава правительства. А следующие составы смогут в полной мере думать о содержательной части и правильным стимулах.

Мы тут недавно похихикали над дашбордами, а теперь давайте серьезно

У правительства на ЕМИСС в открытом доступе размещено 405 показателей для мониторинга нацпроектов, примерно по 40 в среднем на одного вице-премьера, и почти по 100 показателей в среднем, если смотреть на тех из них, кто реально участвует в реализации нацпроектов. И это только публичные показатели, есть еще и закрытые. Большинство из них мониторится Росстатом ежемесячно, некоторые еще и в разрезе по регионам.

Плюс мониторинг всех контрольных точек, мероприятий и исполнения бюджетов госпрограмм.

Плюс мониторинг нескольких десятков так называемых «инцидентов» в ситуационном центре.

Ну и как вишенка на торте, контроль сроков по сотням поручений президента и правительства.

Обслуживают это всё тысячи человек в аппарате, аналитическом центре, ситуационном центре, министерствах и ведомствах и в регионах. А данные собираются по десяткам статистических наблюдений, которые ВСЕ предприятия сдают ежемесячно (вспоминаем пост про бюрократию и производительность труда): отдельная форма про то, сколько роботов использовали в этом месяце, отдельная форма про то, сколько заплатили за b2b saas, отдельная форма про то, сколько заплатили за инновации в этом месяце, и так далее.

Весь это объем оперативной информации создает приятную иллюзию контроля. Именно контроль и такого рода операционная эффективность зачастую ассоциируются с силой правительства. На мой взгляд, это в корне неверно. Сила правительства измеряется способностью достигать цели, которые перед ним стоят. Помогает ли абсолютный контроль достигать цели? Наверное, наличие контроля является необходимым условием, но никак не достаточным.

M.C. Best, J. Hjort, D. Szakonyi "Individuals and Organizations as Sources of State Effectiveness"
NBER Working Paper Series, 2017, No. 23350

Вопрос исследования
Как эффективность бюрократов влияет на продуктивность государства? Исследуется влияние индивидуальных особенностей бюрократов на результаты закупок и их взаимодействие с организациями.

Данные
Анализ основан на данных о 16 миллионах публичных закупок в России с 2011 по 2016 год.

Методология
Используются методы текстового анализа для классификации товаров и методология разложения дисперсии для оценки влияния индивидуальных бюрократов и организаций. Исследуется связь между качеством закупок и эффективность бюрократов через множественные экспериментальные смены бюрократов в организациях.

Результаты
39% вариаций в ценах закупок объясняется бюрократами и организациями. Переход к более эффективным бюрократам приводит к снижению закупочных цен в среднем на 18%. Введение предпочтений для отечественных производителей повышает участие местных фирм, однако эффективность таких мер зависит от уровня бюрократической эффективности.

Определение потенциального уровня ВВП для возможного использования в бюджетном правиле в России сопряжено с рядом сложностей.

небольшое количество аналитических и экспертных команд, оценки которых можно было бы использовать

низкий уровень доверия и большое пространство для давления и манипуляций, в том числе если оценку будет делать сам Минэк

Исходя из этого, или процедура должна быть очень сложной (создавать правильные стимулы и быть защищенной от манипуляций), или быть наивной (никто не должен принимать никаких решений)

Вариант второго решения — использование среднего роста за предыдущие N лет. Этот способ дает приемлемую оценку и при этом не зависит от чьих-либо оценок ненаблюдаемых переменных.

👆 Согласен с коллегами, писал об этом ранее здесь

@ibelokurov33

💡В такой ситуации помогло бы контрциклическое бюджетное правило именно в части ННГД, которое направляло бы на расходы ту часть ННГД, которая соответствует потенциальному уровню ВВП:

i) когда экономика перегрета, часть "перегретых" ННГД копится, а повышенные расходы относительно потенциала экономики по инерции не экстраполируются в будущее => масштаб требуемой (болезненной) консолидации в будущем оказывается меньше

ii) наоборот, когда экономика находится под своим потенциалом, можно тратить больше, чем диктует нынешнее бюджетное правило => требуемая консолидация оказывается менее болезненной

@xtxixty

5% работников сообщили о том, что для их работы нужны навыки работы с искусственным интеллектом

Росстат впервые опубликовал результаты опроса о навыках занятого населения, проведенного в рамках ежемесячного выборочного обследования рабочей силы.

Самая большая доля тех, кто указал о необходимости иметь навыки для работы с ИИ, наблюдается среди специалистов высшей квалификации — 10,6%. Туда входят ученые, врачи, айтишники, финансисты, учителя, юристы и некоторые другие профессии.

Большинство указали, что владеют навыками работы с ИИ на базовом или среднем уровне. Базовый уровень подразумевает способность использовать стандартные модели для генерации картинок и текста. Средний уровень — способность самостоятельно настраивать чат-ботов, профессиональный софт для прогнозирования или компьютерного зрения. Продвинутый уровень означает способность самостоятельно создавать или дообучать модели.

При этом, 33% занятых сообщили, что хоть они и обладают навыками работы с ИИ, их текущее место работы не требует применения этих навыков.

Всего, исходя из статистики Росстата, около 28 миллионов занятых россиян имеют навыки работы с ИИ, более 2 миллионов из них — на продвинутом уровне. При этом, лишь половина среди имеющих продвинутые навыки сталкивается с профессиональной необходимостью их применять.

Подпишитесь на Экономический анализ

В этом есть и заслуги автоматизированных систем: позволяют […] своевременно корректировать планы, чтобы целевые показатели были выполнены.

Эксперт пишет о правительственных дашбордах и информсистемах. Вовремя снижать целевые показатели дело, действительно, важное.

Минэк тоже уменьшает прогнозы, сближаемся

Мы ожидаем, что в 2026 г. удастся сохранить положительную динамику ВВП +0,4%

- Александр Новак

В России долгое время внимание экономической политики ограничивалось государственными инвестициями в инфраструктуру и улучшением возможностей для осуществления инвестиций организациями. Это понятное направление, в котором, действительно, что-то продвинулось.

Последние годы внимание обращено и на граждан. Ранее создавались условия для того, чтобы они активнее заходили на биржу, сейчас добавилась программа долгосрочных сбережений, когда людям доплачивают за внесение денег в пенсионные фонды. Я смотрю на это, как на механизм увеличения длины пассивов, а не на механизм роста суммарного объема сбережений.

Для финансовой системы это способ перенести риски с банковского сектора на граждан. Ведь ставка по депозитам фиксирована, а с накопительного счета можно снять деньги в любое время, поэтому у банка есть сложности по превращению таких пассивов в длинные активы (в общем-то за этот риск он и получает свою прибыль). А когда ты приносишь деньги в фонд или покупаешь облигацию сам, процентные и другие риски несешь уже ты.

По сути, предложение государства звучит так: «переложите деньги с депозитов в фонды или на биржу, а мы заплатим вам за дополнительный риск 36 тысяч рублей в год».

Для банков это не означает потерю ликвидности, деньги с депозитов попадут на счета фондов, а с них, например, эмитентам облигаций. Поменяется структура банковских пассивов: вероятно, уменьшится доля депозитов на 1-3 года, увеличится доля средств на текущих счетах. При этом, у банков останется возможность самим получать длинное финансирование, занимая у фондов.

На текущий момент 38% от сбережений граждан относятся к категории долгосрочных. К этой цифре нужно отнестись аккуратно, потому что официальная методология считает долгосрочными любые сбережения, кроме средств в банках, так что если вы держите паи в фонде денежного рынка, то вы тоже своего рода долгосрочный инвестор.

Этот механизм частично решает проблему отсутствия длинных пассивов под долгосрочные инвестиционные проекты. Но это по-прежнему не способ увеличить общие сбережения в экономике, потому что общие сбережения зависят от решений типа «потреблять или сберегать» и «работать или отдыхать», а не от выбора класса активов для сбережения. Увеличить сбережения населения мог бы, например, отказ от распределительной пенсионной системы, но об этом как-нибудь в следующий раз.

Круто! Что нужно, чтобы это достичь?

Как мы помним, чисто арифметически инвестиции равны сумме сбережений всех секторов (домохозяйств, государства и внешнего сектора). Но это ничего не говорит о том, что конкретно нужно делать, чтобы их увеличить.

С государством с точки зрения конкретных действий все более-менее понятно: принять поправки в бюджетный кодекс, сократить госпотребление, увеличить госинвестиции.

С домохозяйствами намного сложнее. Прямое принуждение к сбережениям вряд ли возможно, но создание стимулов — вполне.

Пример Китая, который по-видимому нравится российскому экономическому блоку, дает весьма конкретные примеры таких стимулов: высокие налоги плюс низкая социальная защита. Отсутствие ощутимых государственных пенсий, медицинских и социальных страховок вынуждают население меньше потреблять и больше сберегать. Государство же направляет больше средств на инвестиции. Помимо этого, в Китае сильно меньше, чем в западных обществах, к которым относится и Россия, развита культура потребления, поэтому для многих китайцев рост дохода ассоциирован с меньшим ростом потребления.

Повысить долю инвестиций в основной капитал в ВВП с 21% до 25%

Так звучала одна из целей Единого плана по достижению национальных целей, утвержденного в 2019 году. Она не была достигнута.

Но зачем это нужно? Разберемся с моделью Солоу. Согласно ней, на траектории сбалансированного роста выпуск на единицу эффективного труда постоянен и зависит от объема капитала в экономике на единицу эффективного труда:

y* = (k*) ^ α,

а объем капитала определяется через долю инвестиций (s), эластичность выпуска по капиталу (α), темп роста населения (n), темп технического прогресса (g) и амортизацию (δ):

k* = [ s / (n+g+δ​) ] ^ (1/(1−α)​)

Модель не объясняет динамику параметров, но может помочь в оценке того, как изменится траектория сбалансированного роста при их изменении.

При α=0,5, что реалистично для российской экономики, изменение выпуска в равновесии будет равно относительному изменению доли инвестиций:

y*_25 / y*_21 = 25/21 = 119%

Это значит, что при постоянном увеличении доли инвестиций с 21% до 25% выпуск на единицу эффективного труда станет на 19% выше.

Но этот эффект растянут во времени, и модель Солоу позволяет оценить, как долго экономика будет идти к новому равновесию. При калибровке для России половина разрыва между старой и новой траекториями будет пройдена за 23 года, за это время эффект будет составлять в среднем 0,4 пп дополнительного роста на единицу эффективного труда в год.

«Ключевой задачей надзора остается укрепление имущественной и финансовой основы государства» — сообщал недавно генпрокурор в Совете Федерации. И назвал цифру 2,5 трлн рублей обращенных в доход государства за 2025 год активов.

2,5 трлн рублей это 1% ВВП. Много это или мало для изъятий в пользу государства через исковые механизмы? Можете ответить каждый сам для себя.

Но, как выражался один американский профессор российского происхождения, предприниматели при принятии решений по бизнесу закладывают не только официальную налоговую нагрузку, которая в России по-прежнему не прямо сильно высокая, но и какую-то вероятность уплаты 100% налога в виде потери бизнеса. И тут уже готовность расширять бизнес в таких условиях зависит от склонности отдельных людей к риску.

Наибольший рост подушевого дохода происходит именно в бедных домохозяйствах, там он составляет 2-3 раза.

Большие домохозяйства имеют низкий подушевой доход, потому что это чаще всего семьи с детьми, пенсионеры с детьми, семьи из сельской местности, проживающие в отдельных домах.

Как «эквивалентная шкала» меняет распределение подушевого дохода?

Данные ВНДН-2024 показывают, что сильно.

Средний подушевой доход растет с 50 до 67 тысяч рублей
Медианный — с 40 до 58 тысяч рублей

Если в исходных данных общий доход делился в среднем на 2,2, максимум на 12 членов домохозяйства, то с использованием эквивалентной шкалы в среднем на 1,4, максимум на 3,5 «эквивалентных» членов.

Росстат вернул данные по неравенству — и они все равно рекордные. Ранее ведомство их удалило

В марте Росстат опубликовали и почти сразу же удалил оценку неравенства в России за 2025 год. Мы восстановили данные по методологии ведомства: тогда значение коэффициента Джини составило 0,419.

29 апреля Росстат опубликовал обновленную официальную оценку — 0,422. Такое же значение было в 2007 году, когда оно было максимальным за все время наблюдений.

А еще ведомство стало рассчитывать пять новых показателей Джини: четыре по эквивалентной шкале для разного дохода, один — для национальной цели развития. Эти изменения приближают оценки к международным стандартам.

Изменение №1: Средний доход на домохозяйство

Ранее Росстат делил общий доход семьи на число ее членов. Если в семье из двух родителей и двух детей доход в 100 тысяч рублей, то на каждого — 25 тысяч.

Теперь доход делится на поправочный коэффициент, который учитывает, что большая семья не тратит пропорционально больше: квартира, машина и другие крупные расходы общие. Росстат считает этот коэффициент как квадратный корень из числа членов семьи — для семьи из четырех человек он равен 2. Это значит, что те же 100 тысяч рублей делятся на 2, а не на 4 — и расчетный доход на члена семьи вырастает вдвое.

Новая формула повышает расчетный доход больших семей. А в России многодетные семьи в среднем беднее — значит, методология автоматически сближает их доходы с доходами богатых людей. Схожим образом делают Евростат и страны ОЭСР.

Изменение №2: Структура дохода

Росстат рассчитывал неравенство по валовому доходу — зарплаты, пенсия и пособия без учета налогов и страховых взносов. Теперь ведомство рассчитывает четыре отдельных показателя:

для первичного дохода (зарплата, доходы от имущества и активов, чистые трансферты от других лиц)

для рыночного дохода (первичный доход и выплаты, связанные с работой: больничные, пособия по безработице и прочее)

для валового дохода (рыночный доход и социальные выплаты от государства, за вычетом взносов в систему социального страхования)

для располагаемого дохода (то, что остается у семьи после уплаты налогов и обязательных социальных взносов)

Такое деление помогает увидеть, за счет чего меняется разрыв между богатыми и бедными. Например, неравенство по располагаемому доходу снизилось с 0,316 в 2017 году до 0,308 в 2024-м. По старой методологии оно не менялось вовсе: оба года — 0,410.

Изменение №3: Методология для национальной цели

В 2024 году Владимир Путин поставил цель: снизить коэффициент Джини до 0,37 к 2030 году и до 0,33 к 2036-му. Однако по старой методологии неравенство в России не снижалось — даже наоборот, оно росло.

Теперь Росстат представил еще один показатель — вариант коэффициента, предназначенный специально для отслеживания национальных целей. Он не учитывает состав домохозяйств, но берет в расчет налоги и разницу цен между регионами. В 2025 году показатель Джини по этой методологии составил 0,375. Таким образом, поставленная президентом цель уже практически достигнута.

Помните его? Это он

Росстат представил новую методологию расчета коэффициента Джини, которая учитывает налоговую нагрузку и региональную дифференциацию.

@frank_media22121

Показатель безработицы в силу используемой методологии не позволяет делать строгие выводы о движении работников.

На этот случай у нас есть административные данные о выбытии сотрудников. Что они говорят?

Несмотря на замедляющуюся экономическую активность, число увольнений в 2025 году сократилось. Работники предпочитают пересидеть сложные времена, работодатели сохраняют занятость, замедляют найм и оптимизируют выплаты персоналу.

Некая «традиционная ценность» нашего рынка труда, которая проявляла себя и в предыдущие кризисы, сейчас замедляет «структурную трансформацию».

А я все надеюсь, что запустится ВБ такси и у нас будет конкуренция хотя бы двух плановых экономик (а лучше бы еще побольше)