Рост налогов VS нормализация: что повлечет пауза в размещении ОФЗ?

Минфин временно приостановил выпуск новых ОФЗ после нескольких неудачных попыток размещения: аукционы 24 июня и 8 июля 2026 г. были отменены; по итогам аукциона 1 июля 2026 г. Минфин разместил лишь 10,4 млрд руб. из запланированных 110 млрд руб. ОФЗ с постоянным доходом; а аукцион 15 июля 2026 г., на котором планировалось разместить бумаги с переменным купоном, был признан несостоявшимся.

Риски ускорения инфляции снижают инвестиционную привлекательность бумаг с фиксированным доходом, тогда как весьма вероятная пауза в снижении ключевой ставки ЦБ осложняет выпуск флоатеров (бумаг с переменным купоном) по приемлемым для Минфина условиям. Как следствие – пауза в эмиссии новых рублевых госбумаг, которая добавит Минфину головной боли при балансировке бюджета.

Минфин в последние годы активно наращивал заимствования для покрытия дефицита федерального бюджета. Если в 2021 г. фактическая эмиссия ОФЗ – т.е. общая номинальная стоимость выпущенных госбумаг – составила 2,66 трлн руб., то в 2022 г. – 3,29 трлн руб., а в 2024 и 2025 гг. – 4,38 трлн руб. и 8,05 трлн руб. соответственно.

Последовавшие после 2022 г. санкции ограничили круг потенциальных инвесторов в российские госбумаги; при этом необходимость привлекать значительный объем средств вынуждала Минфин предлагать инвесторам значительные скидки при первичном размещении госбумаг.

В 2021 г. общая номинальная стоимость новых выпусков ОФЗ-ПД (бумаг с постоянным доходом) превысила объем привлеченных в бюджет средств на 6% (2,50 трлн против 2,36 трлн руб.), тогда как в период с 2022 по 2025 г. эта разница составляла в среднем 17%, а отдельно в 2025 г. достигла 22% (6,36 трлн против 5,22 трлн руб.).

Чем выше скидка, тем больший объем средств придется вернуть инвесторам: за первую половину 2026 г. Минфин привлек в федеральный бюджет 2,77 трлн руб. за счет размещения ОФЗ-ПД: их погашение обойдется в 3,25 трлн руб., с учетом номинальной стоимости, не считая купонных выплат на протяжении всего срока обращения бумаг.

Купонные выплаты в последние годы обходились бюджету всё в большую сумму: если в 2021 г. расходы на обслуживание всех типов рублевых госбумаг составили почти 935 млрд руб., то в 2025 г. – 3,07 трлн руб., а в первой половине 2026 г. – почти 1,70 трлн руб.

Для сравнения: поступления в бюджет по НДД, одному из двух ключевых инструментов налогообложения нефтяной отрасли, в 2025 г. составили 1,61 трлн руб., а общие поступления по НДПИ на газ и экспортной пошлине на газ – 1,35 трлн руб.

Пауза в размещении ОФЗ повышает вероятность расходования ликвидной части Фонда национального благосостояния (ФНБ), которая за последние годы сократилась более чем вдвое – с 8,43 трлн руб. в конце 2021 г. до 3,61 трлн руб. к концу июня 2026 г.

Для сравнения: по итогам первого полугодия 2026 г. дефицит федерального бюджета достиг 5,73 трлн руб.

Другим следствием может стать рост налогов: Минфину будет сложно поддержать текущий уровень расходов федерального бюджета без повышения НДС, базовая ставка которого в 2025 г. и так была увеличена с 20% до 22%.

Однако это решение чревато дальнейшим нарастанием проблем в реальном секторе, с учетом трехкратного снижения порога по НДС для малого и среднего бизнеса (с 60 млн до 20 млн руб. в год), которое осуществлялось, в том числе, во избежание дробления предприятий и ухода от уплаты НДС.

В результате перед Минфином встает развилка: повысить налоги для поддержания текущих расходов ценой дальнейшего сползания экономики в рецессию или же предпринять попытку бюджетной нормализации, включая резкое сокращение расходов, которое облегчит ЦБ задачу замедления инфляции.

Минфин здесь вовсе не статичный наблюдатель: чем более проблематичным является сохранение статус-кво, тем ниже внутренняя готовность высшей бюрократии идти на соответствующие издержки. Рано или поздно это сыграет свою роль в нормализации экономической политики.

Родионов

Сергей Шолохов берет интервью у Виктора Цоя на фестивале «Золотой Дюк». Одна из редких видеозаписей с участием Натальи Разлоговой.

Стратзапасы нефти в США – на минимуме с 1983 года

Стратегический резерв нефти в США (Strategic Petroleum Reserve, SPR) сократился на четверть с конца февраля 2026 г., а в абсолютном выражении – почти на 99 млн баррелей, что эквивалентно суточному объему глобального нефтяного спроса. По данным Управления энергетической информации (EIA), к 10 июля 2026 г. запасы снизились до 316,5 млн баррелей, самой низкой отметки с апреля 1983 г.

Для сравнения: в конце 2020 г., когда подходил к концу первый президентский срок Дональда Трампа, стратегические запасы нефти составляли 638,1 млн баррелей. Администрация следующего, 46-го президента США Джозефа Байдена начала высвобождать нефть из стратегического резерва в ноябре 2021 г., пытаясь сбить рост нефтяных цен на фоне восстановительного роста спроса.

В марте 2022 г. администрация Байдена объявила о решении дополнительно высвободить 180 млн баррелей нефти. В результате стратзапасы снизились с 612,5 млн баррелей в конце октября 2021 г. до 372,4 млн баррелей в конце 2022 г.

Несмотря на текущий многолетний минимум, объем стратегических запасов не является критическим.

Во-первых, темпы высвобождения запасов замедляются: в период с 3 по 10 июля 2026 г. стратегический резерв сократился на 3 млн баррелей, т.е. на минимальную недельную величину за предыдущие три месяца.

Во-вторых, рост цен на нефть, произошедший после фактического перекрытия Ормузского пролива, способствовал росту нефтедобычи в США – с 13,7 млн баррелей в сутки в феврале 2026 г. до 13,9 млн б/с в апреле 2026 г., что стало максимальной отметкой за всю историю наблюдений.

В-третьих, компании, получающие право на использование нефти из стратегического резерва, обязуются в дальнейшем с запасом вернуть отгруженный объем.

Для 133 млн баррелей нефти, распределенных после начала ближневосточного кризиса (включая еще не совершенные отгрузки), допобязательства будущих поставок составляют от 18% до 28% от исходного объема, в зависимости от конкретного «транша»: на каждые 100 тыс. баррелей компаниям придется возвращать от 118 тыс. до 128 тыс. баррелей нефти.

Поэтому данные о сокращении страрезерва не могут всерьез послужить «бычьим» индикатором для рынка нефти.

Родионов

Росстат: цены на бензин в Москве варьируются вдвое

Розничные цены на автомобильный бензин выросли на 2,3% в период с 7 по 13 июля 2026 г., а цены на дизельное топливо – на 3,2% против прироста на 2,1% и 3,4% неделей ранее.

По данным Росстата, накопленный с начала года прирост цен на бензин и дизель достиг 16,4% и 18% соответственно.

Наблюдаемый прирост цен – т.е. оценка автовладельцами темпов удорожания топлива – заметно отличается от сводки Росстата, однако даже официальные данные свидетельствуют о большом ценовом разбросе между регионами.

Если в Центральной России средняя розничная цена дизеля на дату последнего замера составляла 83,41 руб. за литр, то в Южном федеральном округе – 110,98 руб. за литр.

Сильный разброс сохраняется и внутри одних и тех же субъектов РФ: по данным Росстата, на АЗС в Москве цены на бензин АИ-92 составляют от 63,19 руб. до 122 руб. за литр, а на бензин АИ-95 – от 69,39 руб. до 148 руб. за литр.

Родионов

Электричество – драйвер инвестиций в мировую энергетику

Производство и передача электроэнергии являются самой быстрорастущей отраслью мировой энергетики, включая добычу и переработку нефти, угля и природного газа и производство чистых топлив.

Как следует из ежегодника МЭА World Energy Investment, глобальные инвестиции в развитие электроэнергетики выросли с $913 млрд в 2021 г. до $1489 в 2025 г. (в постоянных ценах), а доля отрасли в мировой структуре «энергокапзатрат» – с 38% до 46% соответственно.

Почти половину инвестиций в электроэнергетику обеспечивают ВИЭ, при этом капзатраты в этой подотрасли временно вышли на плато: в период с 2024 г. по 2025 г. их объем снизился с $698 млрд до $690 млрд, а по итогам 2026 г. – сократится до $665 млрд. Отчасти сказывается удешевление технологий ВИЭ, влияющее на общую величину капзатрат.

Однако основную роль играют регуляторные факторы: в частности, окончательный отказ Китая от «зеленых» тарифов (с июня 2025 г.), гарантировавших инвесторам в ВИЭ легко предсказуемую доходность; а также отмена ряда налоговых льгот в США, из-за которой инвестиции в ВИЭ в Северной Америке по итогам 2026 г. снизятся второй год подряд (до $92 млрд против $102 млрд в 2024 г. и $100 млрд в 2025 г.).

Сюда же относятся и инфраструктурные барьеры: ввод мощности ВИЭ в последние годы заметно опережал темпы развития сетевой инфраструктуры, из-за чего многие проекты «уперлись» в нехватку пропускной способности ЛЭП. Это, в свою очередь, подстегнуло развитие сетей: глобальные инвестиции в строительство и модернизацию ЛЭП и подстанций выросли в реальном выражении более чем на 40% в период с 2021 по 2025 гг., с $314 млрд до $448 млрд в год.

Сетевые ограничения наряду с необходимостью балансировать использование ВИЭ стимулируют ввод накопителей: глобальные инвестиции в развитие систем хранения энергии выросли с $11 млрд в 2021 г. до $78 млрд в 2025 г., а по итогам 2026 г. достигнут $106 млрд.

Для сравнения: согласно прогнозу МЭА, глобальные инвестиции в атомную энергетику по итогам 2026 г. составят $83 млрд, как и годом ранее.

Среди других интересных данных:

Инвестиции в развитие газовой генерации в Северной Америке удвоились по итогам 2025 г., достигнув $32 млрд против $16 млрд годом ранее; в мире в целом объем капзатрат в этом секторе в прошлом году увеличился почти на 30%, с $87 млрд до $112 млрд в год, в том числе из-за удобства газовой генерации для снабжения дата-центров и ИИ («газ» дешевле «атома» и надежнее ВИЭ).

Глобальные капзатраты в добычу и переработку ископаемых топлив несколько лет «держатся» вблизи отметки в $1 трлн в год, из них чуть более половины в 2025 г. пришлось на нефть, еще 30% – на газ, а чуть меньше 20% – на уголь.

Улавливание CO2 остается экзотикой: глобальные инвестиции в установку систем улавливания, хранение и утилизацию CO2 на теплоэлектростанциях (CCUS) в 2025 г. составили $5 млрд, а в прямое улавливание углекислого газа из атмосферного воздуха (DAC) – лишь $1 млрд, при этом практически все капзатраты приходились на страны ОЭСР.

Родионов

Дисконт – почти $25 за баррель

Несмотря на падение цен на нефть, среднемесячный дисконт Urals к Brent не только не сократился, но даже немного вырос – с $23,7 до $24,5 за баррель в период с мая по июнь 2026 г. В процентном выражении скидка увеличилась с 22% до 29% соответственно (подсчеты на основе ежемесячника ОПЕК).

Отказ администрации Трампа от пролонгации разрешения на отгрузку нефти с танкеров теневого флота увеличил санкционные риски для импортёров. При этом начавшееся восстановление нефтедобычи на Ближнем Востоке могло усилить конкуренцию среди поставщиков. Косвенно это могло отразиться на переговорной позиции российских компаний, которым приходится наращивать физический экспорт нефти в условиях сокращения производства нефтепродуктов.

Средняя цена Urals в июне 2026 г. составила $60,7 за баррель, а по итогам июля 2026 г., скорее всего, опустится ниже $60 за баррель. Рынок воспринимает проблемы с «перезапуском» Ормуза почти как норму – это будет сдерживать рост цен Brent и косвенно будет влиять на динамику Urals.

Родионов

На РБК-ТВ – о сроках «перезапуска» Ормуза

Несмотря на проблемы с «перезапуском» судоходства в Ормузском проливе, восстановление транзита будет происходить быстрее, чем обустройство инфраструктуры альтернативных маршрутов.

Важную роль могут сыграть октябрьские выборы в Израиле, результаты которых могут снизить риски новых эскалаций на Ближнем Востоке, а также ноябрьские выборы в Конгресс США, в преддверии которых Трамп будет стремиться обеспечить окончательную сделку. Вдобавок, итоги ноябрьских выборов могут создать основу для импичмента в отношении Трампа.

Говорил об этом сегодня в эфире РБК-ТВ (эфир от 13 июля 2026 г.).

Родионов

Когда назревшие сдвиги становятся реальностью?

«Парад суверенитетов» на рубеже 1980-х и 1990-х во многом подготовил дезинтеграцию СССР, однако распад стал реальностью только после августа 1991 г., когда вслед за провалом путча республики одна за другой стали провозглашать независимость.

Активная фаза Конституционного кризиса в России, начавшаяся в апреле 1992 г. на VI Съезде народных депутатов РСФСР, завершилась полтора года спустя – также после события-триггера.

Таковым мог стать апрельский (1993 г.) референдум, на котором две трети проголосовавших высказались за перевыборы парламента; но эту роль в итоге сыграл указ №1400 (21 сентября), за которым последовали события в Москве 3-4 октября 1993 г.

Бюджетный кризис стал константой экономической политики в России в середине 1990-х гг., когда правительство вслед за отказом от прямых кредитов ЦБ стало наращивать внутренние заимствования для покрытия дефицита бюджета.

Однако настоящей проблемой это стало в конце 1997 г., когда кризис в Юго-Восточной Азии привёл к оттоку капитала с развивающихся рынков. Резкий рост ставок на долговом рынке вынудил правительство объявить дефолт несколько месяцев спустя, в августе 1998 г.

Глобальный финансовый кризис конца 2000-х гг. имел множество предпосылок, в их числе – снижение цен на рынке недвижимости США, за которым последовало банкротство ряда крупных ипотечных кредиторов; крах хедж-фондов, находившихся под управлением инвестиционного банка Bear Stearns; проблемы ипотечных агентств Fannie Mae и Freddie Mac, из-за чего федеральное правительство было вынуждено взять их под контроль.

Однако роль триггера сыграло банкротство инвестиционного банка Lehman Brothers, после которого финансовый кризис стал по-настоящему глобальным.

У развала сделки ОПЕК+ также была далеко не одна предпосылка: рост предложения в Северной и Южной Америке, исчерпание потенциала восстановительного роста спроса после пандемии COVID-19 и всё более ощутимое воздействие электрификации транспорта на нефтяной рынок снижали целесообразность сдерживания нефтедобычи.

Из-за этого Россия и семь других ведущих стран-участников ОПЕК+ увеличили квоты на 2,9 млн баррелей в сутки в период с апреля 2025 г. по февраль 2026 г., что почти эквивалентно двухгодичному приросту глобального спроса. Однако триггером стало прекращение нормального режима судоходства в Ормузском проливе из-за конфликта между США и Ираном, после которого ОАЭ вышли из ОПЕК и ОПЕК+, а остальные участники сделки продолжили повышение квот.

Несмотря на различия, у этих событий есть общая черта: если «что-то» вызревает под воздействием фундаментальных причин, это «что-то» становится реальностью после какого-то триггера. Но если само событие предсказать можно, то вот триггер предугадать практически нельзя.

Родионов

Цены на нефть всё менее чувствительны к геополитике

Июльский отчет МЭА зафиксировал начало восстановления нефтяного рынка: глобальная добыча нефти в период с мая по июнь 2026 г. увеличилась на 4,1 млн баррелей в сутки (б/с), из них 2 млн б/с приходилось на прирост добычи в Саудовской Аравии, Ираке и Кувейте.

Темпы падения спроса замедляются: если во втором квартале 2026 г. глобальный спрос на нефть снизился на 4,8 млн б/с в сравнении с аналогичным периодом прошлого года, то по итогам третьего квартала 2026 г. спрос сократится на 1,7 млн б/с, а в четвертом квартале 2026 г. спрос увеличится на 1,2 млн б/с (год к году). В результате по итогам двенадцати месяцев 2026 г. глобальный спрос на нефть сократится «лишь» на 1 млн б/с.

Восстанавливается, пусть и более медленно, нефтепереработка: глобальная загрузка НПЗ в июне 2026 г. выросла на 1,5 млн б/с в сравнении с предыдущим месяцем, но при этом была на 6 млн б/с ниже, чем в июне 2025 г, в том числе из-за вынужденного простоя ряда мощностей в РФ. По итогам 2026 г. загрузка НПЗ снизится на 2,4 млн б/с (год к году), а в 2027 г. увеличится на 3,1 млн б/с.

Прирост товарных запасов нефти в плавучих хранилищах (на 117 млн баррелей) превысил в июне 2026 г. объем сокращения запасов в наземных хранилищах (на 96 млн баррелей, из которых 44 млн баррелей приходилось на стратегические запасы стран ОЭСР).

Согласно подсчетам Минэнерго США, средняя спотовая цена нефти Brent снизилась со $107,1 за баррель в мае 2026 г. до $85,4 за баррель в июне 2026 г., при этом в июле 2026 г. текущие котировки Brent опустились ниже $80 за баррель, даже несмотря на осложнения в переговорах США и Ирана.

Рост добычи нефти в Северной и Южной Америке; задействование маршрутов, позволяющих обходить Ормузский пролив; использование накопленных стратегических запасов в Китае; наконец, подстройка спроса под сжатие предложения будут сдерживать рост цен на нефть.

Средняя цена Brent будет ниже $80 за баррель в третьем квартале 2026 г., а в четвертом квартале – ниже $70 за баррель, особенно с учетом октябрьских выборов в Израиле, которые могут закрепить тренд на деэскалацию на Ближнем Востоке.

Родионов

📌Тред дня Perforum Новости: Июньский отчет по федбюджету

Егор @Truecon Сусин считает предварительный июньский отчет по федбюджету позитивным, отмечая нормализацию ситуации благодаря положительному сальдо и сокращению дефицита. Кирилл @kirillrodionov Родионов, в свою очередь, указывает на риски ухудшения бюджетной ситуации во втором полугодии https://perforum.io/news/threads/6a4fa1618dad2

ИИ можно использовать для ревизии миллионов страниц нормативных документов, чтобы снизить бюрократию на финансовых рынках https://perforum.io/news/t/ai-and-daily-life

Поздравляем коллег по макротелеграму с заслуженной победой в опросе ЦБР🥇https://perforum.io/news/threads/6a4fd38c2f949

Вы уже получаете дайджесты Perforum прямо в ваш телеграм? Подпишитесь на Треды дня | Треды недели| Дайджест вакансий через наш бот

Бюджет: дефицит снизился, но это мало что меняет

В июне 2026 г. федеральный бюджет получил 3,15 трлн руб. ненефтегазовых доходов – на 32% больше, чем месяцем ранее. В абсолютном выражении прирост составил 769 млрд руб., из них 450 млрд руб. пришлось на прирост сборов по внутреннему НДС.

Прирост расходов был более скромным: в минувшем июне бюджет потратил 3,64 трлн руб. – на 447 млрд руб. (на 14%) больше, чем в мае 2026 г. Это во многом объясняет снижение дефицита – с 5,93 трлн руб. в мае до 5,73 трлн руб. в июне 2026 г.

Однако глобально это мало что меняет: по итогам первой половины 2026 г. дефицит федерального бюджета превысил уровень января-июня 2025 г. почти на 70% (5,73 трлн против 3,39 трлн руб.). При этом во второй половине года доходы будут сдерживать сразу несколько факторов.

Во-первых, это снижение цен на нефть: средняя налоговая цена российской нефти составила $86,1 за баррель в период с марта по май 2026 г., тогда как в июне 2026 г., по данным Минэкономразвития, она снизилась до $63,5 за баррель. Исходя из этой цены, с учётом месячного лага, будут рассчитываться июльские налоговые обязательства нефтяников.

Налоговая цена в оставшиеся месяцы года вряд ли будет сильно превышать этот уровень: торможение глобального спроса наряду с использованием маршрутов, позволяющих обходить Ормузский пролив, будут сдерживать рост цен на нефть даже в случае новых эскалаций на Ближнем Востоке.

Во-вторых, это распространение демпфера на импортёров топлива. Риски новых внеплановых ремонтов на НПЗ будут играть на увеличение «внешних» закупок бензина, в том числе из дальнего зарубежья.

Такие закупки будут субсидироваться с привязкой к цене топлива на индийском рынке, что будет влиять на баланс нефтегазовых доходов, которые рассчитываются из разницы между сборами по НДПИ, НДД и экспортными пошлинами на газ с одной стороны и субсидиями для производителей и импортёров топлива, с другой.

В-третьих, это замедление экономики, которое уже влияет на динамику ненефтегазовых доходов. Если сборы по НДС, на фоне повышения базовой ставки с 20% до 22%, выросли на 23% в первой половине 2026 г. (на 1,58 трлн руб.), то остальные ненефтегазовые доходы увеличились на 9% (на 517 млрд руб.).

Ускорение инфляции на фоне скачка цен на бензин может вынудить ЦБ отказаться от дальнейшего снижения ключевой ставки, что отразится на состоянии реального сектора и динамике ненефтегазовых доходов бюджета.

Поэтому текущее сокращение дефицита, скорее всего, будет лишь временным. Что не менее важно, перечисленные факторы будут осложнять подготовку проекта бюджета на 2027-2029 гг., который должен быть внесён в Думу ближайшей осенью.

Родионов

США обновили рекорд по экспорту нефти и нефтепродуктов

Экспорт нефти из США увеличился почти на 40% в период с марта по апрель 2026 г., достигнув 5,6 млн баррелей в сутки, т.е. нового исторического максимума. По данным Управления энергетической информации (EIA), общий экспорт нефти и нефтепродуктов увеличился за тот же период с 11,9 млн б/с до 13,6 млн б/с, что также является рекордом.

В экспорте нефтепродуктов наибольшую долю заняли пропан, объем поставок которого впервые превысил 2 млн б/с, а также средние дистилляты для автотранспорта и систем отопления, экспорт которых достиг 1,6 млн б/с, наивысшей отметки с июля 2017 г. В свою очередь, экспорт авиакеросина, нафты (сырья для нефтехимии) и промежуточных нефтепродуктов, требующих дополнительной переработки, находился на близких к максимальным уровням.

Рост экспорта нефти из США сдержал рост цен на нефть на пике ближневосточного кризиса. Средняя спотовая цена Brent выросла с $70,9 за баррель в феврале 2026 г. до $117,3 за баррель в апреле 2026 г., после чего «пошла на спад», опустившись до $85,4 за баррель в июне 2026 г.

Сдерживанию роста цен также способствовало использование маршрутов, позволяющих обходить Ормузский пролив при экспорте нефти из стран Ближнего Востока. Сюда относятся нефтепровод «Восток-Запад» в Саудовской Аравии мощностью до 7 млн б/с, с помощью которого осуществляется транспортировка нефти на побережье Красного моря; а также порт Фуджейра (ОАЭ) в Оманском заливе, на который замыкаются нефтепроводы общей мощностью 1,8 млн б/с.

Вне зависимости от динамики ближневосточного конфликта, на поддержание американского экспорта нефти выше среднего уровня первой половины 2020-х гг. будет влиять ввод глубоководных терминалов, делающих возможной отгрузку нефти на сверхкрупные танкеры (класса VLCC).

Речь идет о двух техасских проектах – Texas GulfLink, который должен быть реализован до конца 2028 г., и проекте SPOT, который получил необходимые разрешения от регуляторов, но инвестрешение по которому пока не принято.

Родионов

Что повлечет запрет на экспорт дизельного топлива?

Прирост топливных цен в рознице вновь ускорился. По данным Росстата, в период с 30 июня по 6 июля 2026 г. цены на автобензин выросли на 2,1%, а цены на дизельное топливо – на 3,4% против прироста на 1,6% и 2,2% неделей ранее.

Накопленный с начала года прирост розничных цен на бензин достиг 13,9%, а цен на дизельное топливо – 14,7%, тогда как инфляция составила 4,5%.

Рекордный рост цен вынудил правительство ввести запрет на экспорт дизельного топлива – ограничения для производителей будут действовать до 31 июля 2026 г. Это первый подобный запрет с сентября 2023 г., когда в ответ на скачок биржевых цен регуляторы запретили производителям экспортировать дизель.

Тогдашний запрет был поэтапно отменен в течение двух месяцев на фоне новых договоренностей между нефтяниками и регуляторами: Минфин отказался «уполовинивать» демпфер, а производители начали придерживать рост цен на бирже: в период с сентября по декабрь 2023 г. средняя биржевая цена дизельного топлива снизилась более чем на 15%, с 68 616 руб. до 57 780 руб. за тонну.

Исторически в России был высокий профицит дизельного топлива, и даже резкий рост внутреннего спроса после 2022 г. этого не изменил: по данным ЦДУ ТЭК, соотношение поставок на экспорт и внутренний рынок в 2021 г. составляло 50% на 50% (40,3 млн тонн против 39,6 млн тонн в год), а в 2023 г. – 40% на 60% (35,7 млн тонн против 52,2 млн тонн в год).

Несмотря на внеплановые ремонты на НПЗ, профицит мощностей, скорее всего, сохраняется и сейчас. Запрет, лишающий производителей выбора между внутренним и внешним рынком, возможно, позволит насытить цепочку поставок дизеля. Вдобавок для отмены запрета компаниям нужно будет демонстрировать «хорошее поведение», что может несколько «остудить» рынок.

Однако долговременный запрет чреват сокращением нефтедобычи, с учетом того, что дизель является более маржинальным видом нефтепродуктов, чем мазут, и более «массовым», с точки зрения экспортных объемов, чем автомобильный бензин. Поэтому запрет вряд ли будет столь же долгим, как в случае с бензином, запрет на экспорт которого фактически стал постоянным.

Насытить внутренний рынок проще и эффективнее за счет резкого повышения нормативов биржевых продаж: в этом случае не потребуется «ручной механизм», а независимые АЗС и коммерческие потребители смогут покупать топливо по существенно более низким ценам, чем сейчас вне биржи, даже с учетом маржи трейдеров.

Нынешний кризис – еще одна иллюстрация неэффективности текущей модели регулирования, в основе которой лежат субсидии и экспортные запреты. Отмена субсидий, заморозка акцизов и повышение нормативов биржевых продаж – вот что может стабилизировать топливный рынок в случае гарантий безопасности для НПЗ и отмены санкций на поставку оборудования для нефтепереработки.

Родионов

Россия нарастила поставки газа в ЕС, но это ненадолго

Импорт природного газа из России в ЕС – включая трубопроводные поставки и СПГ – вырос на 14% по итогам первого полугодия 2026 г., достигнув 22,1 млрд куб. м против 19,4 млрд куб. м годом ранее (здесь и далее подсчеты Bruegel на основе данных ENTSOG, GIE и Bloomberg).

Основным драйвером был рост поставок СПГ на фоне приостановки транзита в Ормузском проливе: если в первом полугодии 2025 г. страны ЕС импортировали из России 11,4 млрд куб. м сжиженного природного газа, то за аналогичный период 2026 г. – 13,4 млрд куб. м (прирост на 17%), тогда как страны вне США и России сократили поставки СПГ на 36%, с 15,8 млрд куб. м до 10,1 млрд куб. м соответственно.

Помимо российских поставок СПГ, компенсирующую роль сыграли поставки СПГ из США, объем которых увеличился на 8% по итогам первого полугодия 2026 г. (до 43,9 млрд куб. м).

Трубопроводные поставки из Норвегии в страны ЕС выросли за тот же период на 5% (до 50,3 млрд куб. м), а из Великобритании, Азербайджана и Алжира – увеличились на 3% (до 33,3 млрд куб. м).

В результате, несмотря на приостановку поставок СПГ из Катара, общий импорт природного газа в ЕС вырос на 2% по итогам первого полугодия 2026 г., до 159,7 млрд куб. м против 156,3 млрд куб. м в январе-июне 2025 г.

Доля российских поставок – включая СПГ и импорт по европейской нитке «Турецкого потока» – в структуре импорта природного газа в ЕС выросла за тот же период с 12% до 14%.

Однако эта доля будет сокращаться из-за санкций ЕС, которые в нынешнем году затронули импорт СПГ и трубопроводные поставки по краткосрочным контрактам, а в следующем году будут распространены на импорт по долгосрочным контрактам.

Родионов

Цены Brent «заякорятся» вблизи отметки в $60 за баррель

Семь ведущих стран ОПЕК+ повысили квоту на добычу нефти на 188 тыс. баррелей в сутки. Решение вступает в силу с августа 2026 г.: к тому моменту общая квота Саудовской Аравии, России, Ирака, Кувейта, Казахстана, Алжира и Омана превысит уровень марта 2025 г. на 3,3 млн б/с.

Для сравнения: по данным МЭА, в феврале 2026 г., накануне прекращения привычного режима судоходства в Ормузском проливе, добыча нефти в ОАЭ составляла 3,6 млн б/с.

Решение ОАЭ выйти из ОПЕК и ОПЕК+ с мая 2026 г. практически не отразилось на стратегии остальных участников сделки, которая де-факто сводится к поэтапному выходу из ограничений. Эту задачу серьезно облегчил конфликт между США и Ираном, который привел к скачку цен на нефть и резкому сокращению нефтедобычи, из-за чего рынок практически перестал реагировать на решения альянса.

В августе 2026 г. квота ведущих семи участников сделки превысит уровень февраля 2026 г. на 940 тыс. б/с (с учетом округления). Как следствие, несмотря на самое серьезное сокращение добычи со времен пандемии COVID-19, объем предложения в странах Ближнего Востока уже в нынешнем году может превысить докризисный среднесуточный уровень.

Это будет способствовать снижению цен Brent, которые могут «заякориться» вблизи отметки в $60 за баррель в четвертом квартале 2026 г., когда уже в значительной мере будет восстановлен транзит нефти и нефтепродуктов по Ормузскому проливу.

Родионов

Экспорт нефти растет, нефтепродуктов – сокращается

Морской экспорт нефти из России в июне 2026 г. достиг 4,41 млн баррелей в сутки, превысив на 9% показатель предыдущего месяца и на 28% уровень июня 2025 г.

По данным S&P Global Platts, морской экспорт нефти в Индию сократился на 59% в сравнении с предыдущим месяцем (до 939 тыс. б/с), тогда как морской экспорт в Китай увеличился на 12% (до 966 тыс. б/с), а поставки в Египет выросли более чем вдвое, до 458 тыс. б/с против 190 тыс. б/с в мае 2026 г.

Кратный прирост – на 581% в сравнении с предыдущим месяцем – был также характерен для поставок нефти в Сингапур, объём которых достиг 797 тыс. б/с.

Морской экспорт нефтепродуктов в июне 2026 г. сократился до 1,61 млн б/с, что на 15% ниже, чем в мае 2026 г., и на 31% ниже, чем в июне 2025 г.

Список крупнейших импортёров возглавили Египет и Турция: морские поставки в Египет выросли на 25% в сравнении с предыдущим месяцем (до 389 тыс. б/с), в то время как поставки в Турцию сократились на 19%, до 311 тыс. б/с.

Результаты июня 2026 г. свидетельствуют о росте поставок через транзитные локации, включая Египет и Сингапур, откуда российское сырье экспортируется в третьи страны. Среди прочего сказывается ужесточение санкционного фона: США в июне 2026 г. не стали продлевать разрешение на отгрузку российских нефти и нефтепродуктов с танкеров теневого флота, которое после марта 2026 г. продлевалось дважды подряд.

Импортеры стремятся хеджировать рост санкционных рисков: это будет сдерживать цены на российское сырье и при этом увеличивать издержки в цепочке поставок нефти и нефтепродуктов.

Родионов

Нефтегазовые доходы: «передышка» закончилась

Второй квартал 2026 г. выдался весьма благоприятным для нефтегазовых доходов: федеральный бюджет получил 2,22 трлн руб. – на 54% больше, чем в первом квартале года.

На фоне роста нефтяных цен поступления по НДПИ на нефть выросли в два с половиной раза, с 973 млрд до 2,48 трлн руб., а сборы по НДД – на треть, со 190 млрд до 253 млрд руб.

Квартальный прирост сборов по НДД и НДПИ на нефть составил 1,57 трлн руб., что с запасом компенсировало увеличение субсидий для НПЗ (на 890 млрд руб.), включая демпфер, обратный акциз и инвестнадбавку.

Однако в сравнении со вторым кварталом 2025 г. прирост нефтегазовых доходов составил лишь 6% (2,22 трлн руб. против 2,09 трлн руб.), при этом в первом квартале 2026 г. нефтегазовые доходы сократились на 45% (год к году), до 1,44 трлн руб. против 2,64 трлн руб. в январе-марте 2025 г.

Это во многом объясняет, почему по итогам первой половины 2026 г. федеральный бюджет получил на 23% нефтегазовых доходов меньше, чем за январь-июнь 2025 г. (3,66 трлн руб. против 4,73 трлн руб.).

В третьем квартале 2026 г. бюджет начнёт «ощущать» последствия коррекции нефтяных цен, произошедшей на фоне предварительных договорённостей между США и Ираном и начавшегося перезапуска транзита по Ормузскому проливу.

В июне 2026 г. налоговая цена российской нефти снизилась до $63,5 за баррель – самой низкой отметки с начала острой фазы конфликта между США и Ираном. В последующие месяцы цена может снизиться ещё сильнее, с учётом потенциального роста добычи на Ближнем Востоке и весьма вероятного смягчения условий сделки ОПЕК+.

Поэтому второй квартал 2026 г., скорее всего, станет «передышкой» перед новым падением нефтегазовых доходов, которое усложнит проблему бюджетного дефицита.

Родионов

Третий квартал станет «переходным» для рынка нефти

Налоговая цена российской нефти, учитывающая спотовые котировки Urals и ESPO, снизилась второй месяц подряд: если в апреле 2026 г., на фоне прекращения привычного режима судоходства в Ормузском проливе, цена составила $94,9 за баррель, то в мае – $86,5 за баррель, а в июне – $63,5 за баррель.

Средняя спотовая цена Brent за тот же период снизилась со $117,3 до $107,1 и $86,1 за баррель. Помимо июньского меморандума между США и Ираном, сказалось высвобождение стратегических запасов и использование альтернативных маршрутов поставок нефти, обеспечивающих не менее трети от «докризисного» объёма транзита по Ормузскому проливу. Сюда относятся порт Фуджейра в Оманском заливе и нефтепровод «Восток-Запад» в Саудовской Аравии, который позволяет поставлять нефть на побережье Красного моря.

Наступивший третий квартал 2026 г. будет во многом переходным для нефтяного рынка: рост транзитных перевозок по Ормузскому проливу будет происходить на фоне увеличения добычи в странах Ближнего Востока, сокративших предложение более чем на 11 млн баррелей в сутки в период с февраля по май 2026 г., что превышает объём нефтедобычи в России (оценка Управления энергетической информации, EIA).

Поэтому цена Brent в июле, августе и сентябре 2026 г. будет ниже июньских уровней, что отразится на динамике Urals и ESPO. С учётом подготовки детальных договорённостей между США и Ираном, серьёзного импульса цены на нефть во второй половине года уже не получат, даже несмотря на осенние выборы в Израиле, приближение которых чревато рисками кратковременных эскалаций на Ближнем Востоке.

Родионов

Загрузка НПЗ – на минимуме с 2003 года

Добыча нефти и газового конденсата в России в 2025 г. сократилась на 0,6%, до 10,16 млн баррелей в сутки. Как следует из ежегодника Energy Institute, сокращение добычи было зафиксировано третий год подряд, при этом прошлогодний объём предложения стал самым низким с 2010 года.

Традиционный годовой обзор мировой энергетики, который ранее публиковался BP, остаётся одним из немногих общедоступных источников о ситуации в российской нефтегазовой отрасли. В «обычные» времена более предпочтительными являются данные Росстата и ЦДУ ТЭК, однако при практически полном отсутствии таковых приходится ориентироваться на сторонние оценки, которые, впрочем, могут вполне точно отражать общие тренды.

По данным Energy Institute, переработка нефти в России в 2025 г. сократилась на 5,8%, до 4,9 млн б/с против 5,2 млн б/с в 2024 г., а загрузка российских НПЗ – с 77% до 73%, самой низкой отметки с 2003 г. Для сравнения: в 2023 г. переработка нефти в РФ достигла 5,66 млн б/с, а загрузка НПЗ – 84%.

Экспорт нефти и нефтепродуктов сократился на 5,5%, до 7,15 млн б/с – самой низкой отметки с 2006 г.; в сравнении с 2022 г., когда экспорт достиг 8,1 млн б/с, объём поставок снизился почти на 1 млн б/с.

Основное сокращение пришлось на нефть: экспорт нефти снизился с 5,17 млн б/с в 2024 г. до 4,75 млн б/с в 2025 г., в то время как экспорт нефтепродуктов остался практически на том же уровне, что и годом ранее (2,40 млн б/с в 2025 г. против 2,39 млн б/с в 2024 г.).

В нынешнем году сокращение экспорта, по всей видимости, добралось до нефтепродуктов, о чём косвенно свидетельствуют данные турецкой таможенной статистики, «отзеркаленные» на портале Trade Map.

В первом квартале 2026 г. поставки нефтепродуктов из России в Турцию сократились на 30% в сравнении с аналогичным периодом 2025 г. (до 256 тыс. б/с), а турецкий экспорт нефтепродуктов снизился на 32%, до 325 тыс. б/с.*

После эмбарго ЕС в отношении России Турция смогла резко нарастить экспорт нефтепродуктов за счёт реэкспорта российских поставок: по данным таможенной статистики, импорт нефтепродуктов из Турции в Россию увеличился более чем вдвое в период с 2021 по 2023 год (со 146 тыс. до 356 тыс. б/с), а общий экспорт нефтепродуктов из Турции – чуть более чем на 80% (с 244 тыс. до 441 тыс. б/с), притом что загрузка турецких НПЗ оставалась почти на одном и том же уровне (86% в 2021 г. и 91% в 2023 г., согласно данным Energy Institute).

Теперь, из-за внеплановых ремонтов на НПЗ и вероятного ужесточения ограничений на вывоз топлива, возможности Турции для реэкспорта нефтепродуктов будут снижаться.

*Тонны были переведены в баррели по коэффициенту 8,058, стандартному для корзины нефтепродуктов.

Родионов