Откровения Ивана Б.
@ibelokurov
Откровения Ивана Б.
Бюджетное правило: соблюдать нельзя подстраивать
Министр финансов Антон Силуанов заявил, что цена отсечения в 60 долларов за баррель в механизме бюджетного правила может быть пересмотрена, новым ориентиром называют 50 долларов, что возвращает нас буквально к старой версии правила, при котором индексируемое значение должно было достигнуть 49 долларов в 2026 году. По хорошей (нет) традиции, бюджетное правило в текущем виде не успело проработать и года. Историю изменений можно глянуть на вики (к статье я приложил руку, когда работал в минфине), про механизм почитать там же или у Твердых цифр (для продвинутых).
Снижение цены отсечения это скорее благо для экономики, одновременно подверженной турбулентности и имеющей высокую инфляцию. Влияние на курс оставим в стороне, его ослабление на среднесрочном горизонте приведет как к росту доходов за счет более дорогой в рублевом выражении нефти, так и к росту расходов, зависящих от инфляции или ставки.
Снижение базовых нефтегазовых доходов приведет к уменьшению расходов бюджета. В 2023 году, когда цену отсечения подняли с 45 долларов за баррель до расчетных ≈58 долларов (8 трлн рублей базовых НГД), дефицит за счет этого увеличился примерно на 1% ВВП. Примерно такое же уменьшение дефицита можно ожидать при снижении отсечки с 60 до 50 долларов. Это должно сократить давление на спрос и равновесную нейтральную ставку. По оценкам Банка России это снизит инфляцию на 0,1-0,3 п.п. на горизонте двух лет. Эффект на нейтральную ставку можно оценить примерно, проделав простое упражнение с классическим экономическим тождеством, согласно которому сумма частных и государственных сбережений равна инвестициям:
S(Y,r) + (T−G) = I(Y,r)
Соответственно при потенциальном выпуске Y = Y* определённая комбинация (𝑟*, 𝑇−𝐺) обеспечивает равновесие.
В линеаризованной форме возьмем выражение для равновесия
S₀ + (T − G) = I₀
Добавим изменение госрасходов:
S₀ + (T − G + ΔG) = I₀ − (α + β) x (r_new − r*)
где α и β — эластичности сбережений и инвестиций по ставке.
Вычтя из нижнего выражения верхнее, получим, что изменение равновесной ставки равно изменению госрасходов ΔG, деленному на сумму эластичностей α + β. Для разных типов экономик обычно приводятся оценки снижения нейтральной ставки от 0,05 до 0,2 п.п. при устойчивом падении расходов бюджета на 1% ВВП. Выпуск при этом может незначительно сжаться на краткосрочном горизонте, но за счет снижения ставок и увеличения покупок валюты на рынке государственный спрос будет замещен потребительским и в первую очередь инвестиционным.
Когда мы говорим о постоянной доработке/приостановлении бюджетного правила, надо понимать фундаментальную причину этого процесса — неспособность текущей конструкции обеспечивать сглаживание колебаний деловой активности.
Когда правило начинало работать, российская экономика была куда более сильно интегрирована в мировую и колебалась вместе с ней. Привязка правила к цене на нефть как к функции от деловой активности обеспечивала реакцию на взаимосвязанные колебания. Росла экономическая активность в России/мире -> росла цена на нефть -> бюджет сдерживал расходы. Простой и удобный механизм до тех пор пока цикл деловой активности связан с нефтью. Сейчас ситуация не такая и то, насколько долго мы будем наблюдать «особую» динамику российской экономики, предсказать сложно.
Одно из возможных решений этого — дополнение конструкции бюджетного правила привязкой к росту экономического потенциала. Например, в Чили базовый уровень доходов бюджета определяется базовой ценой на медь и темпами роста потенциального уровня выпуска, оба параметра определяются независимыми экспертными группами. В силу разных институциональных особенностей (назовем это так) в России кажется нереалистичным передавать право определения этих бюджетных параметров неким экспертам, а вот поступить по аналогии с отсечкой на нефть вполне возможно — положить темп роста потенциала, например, в 1,5% ежегодно или отталкиваться от динамики капитала и трудовых ресурсов в экономике и рассчитывать внутри Минэка. Дальше можно упражняться с тем, как этот показатель должен изменяться, какая свобода должна быть у Минфина в кризисы и так далее. Но на уровне идеи такой механизм сможет с одной стороны защитить нас от усугубления перегревов, аналогичных наблюдаемому последние годы (опустим факт, что перегрев был создан самим правительством), а с другой стороны создать резерв ресурсов и (сравнительно) предсказуемый механизм компенсации отрицательных шоков экономического роста. Ну и Бюджетный кодекс каждый год менять не придется.
Когда правило начинало работать, российская экономика была куда более сильно интегрирована в мировую и колебалась вместе с ней. Привязка правила к цене на нефть как к функции от деловой активности обеспечивала реакцию на взаимосвязанные колебания. Росла экономическая активность в России/мире -> росла цена на нефть -> бюджет сдерживал расходы. Простой и удобный механизм до тех пор пока цикл деловой активности связан с нефтью. Сейчас ситуация не такая и то, насколько долго мы будем наблюдать «особую» динамику российской экономики, предсказать сложно.
Одно из возможных решений этого — дополнение конструкции бюджетного правила привязкой к росту экономического потенциала. Например, в Чили базовый уровень доходов бюджета определяется базовой ценой на медь и темпами роста потенциального уровня выпуска, оба параметра определяются независимыми экспертными группами. В силу разных институциональных особенностей (назовем это так) в России кажется нереалистичным передавать право определения этих бюджетных параметров неким экспертам, а вот поступить по аналогии с отсечкой на нефть вполне возможно — положить темп роста потенциала, например, в 1,5% ежегодно или отталкиваться от динамики капитала и трудовых ресурсов в экономике и рассчитывать внутри Минэка. Дальше можно упражняться с тем, как этот показатель должен изменяться, какая свобода должна быть у Минфина в кризисы и так далее. Но на уровне идеи такой механизм сможет с одной стороны защитить нас от усугубления перегревов, аналогичных наблюдаемому последние годы (опустим факт, что перегрев был создан самим правительством), а с другой стороны создать резерв ресурсов и (сравнительно) предсказуемый механизм компенсации отрицательных шоков экономического роста. Ну и Бюджетный кодекс каждый год менять не придется.
👍 8
✍ 3
❤ 1
2 1 1K
Обсуждение 2
Обсуждение не доступно в веб-версии. Чтобы написать комментарий, перейдите в приложение Telegram.
Обсудить в Telegram