Международные арбитражи между государствами - интереснейшая вещь. На днях в Гааге поставили точку в десятилетнем споре Украины и России — о водах и судоходстве в Чёрном море, Азовском море и Керченском проливе. МИДы РФ и Украины написали почти противоположные пресс-релизы, каждый заявил о своей "победе". Меня занимает не кто как истолковал итог, а другое: как в подобных больших спорах рождается и проводится юридическая стратегия.

Спор тянулся с 2016 года. Украина обвиняла Россию в том, что после 2014-го та перекрыла Крымским мостом проход через Керченский пролив, досматривала суда в Азовском море, захватила две украинские буровые установки и навредила морской среде. Дело прошло несколько кругов: в 2020 году отдельным решением трибунал отказался рассматривать требования, упиравшиеся в суверенитет над Крымом, а вопрос о статусе самих вод отложил на потом. До слушаний по существу добрались только в 2024-м, окончательное решение вынесли в апреле 2026-го.

Но начнем с начала — с выбора суда. Привести Россию к суду против её воли можно было лишь через узкую дверь: международную конвенцию с арбитражной оговоркой, здесь — по морскому праву. Но какова дверь, таков и размер того, что удастся вынести. О суверенитете над Крымом, о применении силы трибунал судить не вправе — а значит, ещё до первого заседания «большая» победа осталась за порогом.

Дальше — в каждом большом деле есть один узел, держащий на себе всё; здесь им был статус вод. От него зависели и мост, и досмотры, и захваченные буровые. Россия проиграла все возражения о подсудности — трибунал признал себя вправе рассматривать спор, ибо воды эти внутренние. Но раз внутренние — к ним неприменимы нормы о свободе судоходства, и под требованиями Украины разом исчезла почва.

Наконец — о мере требований. Украина просила всего и сразу: снести мост, вернуть установки, выплатить возмещение. Когда пала квалификация вод, рухнул и весь перечень.

Если совсем сухо, чем кончилось:

1) по существу за Россией признали экологические нарушеня — оценку воздействия Крымского моста, кабелей и трубопроводов на морскую среду провели небрежно, отчёты не опубликовали и не сотрудничали, как следовало;
2) всё остальное отклонено — судоходство, захват и перефлагирование буровых, подводное культурное наследие, «усугубление спора»;
3) никаких средств защиты сверх самой констатации: ни сноса моста, ни возврата установок, ни компенсаций;
4) расходы каждая сторона несёт сама.

И всё это единогласно, включая арбитров от России и от Украины. Исполнять, по сути, нечего: ни платить, ни сносить, ни возвращать Россия не должна. От неё ждут лишь одного: впредь честно проводить экологическую оценку и сотрудничать. А не станет, принудить нечем, так как решение обязательно, но у морского арбитража нет ни штрафа, ни санкции, ни пристава; его сила репутационная и на перспективу.

Дело: Dispute Concerning Coastal State Rights in the Black Sea, Sea of Azov, and Kerch Strait (Ukraine v. The Russian Federation), PCA Case No. 2017-06.

Решение: https://docs.pca-cpa.org/2026/06/6bfca6ae-2017-06-award-redactedcorrected.pdf

@petkevitch