ОГОНЬ
Фото:
«Габсбурги – влиятельные игроки в европейской политике и сегодня»: как восстановление монархии может изменить Венгрию? – политолог Александр Бовдунов
Венгрия – страна с простыми законами в отношении референдумов. Референдумы национального и регионального уровня проводятся часто, а собрать их несложно: нужно 5000 голосов. Но проведение референдума по восстановлению монархии было инициативой двух частных лиц, поэтому новость об этом – больше кликбейтная. И пока этот вопрос не обсуждает парламент, Венгрия вряд ли скоро станет монархией.
Но восстановление монархии – одна из альтернатив развития страны. Заговорили об этом, реагируя на действия нового премьера Мадьяра. Он сосредотачивает власть вокруг себя лично и своей партии Тиса, хотя на выборы шел под антиавторитарными либеральными лозунгами. Сейчас он жёстко выстраивает всю систему власти под себя. Например, добился отставки президента Венгрии, связанного еще с администрацией Орбана.
В ответ на это родились разговоры о монархии. Если президент страны – фигура избираемая, а потому временная, то монарх мог бы стать постоянным гарантом стабильности страны, ее курса и конституции. Сама Венгрия имеет давнюю монархическую традицию. Дуалистическая Австро-Венгерская монархия закончила существование в 1918 после поражения в Первой мировой, но династия Габсбургов жива.
Габсбурги – влиятельные игроки в европейской политике и сегодня. Они тесно связаны с другими правящими домами, а в первую очередь с королевской семьей Нидерландов. У них отличные связи со всей старой аристократией Европы и промышленной буржуазией. Например, старший из дома Габсбургов Карл Габсбург-Лотарингский (внук последнего императора Австро-Венгрии) долгие годы был женат на баронессе фон Тиссен, наследнице крупнейших промышленных предприятий Германии, работавших в т.ч. и на Гитлера.
Карл фон Габсбург занимается Австрией и активно работает на украинском направлении. Он – один самых яростных русофобов и связан со многими сомнительными личностями, поддерживающими Киев, например, Христо Грозевым* и Bellingcat**. Его ловили на контрабанде драгоценностей, Габсбург замешан в разных коррупционных скандалах, но он продолжает организовывать различные европейские проекты.
Его сын Фердинанд Звонимир держит хорватское направление, а брат Георг как раз отвечает за Венгрию. Георг фон Габсбург – дипломат, был послом во Франции и Испании и представлял интересы Венгрии, используя собственные ресурсы и связи. Георг – основной претендент на венгерский трон, хотя он может отказаться от него в пользу кого-то из своих детей.
Семья Габсбургов активно работает с элитами Центральной Европы. Им неважно, какие политики находятся у власти в стране. У Габсбургов есть свой давний проект по интеграции Центральной Европы. Габсбурги ненавидят Россию и не могут простить сам факт её существования. Одна из главных их целей – интеграция Украины (или того, что от неё останется) в ЕС. Поэтому если монархию в Венгрии восстановят, то людей, которые сотрудничают с Москвой вроде Орбана, к власти уже не допустят. Венгрия будет идти в нужном Брюсселю русле.
*признан иноагентом
**издание включено в реестр СМИ-иноагентов
Подписывайтесь на ОГОНЬ в МАХ
«Сегодня аристократы – это умеренные либералы, которые не спешат возвращать монархию»: как старая аристократия вплетена в политику Европы? – политолог, исследователь стран Центральной и Восточной Европы, приглашённый преподаватель НИУ ВШЭ Дмитрий Попов (2/2)
Мы привыкли считать аристократов реакционерами, но это далеко не всегда так.
Сегодня чаще всего аристократы – это умеренные либералы. Они выступают за права человека, рыночную экономику и, главное, европейскую солидарность. Аристократы, конечно, привязаны к своей стране, но для них она – часть единой европейской общности. У их рода связи с дворянскими родами других стран, поэтому такая открытость для аристократии логична.
И конечно, приходя к власти, они не стараются вернуть «старый порядок»: тот же Симеон II не восстановил монархию в Болгарии, а проиграв выборы, ушёл в отставку.
Но имиджево в аристократах видят консерваторов. Они – часть «золотой эпохи» и «старых добрых времен». Их легко противопоставить современным распрям, когда политики борются за свои корыстные интересы. Правда, обращение к конкретным аристократам оправдывается не их принадлежностью к роду, а личными качествами. Так, консерваторы в Польше и Венгрии уважают Юзефа Пилсудского и Миклоша Хорти не потому, что они из древних родов, а потому что они сделали свои страны великими. Или шведского аристократа Рауля Валленберга ценят за то, что он спасал венгерских евреев, а не за титул.
В Европе до сих пор есть и монархические движения. Но в большинстве своем они маргинальны. Action française во Франции не представлена в парламенте. А Конфедерация польской короны Гжегожа Брауна – шире просто монархической: там и польский национализм, и антисемитизм.
Аристократия играет заметную роль в экономике. Например, Валленберги в Швеции до сих пор контролируют один из крупнейших банков Skandinaviska Enskilda Banken AB. Они представлены во многих известных компаниях – Ericsson, Electrolux, Saab AB и пр. И после Второй мировой шведский социализм не мешал Валленбергам контролировать значительную долю рабочих мест в стране.
В постсоциалистических странах Европы, где у аристократии забирали земли и имущество, теперь их роль ниже. Но в той же Чехии Шварценбергам многое вернули, и теперь они тоже заметные субъекты экономики.
Аристократы создают различные фонды по поддержке культуры, решению глобальных проблем (борьба с бедностью, экология). Они участвуют в работе музеев, основанных в их резиденциях и дворцах. Это подчёркивает преемственность государства от прежнего (докоммунистического) до нынешнего. Особо важно это в Польше. Там наследники шляхетских родов напоминают о временах Первой Речи Посполитой и подчёркивают единство с Беларусью и Украиной.
Подписывайтесь на
ОГОНЬ в МАХ