Кофе за пять долларов, кешбек 15 центов. Мелочь, а приятно; но кто, собственно, эти 15 центов заплатил?

Разбираю, откуда деньги у раздающих кешбеки платёжек, криптокарт и банков.

1/ Interchange. Это комиссия, которую магазин платит с каждой покупки банку, выпустившему вашу карту. Вы платите $100, магазин получает около $97.5. Львиную долю разницы (в США в среднем 2.36% по кредиткам) забирает ваш банк, крошку сверху берут Visa и Mastercard. Из этих 2.36% банк возвращает вам полтора-два процента и называет это щедростью. На деле кешбек: ваша доля комиссии магазина, давно заложенная в цену.

2/ В Европе кешбеков нет, так как ЕС в 2015 году зажал interchange до 0.2-0.3%. Делить нечего, поэтому европейские финтехи живут на подписках и конвертации валют. В США потолок есть только у дебетовых карт крупных банков (поправка Дурбина, от $10 млрд активов). Необанки вроде Chime поэтому выпускают карты через маленькие партнёрские банки и собирают полный interchange: $600 млн за один 2020 год.

3/ Но для классического банка interchange даже не главное. Главное: проценты. Кешбек 2% получают все, а платят за банкет те, кто не гасит баланс целиком и сидит на 20%+ годовых. Плюс ваши остатки на счетах: вам ноль, банку 4-5%.

4/ Криптокарты устроены хитрее. Cash от ether.fi (крупнейший протокол ликвидного рестейкинга эфира) даёт до 3%, то есть больше самого interchange. Разницу протокол доплачивает, и не из альтруизма: карта работает воронкой. Вы кладёте эфир в vault (смарт-контракт, который держит залог) и тратите занятые под него стейблкоины примерно под 4% годовых. Ваш ETH оседает в рестейкинге, протокол зарабатывает на каждом долларе под управлением и на вашем займе. Кешбек окупается не транзакциями, а залогом.

5/ Худший жанр: кешбек собственным токеном. Crypto.com когда-то платила до 8% в CRO, который сама же и печатает. Пока CRO рос, схема выглядела вечным двигателем. В мае 2022 года ставки срезали до 0-2%, токен упал на десять с лишним процентов за день. Поинты и обещанные аирдропы из той же оперы: сегодня они не стоят эмитенту ничего.

6/ Рефералки проще всех: привлечение клиента обходится финтеху в сотни долларов, а рефералки по $50 вам и другу дешевле.

@petkevitch

Прочитал мнение, что on-ramp и off-ramp в привычном виде умрут в течение года, а их заменят unified deposits. Разбираюсь, что это меняет — для пользователя и для юриста.

On-ramp — это конвертация фиата в крипту при пополнении, off-ramp — обратная история при выводе. Обычно это отдельный сервис (MoonPay, Transak и подобные), который просто подключают к приложению как виджет: жмёшь «Deposit» или «Withdraw» — тебя перекидывает на чужой экран, там отдельный логин, отдельный KYC, и только потом деньги приходят обратно в приложение.

Unified deposit убирает этот перекидывающий экран. Инфраструктурная компания встраивает депозит и вывод прямо в интерфейс приложения — оформление и KYC остаются внутри него, хотя за кулисами по-прежнему работают чужие платёжные рельсы.

1/ Со стороны пользователя разница ощутимая: одна проверка личности вместо нескольких, не нужно заводить логин на стороннем сервисе, депозит и вывод выглядят как родная функция приложения, а не переход на чужой сайт.

2/ Со стороны юриста разница интереснее. У on-ramp регуляторный периметр виден снаружи: у MoonPay и подобных лицензии публичны, понятно, кто здесь MSB (лицензированный оператор денежных переводов в США) и кто отвечает за KYC/AML. У unified deposit эта же ответственность никуда не девается, но перестаёт быть видна пользователю — она расписана в контракте между платформой и инфраструктурным партнёром: кто держит средства клиента, пусть даже долю секунды, кто отчитывается перед регулятором и кто платит штраф, если антифрод пропустит не того клиента.

Важно при создании подобного проекта сразу продумать договорную и обязятальственную составляющую.

@petkevitch

Вижу много шума про американский Clarity Act последние пару месяцев. То его принимают, то не принимают.

Ставки на рынке предсказаний показывают стабильное снижение вероятности его принятия до конца этого года и пока ничего кардинально не меняется.

В отличии от российского проекта закона о крипте, который, по слухам, может пройти дальше уже в следующую пятницу.

@petkevitch

Такое возможно только в Сан-Франциско

Пункт 4 в договоре о продлении аренды: в обмен на само согласие продлить аренду арендодатель получает долю в 0,25% акций любого стартапа, который арендатор запустит, живя в этой квартире.

С вестингом 24 месяца, всё как надо.

А чтобы не было сомнений — отдельной строкой: советов не будет.

Один совет бы дал арендодателю - нужно оговорку под токены тоже сделать, а то акции крипто стартапов ничего не стоят обычно.

@petkevitch

Нужно признать: секьюритизация — это прошлый век. Итак, как бы я токенизировал сыр.

Вводные из прошлого поста: те же €10 млн под тот же склад созревающего сыра в Италии.

1/ Прежде всего, сам токен. Взаимозаменяемый, ERC-20. Один токен равен килограмму сыра заданного класса выдержки. Никаких NFT на конкретную голову, право держателя привязано к количеству и качеству. Погашение только натурой и только лотами: от 1 000 токенов (тонна, одна паллета) с доставкой, от одной головы (40 кг) при самовывозе со склада в Венето. Доставку и НДС оплачивает получатель.

2/ Второй вопрос: кто кому что должен. Эмитент — компания в Панаме, где на выпуск токена не нужна лицензия; сыра у неё нет, есть обязательство из токена и роль маркетингового агента за пределами ЕС. Выручку с выпуска она переводит в Италию предоплатой по договору поставки. Итальянская компания, у которой сыр и склад, подписывает безотзывное обязательство погашения в пользу любого держателя. Конструкция та же, что у складского варранта: требование к складу принадлежит тому, кто держит бумагу.

3/ Для европейского регулятора токен продаётся строго как ютилити: не сыр и не доля в сыре, а право обменять токены на сыр, килограмм за токен, лотами из пункта 1. Статья 4(3) MiCA освобождает такое предложение от регистрации: и как токен доступа к существующему товару, и, на всякий случай, как токен ограниченной сети продавцов.

4/ Теперь вторичный рынок. Еврокомиссия в свежем разъяснении подтвердила: «допуск к торгам» по MiCA означает допуск на площадку внутри ЕС; листинг на бирже за его пределами ютилити-освобождение не трогает. Поэтому роли разведены не для красоты: ютилити-витрину в ЕС держит итальянский продавец, о листингах за пределами ЕС договаривается панамский агент, и эти коммуникации не пересекаются.

5/ Налоги. Токен с точки зрения НДС — ваучер. Одноцелевой облагался бы при каждой передаче, многоцелевой только при обмене на сыр. Наш именно многоцелевой: страна погашения, а с ней и ставка, при выпуске неизвестны (самовывоз в Венето или доставка в любую страну ЕС). Значит, ни на €10 млн первичного размещения, ни на вторичке НДС не возникает: налог платится один раз, при погашении, тем, кто забирает сыр.

Главное правило: в европейских маркетинговых материалах никогда ничего не обещать. Кроме сыра. Его — обещать по-настоящему.

Так и привлечем 10 млн евро, а с грамотным маркетмейкером и больше;)

Разумеется, всё это мысленный эксперимент, а не юридический совет. За кадром осталась куча оговорок: от квалификации по праву каждой страны продаж до банковского комплаенса, проверок и вопроса, что скажет итальянский налоговый инспектор, впервые увидев ваучер на блокчейне.

@petkevitch

Пока вы спите, итальянцы секьюритизировали пармезан. Mamma mia!

На прошлой неделе Brazzale — старейшая молочная компания Италии привлекла €10 млн от государственного банка развития CDP и Cherry Bank под сыр, созревающий у неё на складе.

Сама идея не новая: итальянские банки берут пармезан в обеспечение с 1953 года. Удивлен ли я? Нет

Но это классический залог: сыр ваш, долг висит на балансе.

Дело в том, что в апреле в Италии вступили в силу поправки к закону о секьюритизации 1999 года: теперь секьюритизировать можно не только денежные требования, но и складские запасы. Спецкомпания Magazzino Italia выкупила у Brazzale около 10% созревающего сыра — физически он остался лежать на тех же полках. SPV гасит кредит из выручки от продажи готовых голов и на неё же докупает новые партии: структура револьверная. Brazzale получила живые деньги, не нарастив чистый долг, и продолжает продавать сыр, которым больше не владеет.

Осталось только токен выпустить и свой блокчейн разработать.

@petkevitch

Из личного опыта последствий vibe lawyering'a заметил, что стало очень сложно обосновать ценность "заключения" или "меморандума" клиенту, потому что клиент этих меморандумов по десять в день может клепать в Клоде.

Чуть лучше ситуация с legal opinion, потому что ИИ отказывается такое давать и предлагает пойти к юристу.

Приходится креативить с формами донесения информации.

The Economist разбирает феномен vibe lawyering. Это как vibe coding, только для юридической работы: зачем платить юристу, если бот напишет жалобу бесплатно, да ещё и похвалит.

В результате, в американских делах, где сторона судится сама, файлингов документов за первые полгода процесса стало больше на 158%. Канадские суды в этом году выловили вымышленные прецеденты в 79 решениях (за весь прошлый год таких было 7).

Работает, впрочем, не у всех. Кто-то и правда выигрывает, а кто-то отлетает со штрафом: в частности, одному американцу апелляция выставила $10 тысяч за жалобу, в которой бот навыдумывал несуществующих дел.

Тут важно отметить, что хотя ИИ пишет и анализирует получше некоторых, ключевой ценностью живых юристов выступает личный опыт и ответственность за свои слова.

Часто лучшим советом будет «не судитесь», и вот его чат-бот не всегда захочет давать: он запрограммирован поддакивать и обещать победу.

@petkevitch

Всё, что SEC сделала для крипты за последний год, можно отменить за один день: следующий председатель выпускает новое разъяснение, и ничего из этого больше нет. Разъяснения не имеют силы закона.

На этой неделе Пол Аткинс, председатель SEC, опубликовал регуляторную повестку на 2026 год, в которой анонсировал четыре правила в сфере крипты, которые планируется провести как правила (Rule) а не разъяснения (Guidance).

1/ Regulation Crypto. Три компонента: (1) стартапы на ранней стадии могут привлекать до $5M в течение четырёх лет без регистрации в SEC; (2) более зрелые проекты могут привлекать до $75M в год через крипто-инвестиционные контракты; (3) safe harbor для токенов, которые перестают быть ценными бумагами. То есть если команда проекта выполнила все обещания инвесторам и сеть работает без её участия, токен больше не зависит от "усилий менеджмента" и выходит из-под юрисдикции SEC. Правило еще шесть лет назад предлагала Хестер Пирс, комиссар SEC.

2/ Правила для брокер-дилеров по крипте. SEC переписывает требования к капиталу и защите клиентских активов применительно к цифровым активам: сколько собственных денег брокер обязан держать как подушку безопасности под крипто-позиции, как отделять клиентскую крипту от собственной, какие записи вести.

3/ Поправки к Market Structure Bill: Правила торговли крипто-активами на биржах и альтернативных торговых площадках: регистрация площадок, надзор за участниками, требования к прозрачности.

4/ Модернизация правил кастоди. Как инвестиционные фонды и управляющие активами могут хранить крипту, кто считается надёжным хранителем цифровых активов.

Параллельно, CLARITY Act застрял в Сенате с тремя неразрешёнными спорами и шансами около 45% на голосование до конца июля. SEC строит фреймворк вне зависимости от Конгресса. Если закон пройдёт, правила SEC станут фундаментом для его реализации. Если нет, правила SEC и будут фреймворком.

@petkevitch

Учитывая, что заморозка крипты сегодня стала не только защитой от мошенников, но и политическим оружием, целым направлением внутреннего риск-менеджмента финансовых организаций (да и государств) должна стать оценка вероятности блокировки активов.

Коллеги из AML Crypto сделали трекер последних блокировок USDT и разработали свой инструмент, который на основании паттернов предугадывает, какие кошельки будут заблокированы следующими. 👇
https://cryptoalert.report/ru

@petkevitch

Прокомментировал вчера для Cointelegraph новость "Признание 39 069 BTC-кошельков «утраченным имуществом» создаст прецедент — Digital Chamber"

За этим иском мы с командой внимательно следим, потому что он странный.

Логика говорит о том, что пытаться признать утраченным имуществом старые криптокошельки и пытаться себе их забрать (а не передать в собственность штата, как обычно происходит с выморочным имуществом почти везде) — довольно бесперспективное занятие.

При этом, иск хорошо подготовлен и за ним стоит специально созданный траст, следовательно, у истцов есть какая-то стратегия и они её придерживаются(с).

Иск уже заставил одного из владельцев кошельков заявить о себе и подать ходатайство об отказе в удовлетворении требований, а ряд других кошельков начали передвигать монеты.

Больше мыслей в статье.

@petkevitch

Юристов еще на первом курсе учат: договор — это закон для его сторон. Крипта пошла дальше и придумала code is law: протокол и есть закон, допустимо все, что он позволяет. На этой неделе эта доктрина обошлась BonkDAO в 20 миллионов долларов.

Коротко о случившемся. BonkDAO управляет казной мемкоина BONK в сети Solana: держатели токенов голосуют, смарт-контракт исполняет решения автоматически. 30 июня аноним внес предложение BIP #76 с лозунгами о спасении проекта и скромной строчкой о переводе всей казны на свой кошелек. Кворум в BonkDAO равен 1% эмиссии токена. Атакующий купил ровно столько за 4,4 млн долларов на Bybit и Binance, проголосовал сам за себя (семь кошельков, явка 2,9%, результат 99,9% «за») и получил 20 млн. Через час он уже распродавал пакет, отбивая расходы на атаку. Предложение шесть дней висело в открытом доступе, и никто из 18 тысяч участников его не прочитал.

Заметьте: не взломано ни строчки кода. Покупка, голос, исполнение, каждая транзакция валидна. По логике code is law это не кража, а механизм, работающий как задумано. Проблема лишь в том, что сама концепция ломается при каждой серьезной проверке.

1/ Идея родом из 1999 года: американский профессор права Лоуренс Лессиг писал, что код регулирует поведение в сети так же, как закон в обычной жизни. У Лессига это было наблюдение, крипта сделала из него идеологию.

2/ Первый же серьезный тест идеология провалила. В 2016 году атакующий по букве кода вывел треть казны The DAO, первого крупного ДАО на Ethereum. Сообщество, проповедовавшее code is law, откатило транзакции хард-форком. Монументом той капитуляции до сих пор торгуется Ethereum Classic.

3/ В судах концепция работает через раз. Трейдер Авраам Айзенберг, выкачавший в 2022 году 110 млн долларов из протокола Mango Markets, назвал это «высокодоходной торговой стратегией». Присяжные не впечатлились и признали его виновным в мошенничестве. Но в мае 2025-го федеральный судья в Нью-Йорке оправдал его: платформа permissionless, правила ничего не запрещали. Прокуратура обжалует. Пока ясно одно: индульгенций код не выдает.

4/ Показательнее всего, что сам BonkDAO в code is law не верит. Первым делом команда позвала биржи (Upbit и Kraken заморозили операции с BONK), Solana Foundation и правоохранителей. Код исполнил перевод безупречно, а возвращать деньги пытаются офчейн: заморозками, AML-запросами к биржам и уголовным делом.

Вывод простой. Code is law остается философией ровно до первого крупного убытка, дальше начинается обычное право. Суд прочитает правила протокола не как закон, а как обстоятельства дела, и обещание из BIP #76 наградить голосовавших «за», которое так и не исполнили, потянет на старый добрый обман. Поэтому казну ДАО защищают с двух сторон: кодом (таймлок, право вето, кворум дороже казны) и правом (юрлицо, которому казна принадлежит, иначе в деле о краже не найдется даже потерпевшего).

@petkevitch

В 1935 году покойник выиграл тяжбу у президента США. На прошлой неделе в деле Trump v. Slaughter Верховный суд отменил прецедент, на котором 91 год держалась независимость американских регуляторов.

Сначала о покойнике. Уильям Хамфри, комиссар Федеральной торговой комиссии (FTC), которого Рузвельт уволил без причины, увольнения не признал и до последнего дня считал себя комиссаром. После его смерти тяжбу довёл душеприказчик, поэтому прецедент называется Humphrey's Executor. Суд тогда постановил: президентское «мне так угодно» не является основанием для увольнения тех, кому закон обещал независимость. Девяносто один год это правило стояло плотиной между политическими настроениями и регуляторами: SEC, CFTC, FTC, FCC.

Теперь плотину разобрали. Ребекку Слотер, комиссара всё той же FTC, Трамп уволил в марте 2025 года без указания причин. Она пошла в суд, и нижестоящие суды встали на её сторону. Но Верховный суд шестью голосами против трёх решил иначе. Председатель суда Джон Робертс, писавший за большинство, сформулировал безжалостно: if anything more is left of Humphrey's, we overrule it. Если от прецедента что-то и осталось, мы отменяем и это.

Отдадим большинству должное: довод не вздорен. Чиновник, которого никто не избирал, распоряжается исполнительной властью; за неё перед народом отвечает президент; как ему отвечать за тех, кого он не волен сменить? Судья Соня Сотомайор, писавшая за трёх несогласных, ответила: власть увольнять исполнителей закона по одному желанию не была знакома даже английской короне, против которой восстали отцы-Основатели Америки.

Примечательно, что спор не вырос из случая: случай изготовили для спора. В феврале 2025 года Минюст письменно уведомил Конгресс, что не станет защищать в судах старое правило и попросит Верховный суд его отменить. Через месяц Слотер уволили письмом со ссылкой на статью II Конституции, то есть на чистую президентскую власть. Прецедент убили там, где он родился, в той же комиссии, что и в 1935-м. Ирония в том, что тяжбу Слотер оплачивал её муж, вице-президент по политике крипто-фонда Paradigm. Деньги индустрии выиграли дело, которое отдало её регуляторов в руки президента.

Для ФРС суд сделал исключение, сославшись на «особую историческую традицию Первого и Второго банков США». В переводе с юридического: рынок казначейских облигаций дороже стройности доктрины. Но принцип, знающий исключения по соображениям удобства, уже не принцип, а политика.

Что в итоге. В SEC сегодня три республиканца и ни одного демократа, в CFTC остался один комиссар. Индустрии это удобно сегодня. Но правило, отменённое ради удобной власти, послужит и власти неудобной: в 2029-м другой президент тем же росчерком уволит всех.

@petkevitch

Эти выходные посвятил изучению трендов маркетинга юрфирм

По опросу юротделов компаний с выручкой от $1 млрд: 71% решений о выборе юрфирмы по-прежнему начинается с одной рекомендации коллеги. Но между «посоветовали» и первым контактом появился новый шаг: клиент "пробивает" в ИИ. Больше половины клиентов уже несут юридические вопросы в AI, прежде чем обсуждать их с юристом.

Цифры любопытные:

1/ Органический трафик юрфирм за 2025 год просел примерно на 19%, а там, где Google показывает AI Overview, кликов по обычной выдаче меньше на 35–60%. SEO-статьи «для ранжирования» теперь читает только робот — и он же их пересказывает, не отдавая вам трафик.

2/ Зато переходы на сайты юрфирм из AI-инструментов выросли на 823% за год — legal оказался самым быстрорастущим сегментом среди всех отраслей. И такие визитёры конвертируются примерно на треть лучше: приходят уже подготовленными.

3/ Личный бренд бьёт бренд фирмы. По бенчмаркам, LinkedIn режет охваты корпоративных страниц и постов с внешними ссылками, а native-карусели с личных профилей собирают втрое больше кликов.

4/ Самый недооценённый канал — старая добрая рассылка: кликабельность юридических email выше, чем в любой другой отрасли. Клиенты юристов, оказывается, читают почту.

@petkevitch

Знакомьтесь, на видео Isaac 1 — домашний робот, который собирает разбросанные вещи, складывает бельё и выпускается в пяти пастельных цветах. Заказ уже открыт: $7,999 или $449 в месяц, первые поставки — этой осенью в Калифорнии.

Родители маленьких детей оценят: один только сбор игрушек сэкономит кучу времени.

Один нюанс. Робот «почти автономный», но когда застревает, управление берёт живой оператор. В комментариях уже шутят: докажите, что это не аутсорсинговый клининг, где робота всё время ведёт любопытный индус. Шутка шуткой, но камера в спальне плюс удалённый оператор — это готовый кейс для юристов по privacy.

Впечатляет, впрочем, не сам робот — красивых демок с гуманоидами много. Впечатляет, что появились цена и дата поставки, это уже не гипотетический концепт из Черного Зеркала.

Статистика венчурного рынка робототехники показывает рекордные $16 млрд инвестиций за Q1 2026, рост примерно в четыре раза за год. Такие же абсолютные цифры поднимал AI сегмент в 2023-м, за два года до вертикального взлёта.

The next big thing после ИИ — роботизация?

@petkevitch

В апреле на семинарах давал студентам ролевую игру — парламентские слушания о регулировании медицинского ИИ в вымышленном государстве.

Четыре стороны: стартап, регулятор, врачи, парламент. Одна команда предложила простое решение: отдать государству долю в компании. Я посмеялся и спросил, не откат ли они хотят оформить официально.

Сегодня открываю новости: OpenAI предлагает правительству США 5% своих акций (сейчас стоят около $43 млрд). Сэм Альтман говорит что это лучший способ разделить выгоды от развития ИИ. Минфин заинтересован, Трамп поддерживает. Обсуждают, что примеру последуют другие ИИ-компании, а доли сложат в публичный фонд в пользу граждан.

Экономика понятная: компании — политическая защита, государству — акционерный интерес не мешать.

Дорогие студенты, прошу открыть тетради и зачеркнуть определение отката и поменять его на "вложение в public wealth fund". Сейчас новояз такой.

@petkevitch

Разрешите вам представить еще один юридический гайд — в этот раз от американской практики Buzko Krasnov по теме «How to Build a Hedge Fund».

👉 https://explainers.buzko.legal/hedge-funds

— Когда появились хедж-фонды
— Какие корпоративные структуры используют хедж-фонды
— Зачем нужны офшорные юрлица
— На чем зарабатывают управляющие хедж-фондами и как делится прибыль между инвесторами
— Главные юридические документы
— Определения, статистика и много другой полезной информации

Если вы в теме финансов или структурирования инвестиций, то гайд будет отличным подспорьем для вас.

Или если вам просто нравятся «Миллиарды» (Billions) и «Игра на понижение» (The Big Short), то этот гайд немного развеет мистику вокруг хедж-фондов.

И, пользуясь случаем, поздравляю с днем рождения автора этого гайда и моего партнера Филиппа Петкевича. Заходите к нему в канал, чтобы поздравить лично. Филипп — лучший юрист по финансам и крипте по праву Нью-Йорка, и без его помощи вы себе хедж-фонд не сделаете!

Это soft launch — будут еще небольшие правки перед запуском для широкой аудитории. Так что у вас места в первом ряду.

@buzko_hub

«Мы вас найдём и привлечём к ответственности». На днях так директор ФБР Кэш Пател обратился к крипто-мошенникам.

Звучит грозно. Только найдут и посадят, скорее всего, не мошенников.

По отчёту крипто-подразделения ФБР IC3 за 2025 год американцы подали больше 181 тысячи крипто-жалоб на 11 млрд долларов, и крипта теперь даёт свыше половины всех потерь от киберпреступности. Пател обещает «идти за деньгами», но дальше начинается реальность, неудобная для риторики.

1/ ФБР на обращения пострадавших почти не реагирует, кроме самых громких историй. По моему опыту работы с пострадавшими от крипто-скамов, даже потеря клиентом 10+ млн не всегда давала отклик. Реально работали два органа, от которых этого не ждёшь: Минюст через прокуроров и гражданскую конфискацию активов, и Секретная служба США, чьё профильное подразделение по цифровым расследованиям тихо стало одним из ведущих крипто-следователей страны (около 400 млн долларов изъято за десять лет, крупнейшее единичное изъятие — 225 млн по романтическим аферам).

2/ По тому же опыту, за большинством скамов стоят выходцы и резиденты Украины, Китая и КНДР. Самые крупные удары приходятся на институциональные площадки, и за ними стоит Северная Корея: 1,5 млрд долларов с Bybit в феврале 2025-го, крупнейшая крипто-кража в истории, и деньги идут на ракетную программу. Китайские синдикаты держат скам-центры в Мьянме, Камбодже и Лаосе. Похищенное уходит долгим путём через тысячи адресов, мосты и китайские теневые обменники, а полное возвращение почти не случается. Найти исполнителей по-настоящему сложно.
Тогда вопрос: когда ФБР обещает «найти вас», кто реально в досягаемости?

И тут на сцену выходит GENIUS Act. Он требует, чтобы у каждого лицензированного эмитента стейблкоинов был комплаенс-офицер на территории США, который ежегодно лично сертифицирует программу AML и санкционного контроля. За заведомо ложную сертификацию — уголовная ответственность.

Громкая кампания против «крипто-мошенников» по структуре сворачивает к единственной достижимой мишени: относительно законопослушным, но небрежным или просто невезучим комплаенс- и BSA-офицерам внутри США. Состав при этом узкий — нужна именно заведомая ложь. Но когда настоящих воров достать нельзя, любое громкое расследование по инерции тянет к тем, кого достать можно.

Собственно, всем работающим с чужими криптоактивами предлагаю насторожиться и быть очень осторожным в настройке внутреннего комплаенса.

@petkevitch

Комментарий пошел в статью в РБК Про, для просмотра нужна подписка

Международные арбитражи между государствами - интереснейшая вещь. На днях в Гааге поставили точку в десятилетнем споре Украины и России — о водах и судоходстве в Чёрном море, Азовском море и Керченском проливе. МИДы РФ и Украины написали почти противоположные пресс-релизы, каждый заявил о своей "победе". Меня занимает не кто как истолковал итог, а другое: как в подобных больших спорах рождается и проводится юридическая стратегия.

Спор тянулся с 2016 года. Украина обвиняла Россию в том, что после 2014-го та перекрыла Крымским мостом проход через Керченский пролив, досматривала суда в Азовском море, захватила две украинские буровые установки и навредила морской среде. Дело прошло несколько кругов: в 2020 году отдельным решением трибунал отказался рассматривать требования, упиравшиеся в суверенитет над Крымом, а вопрос о статусе самих вод отложил на потом. До слушаний по существу добрались только в 2024-м, окончательное решение вынесли в апреле 2026-го.

Но начнем с начала — с выбора суда. Привести Россию к суду против её воли можно было лишь через узкую дверь: международную конвенцию с арбитражной оговоркой, здесь — по морскому праву. Но какова дверь, таков и размер того, что удастся вынести. О суверенитете над Крымом, о применении силы трибунал судить не вправе — а значит, ещё до первого заседания «большая» победа осталась за порогом.

Дальше — в каждом большом деле есть один узел, держащий на себе всё; здесь им был статус вод. От него зависели и мост, и досмотры, и захваченные буровые. Россия проиграла все возражения о подсудности — трибунал признал себя вправе рассматривать спор, ибо воды эти внутренние. Но раз внутренние — к ним неприменимы нормы о свободе судоходства, и под требованиями Украины разом исчезла почва.

Наконец — о мере требований. Украина просила всего и сразу: снести мост, вернуть установки, выплатить возмещение. Когда пала квалификация вод, рухнул и весь перечень.

Если совсем сухо, чем кончилось:

1) по существу за Россией признали экологические нарушеня — оценку воздействия Крымского моста, кабелей и трубопроводов на морскую среду провели небрежно, отчёты не опубликовали и не сотрудничали, как следовало;
2) всё остальное отклонено — судоходство, захват и перефлагирование буровых, подводное культурное наследие, «усугубление спора»;
3) никаких средств защиты сверх самой констатации: ни сноса моста, ни возврата установок, ни компенсаций;
4) расходы каждая сторона несёт сама.

И всё это единогласно, включая арбитров от России и от Украины. Исполнять, по сути, нечего: ни платить, ни сносить, ни возвращать Россия не должна. От неё ждут лишь одного: впредь честно проводить экологическую оценку и сотрудничать. А не станет, принудить нечем, так как решение обязательно, но у морского арбитража нет ни штрафа, ни санкции, ни пристава; его сила репутационная и на перспективу.

Дело: Dispute Concerning Coastal State Rights in the Black Sea, Sea of Azov, and Kerch Strait (Ukraine v. The Russian Federation), PCA Case No. 2017-06.

Решение: https://docs.pca-cpa.org/2026/06/6bfca6ae-2017-06-award-redactedcorrected.pdf

@petkevitch