В комментариях возник вопрос про уведомления о семейном образовании.
 
Отмечу еще раз – единственная обязанность родителей, выбравших СО – направить такое уведомления в орган местного самоуправления муниципального района, городского округа (или их аналогов для городов федерального значения).
 
Придуманные «на местах» дикие процедуры с обязательным принесением паспортов, «обязательными» очными беседами с обоими родителями и т.п. – незаконны. Такие обязанности для родителей местные власти создавать по закону не могут, об этом см. выше.
 
Достаточно отправить уведомление.
 
Но в комментариях писали про уведомление по электронной почте и т.п.
 
Такой путь я настоятельно не рекомендую и вот почему: вы потом не сможете доказать, что выполнили обязанность и официально направили нужный документ.
 
Отправлять нужно по обычной, а не электронной, почте – и не абы как, а таким образом, чтобы у вас были надежные доказательства отправления документа.
 
Поэтому я делюсь своим «ноу-хау» на этот счет, которое считаю наиболее «гарантированным».
 
Использовать такой подход можно (и рекомендуется) для любой официальной переписки с чиновниками.
 
Идея в следующем. Сама по себе квитанция об отправке письма не доказывает, что Вы отправили именно необходимый документ, а не что-то другое. Для этого нужно отправление с описью вложения. Но опись не доказывает, что письмо дошло адресату и было получено, что тоже иногда желательно.
 
Оптимальный вариант – это отправить по почте ценное письмо 1 класса с описью вложений и уведомлением о вручении.
 
Причем опись надо заполнять тоже не как попало, а определенным образом.
 
Алгоритм следующий:
 
1) Готовите нужное уведомление (или иной документ). Себе обязательно оставьте копию.
 
2) Готовите опись вложения. Можно взять готовый бланк на почте, но я всегда делаю опись дома, без спешки, заранее. Для этого скачиваете бланк в Интернете. Я использовал специальный увеличенный бланк – формата А4. У меня всегда его принимали, думаю, у вас тоже не будет проблем с ним. Прилагаю ниже его в виде файла, пользуйтесь.
 
Опись нужно делать следующим образом:
 
– Ставите слева номер вложения по порядку – «1».
 
– Далее самое важное. Не пишите просто «уведомление о переходе на семейное образование» - так вы не тоже докажете, что отправили то, что надо. Используйте один из двух вариантов.
 
Вариант 1: пишете «Уведомление от (Ваше имя), родителя несовершеннолетнего (Имя ребенка) хххх г. р. о переходе указанного несовершеннолетнего на семейное образование (на X л.) на имя/адрес от ХХ.ХХ.ХХХХ г.».
 
Вариант 2: пишете все то же самое, далее добавляете (через запятую) – «следующего содержания:» - и в кавычках полностью мелким шрифтом переписываете текст своего уведомления.
 
Вот именно для этого, наиболее «гарантированного» варианта доказательства отправки я и использовал опись вложения формата А4. Текст уведомления стараетесь сделать таким, чтобы он в бланк успешно поместился.
 
– Далее пишете в графе «количество» - «1», «объявленная ценность» - «1 руб.» (например). И заполняете оставшуюся часть описи, как обычно.
 
📌 Имейте в виду: опись делается в двух одинаковых экземплярах.
 
3) Бланки уведомления лучше заранее взять (или купить маркированные) на почте и тоже заполнить дома. Не забудьте, в уведомлении адрес получателя будет ваш, а отправителя – тот, на который вы пишете.
 
4) Все, идете на почту и просите отправить Ваш документ ценным письмом первого класса с описью вложения и уведомлением о вручении.
 
📌 У Вас на руках останется опись с подписью работника почты и штампом почтового отделения, чек с трек-номером, по которому можно отследить движение Вашего письма, а через некоторое время Вы получите уведомление.
 
Строго говоря, важен факт отправки Вами уведомления, если его не захотели получить – это уже не Ваши проблемы. Но, на всякий случай, лучше удостовериться.
 
Все это – опись, чек, вернувшееся уведомление – тщательно сохраняйте. Это дает вам железные доказательства того, что вы отправили все, что надо.
 
Это можно использовать почти во всех ситуациях переписки с чиновниками, когда Вам нужно документировать факт отправки определенного документа или письма. 

🔽 Бланки ниже.–

#право #СемейноеОбразование

Всех с Днем знаний!

А всем семейникам - мои соболезнования. Такие возможности для социализации постоянно упускаем! 😊

🔼 В ответ на некоторые вопросы отмечу важное:

Обязанности родителей в области образования могут устанавливаться только федеральными законами или договором об образовании (ст. 44 ч. 5 ФЗ "Об образовании в РФ").

Это означает, что дополнительные обязанности родителей в области образования (в том числе семейного) не могут вводиться даже региональными законами, а тем более подзаконными нормативными актами - если они уже не предусмотрены федеральным законом.

Попытка установить новые обязанности родителей в подзаконных нормативных актах (или даже региональном законе) вступает, таким образом, в прямое противоречие с Федеральным законом "Об образовании в РФ", что прямо запрещено этим федеральным законом (ст. 4 ч. 4).

При этом ст. 4 ч. 5 ФЗ "Об образовании в РФ" четко устанавливает, что в случае противоречия норм, регулирующих отношения в сфере образования, устанавливаемых другими нормативными актами, нормам данного федерального закона, применяются не они, а нормы федерального закона (кроме исключений, прямо предусматриваемых самим ФЗ "Об образовании в РФ").

Таким образом, нормы, скажем, местного регламента об СО, накладывающие на родителей дополнительные обязанности, не требуют специальной отмены, они просто автоматически не подлежат применению согласно ст. 4 ч. 5 ФЗ "Об образовании в РФ".

P. S. Исключения прямо предусмотрены в самом ФЗ - это МГУ, СПбГУ, "Сколково", "Сириус" и т.п. особые случаи.

Елена рассказала о своей интересной ситуации с чиновниками (или все же мошенниками?). Дав ей пару дружеских подсказов в процессе все же повторю их для всех:
 
▪️ Само собой, никогда не следует давать никакую информацию о себе, своей семье и близких «чиновникам» в мессенджерах. На самом деле, это могут оказаться не чиновники, а мошенники. Все же знают, как людям звонят из «Следственного комитета», правда ведь?
 
Впрочем, мне кажется, что когда чиновники пытаются через мессенджеры получать от людей приватную информацию, они как-то уже совсем немногим отличаются от мошенников.
 
Советую вежливо требовать, чтобы все свои требования чиновники направляли по почте в письменном виде – и, разумеется, обосновывая их ссылками на конкретные нормы закона. На всякий случай: «Направьте нам пожалуйста информацию, которую мы хотим знать» – не основание. 😊
 
▪️ Федеральный закон предусматривает обязанность родителей, выбравших для своих детей семейное образование, уведомить об этом выборе орган местного самоуправления муниципального района, муниципального округа или городского округа, на территориях которых они проживают (ст. 63 ч. 5 ФЗ «Об образовании в РФ»).
 
Это делается «при выборе» - то есть один раз. Закон не предусматривает необходимости ежегодно или регулярно направлять никакие повторные уведомления.
 
Кстати, строго говоря, местные органы власти не наделены законом полномочием утверждать какие-то специальные формы такого уведомления – то есть, вообще говоря, не обязательно использовать придуманные ими формы. Можно делать это в свободной форме. Другое дело, что чиновникам бывает очень трудно объяснять, что они на что-то не уполномочены. До них это зачастую доходит с большим трудом. Так что, во избежание нервов, можно подавать и в той форме, которая им понравилась.
 
▪️ Закон нигде не предусматривает обязанности родителей уведомлять местных чиновников о том, где ребенок проходит промежуточную аттестацию и каковы ее результаты. То есть делать это можно, но закон ничего подобного от родителей не требует.
 
Если чиновникам очень хочется уличить родителей в том, что они не выполняют какие-то обязанности – то это чиновники должны искать тому убедительные подтверждения. Разумеется, исходя при этом из презумпции невиновности родителей (ст. 1.5 КоАП РФ и, до некоторой степени, ст. 49 Конституции РФ, mutatis mutandis).
 
Кстати, напомню, что законом на данный момент не предусмотрено обязательное ежегодное прохождение промежуточной аттестации, и прохождение их по закону – право, а не обязанность семьи.
 
▪️ ВАЖНО: всегда общайтесь корректно и спокойно.
 
Я понимаю, что взаимодействие с чиновниками вызывает у многих понятные инстинктивные нервные реакции. Корректное и спокойное общение всегда выигрышно. Если в общении кто-то начнет выглядеть неадекватно – пусть это будете не вы, а ваши собеседники 😊
 
Одна моя покойная родственница в ситуациях хамства надменно и холодно смотрела на собеседника сквозь очки и выдавала: «Молодой человек/девушка/сударь/сударыня! Что за тон! Простите, но где Вас воспитывали?!». 😊

Мои пять копеек про миф о том, что аборты снижают уровень преступности, восходящий к работам Левитта и Донохью.
 
Пока меня не было, у коллег случилась вокруг него дискуссия (если, конечно, можно так назвать беседу, в которой «наша» сторона приводит научные аргументы и факты, а противная сторона ограничивается истерическими всплесками).

С учетом этого пишу не для противной стороны, а для тех, кто все-таки пытается мыслить сколько-то логично и основательно.
 
Пожалуй, о научной стороне вопроса почти все стоящее уже было сказано (тут, а также тут и далее), поэтому я добавлю лишь чуть-чуть – и не по фактам, а по методологии.
 
А потом скажу кое-что более важное и принципиальное, смысловое.
 
Коллеги уже все сказали о критике других ученых, в общем-то, не оставившей от версии Левитта камня на камне. Не буду повторяться. Но есть пара дополнительных нюансов.
 
▪️Допустим, что модель Левитта выдержала бы всю математическую и прочую критику (а это не так). Но и тогда из нее не следовал бы вывод, что легализация абортов снижает уровень преступности.
 
Дело в том, что модель Левитта не учитывает, что параллельно легализации абортов в США шел целый ряд других разномастных социальных процессов. Включавший изменения в социальной политике, образовании и много в чем еще. Причем временное распределение этих процессов по штатам было схоже с распределением времени легализации в них абортов.
 
При таких обстоятельствах вообще невозможно толком сказать, что стало причиной чего. У снижения уровня преступности и легализации абортов могли быть другие общие или даже просто связанные между собой причины.
 
▪️При этом есть данные, которые подтверждают именно такую гипотезу.
 
В 2020 году было опубликовано интересное исследование по Румынии. При Чаушеску в Румынии аборты были запрещены, потом – разрешены. Исследователи проанализировали связь этих событий с уровнем преступности.
 
И вышло, что после разрешения абортов общее количество преступлений снизилось, но вот уровень преступности на душу населения существенно не изменился. То есть просто стало меньше людей – и поэтому меньше преступлений – в абсолютном выражении.
 
▪️Иными словами, даже если бы модель Левитта оказалась «верной», нет никаких оснований (а) делать на ее основании вывод о том, что легализация абортов стала именно причиной снижения преступности и, что важнее, (б) распространять ее за пределы США с их специфической историей и культурой.
 
Но я все понимаю. Разумеется, если какой-то модный среди либералов ученый написал о чем-то в научно-популярной книжке, то это истина в последней инстанции. Именно это – «наука», которой надо безоговорочно «верить». 😊
 
А все, кто использует реальный серьезный научный анализ – просто ретрограды и мракобесы.
 
📌 Но я хочу обратить внимание на более важный момент – принципиальный и смысловой.
 
Предположим на секунду, что модель Левитта была бы полностью верна.
 
Но из нее никак не следует, что аборты желательны в целях борьбы с преступностью или являются подлинным решением проблемы преступности.
 
Нет, понятно, что бороться абортами с преступностью можно. Все как в «румынском» исследовании: чем меньше людей – тем меньше преступлений. Нет человека – нет проблемы.
 
В принципе, можно всю преступность таким образом извести – достаточно просто уничтожить еще до рождений всех людей. И наступит полный правопорядок – тишь да гладь. И никаких преступлений!
 
Но если вдуматься в суть – идея Левитта была не в том, что аборты снижают число преступлений, а в том, что нежеланные дети чаще становятся преступниками. А аборты позволяют от этих несчастных нежеланных радикальным образом избавиться, убив их.
 
Концепция, безусловно, богатая. Получается, если с кем-то чаще происходят некие проблемы – надо попросту заранее избавиться от соответствующей группы населения целиком. И это улучшит показатели. Логика, надо заметить, абсолютно нацистско-евгеническая. Борьба за «качество» населения путем превентивного уничтожения недостаточно «качественных» людей.
 
Но ведь логика нравственно здорового человека протестует против такого хода мысли.
 
Если проблема в нежелательности детей, то ее решение – никак не в убийстве этих детей.
 
Ведь сама эта нежелательность – конструируется обществом через культуру. Они же не по природе своей нежелательные, такие дети. Их такими делают окружающие люди, пестующие определенные взгляды в своих головах, определенные ценности, определенное – негодное – отношение к жизни.
 
И настоящее решение – причем это очевидно! – в изменении этих взглядов, а вовсе не в массовых убийствах.
 
А в изменении мировоззрения людей и общества. Таком, чтобы все дети – по крайней мере, для подавляющего большинства из нас – стали желанными, независимо ни от чего другого (в сравнении с ценностью жизни и человеческой личности явно второстепенного).
 
Но такое решение, видимо, не всем подходит. Некоторые очень хотят именно убивать. 🥲

Дорогие друзья!

Из хороших новостей – я (пока) опять дома на какое-то время.

Из не очень хороших – к сожалению, не в лучшей форме и в целом ситуация непростая. Судя по всему, мне предстоят сложные и довольно нервные диагностика и лечение. Поэтому периодически я, вероятно, снова буду на какое-то время оказываться не дома.

На этом фоне мне придется работать несколько меньше привычного. При этом я продолжу вести канал и общаться с вами – но по мере сил, в более «щадящем», не ежедневном режиме.

Очень благодарен всем за помощь и за душевную поддержку – они своевременны и нужны. ❤️

Между тем, я наверняка пропустил кучу всего, пока был не с вами. Если вы хотите спросить меня о чем-нибудь важном и актуальном, можно это сделать в комментариях. По возможности постараюсь ответить.

Пост от админов канала

Дорогие друзья и читатели!

Павел Александрович получил все ваши пожелания ❤️
И передал для вас послание с благодарностью за поддержку.

"Дорогие друзья!

Я пока ещё в больнице на какое-то время - нужно проверить некоторые важные вещи. Дальше все зависит от результатов. Помимо этого самочувствие у меня вполне приемлемое.

Очень благодарю всех за добрые пожелания и помощь. И за молитвы всех, кто молится. ❤️

Надеюсь, что в скором времени, так или иначе, к вам всем вернусь - и мы продолжим наше общение о важном и не очень. 😊

Спасибо ещё раз!"

Если кто-то из вас хотел поддержать финансово, но ещё не успел, номер карты указан в предыдущем посте.

Большое всем спасибо!

📌 Дорогие друзья!

Позавчера Павел Александрович был госпитализирован, поэтому какое-то время постов в Клубе не будет.

Пока неизвестно, надолго ли, диагноз ещё неясен.

Последнее время было непростым для Павла Александровича, но он, как и все эти годы, неизменно находил время и силы писать для нас всех о важных вещах и общаться с подписчиками. Наша поддержка для него тоже сейчас важна и нужна. Будем признательны всем, кто решит её оказать.

Напоминаем номер карты (Сбер):

5228 6005 7520 5556

Ну а теперь – об актуальной политике.
 
Выборы, снятие с них партий и кандидатов и все такое прочее. Я намеренно постараюсь обойтись без имен и названий – потому как речь о фундаментальных принципах, которые от конкретных названий никак не зависят.
 
Не раз и не два за эти дни я наблюдал в интернет-обсуждениях занятное.
 
Например, скажет, кто-то, что ХХХ сняли с выборов несправедливо, по явно смехотворному и неадекватному основанию. И сразу начинается примерно такое:
 
«Какая разница, за что! Правильно сняли. ХХХ – гад(ы)! Они ведь … тут следует перечень».
 
С другой стороны, когда с выборов на примерно таких же основаниях снимают с выборов YYY, тем же людям глубоко близкого и симпатичного, они немедленно искренне и живо возмущаются, усматривая тут радикальную несправедливость и антинародность. Потому что «а нас-то за что?» (с).
 
Разумеется, много и других людей, у которых все ровно так же, только X и Y меняются местами, потому как у них обратные симпатии и антипатии.
 
Что мы на самом деле наблюдаем?
 
Мы наблюдаем полную подмену. В головах множества людей для объективной, неумолимой (в том числе ими самими!) справедливости никакого места не осталось. В этих головах произошла полная подмена понятий. «Справедливым» такие люди называют просто то, что лично им нравится, хочется и кажется правильным и хорошим. «Несправедливым» - соответственно, то, что лично им не нравится, не хочется и кажется неправильным и нехорошим.
 
В этой картине мира далее власть, государство, закон, суд и т.п. – в идеале становятся просто механизмами выполнения (любыми способами) всего, что нравится, хочется и кажется. И «справедливого» преследования (тоже любыми способами) всего, что не нравится, не хочется и не кажется.
 
Каждая группа таких людей спит и видит, как бы заставить всех вокруг, в том числе не согласных, считать справедливым и нравственным то, что кажется ей. Если надо, то и прямым насилием, иногда и вплоть до уничтожения. А закон и власть – это просто инструменты достижения этой идеальной замечательной цели.
 
Разумеется, никакой реальных, объективных, не зависящих от чьих-либо пристрастий и желаний неумолимых справедливости и нравственности, в мире таких людей не существует. В таком мире им просто неоткуда взяться.
 
В этой картине мира «цель оправдывает средства», и это нормально для нее. А почему бы и нет! Главное, чтобы все было по-нашему!
 
В свое время еще проницательный французский политический мыслитель Алексис де Токвиль писал в том духе – что, мол, вокруг множество партий, групп и фракций. Каждая предлагает свое видение идеального общества и мечтает всех в него переделать. И каждая мечтает принудить всех к этому своему идеальному обществу мощью государства. Таким образом, все они мечтают об огромной мощи государства, которая будет служить, конечно же, их желаниям.
 
Мечта про мощь у всех общая, а вот желания радикально разные. Поэтому выполняется ровно половина их "мечты".
 
Мощное государство, разумеется, наступает (в том числе их стараниями!). После чего оно начинает выполнять, разумеется, не желания этих разных групп, а исключительно свои собственные. То есть желания конкретной элиты, дорвавшейся до рычагов управления.
 
Все, кто надеялся вот так воплотить в жизнь свои безудержные пожелания, просто забыли о старом анекдоте. Помните, про сына полковника, которому отец говорит, что полковником он, конечно, станет – а вот генералом – нет, потому что «у генерала свой сын есть»?
 
Так вот, у государственной элиты, кем бы она ни был, есть свои хотелки. Которые она и начинает беззастенчиво исполнять всеми госресурсами. И чего бы ради ей исполнять ваши-то?
 
Причем в описанной ситуации ее трудновато в чем-то серьезно упрекнуть – просто потому, что практически все активное и громкое общество вокруг мыслит ровно так же, как она. Разница только в том, что одна группа у рычагов, а другие – нет. Никакой другой серьезной разницы нет.
 
Разумеется, такие действия элиты подрывают право, закон и вообще все, что придает обществу хоть какую-то устойчивость.
 
Потому что сила закона именно в том, что он не является и не должен быть орудием чьего-то произвола и чьих-то личных или групповых желаний и интересов. И он остается законом, пока люди хотя бы минимально в нем это видят.
 
Когда закон и суд становятся просто циничным средством достижения чьих-то властных, политических или иных целей – они объективно перестают быть законом и судом. И шаг за шагом общество начинает, само того сперва не замечая, сваливаться в опасный водоворот хаоса и утраты всяких и любых опор.
 
Кончается это неизменно плохо.
 
При этом я не идеалист, и прекрасно понимаю, что суд и закон всегда используются теми, у кого есть такая возможность, в личных политических и прочих целях. Так всегда было. И до какого-то предела социальные системы к этому устойчивы.
 
Но это нельзя делать цинично и откровенно «в лоб» - таким образом, чтобы всем было очевидно, что это только средство достижения цели и ничто больше. Своему политическому противнику можно помешать на выборах, используя формальные предлоги и инструменты. Но это должно хотя бы выглядеть сколько-то солидно и основательно.
 
Заблокировать нежелательный мессенджер можно и в интересах наживы какого-то «своего» лобби. Но основания для этого тоже должны хотя бы выглядеть достаточно вескими и убедительными, а не явно надуманными и смешными. И т.п. Надо оставлять закону шанс оставаться законом.
 
Тем, кто поступает иначе, может казаться: «А что такого-то! Зато мы показали, кто тут в доме хозяин! Пусть делают, что мы хотим! А всем, кто не хочет – лежать, бояться!». Они даже могут считать, что это такая демонстрация полноты власти и статуса.
 
Но на самом-то деле это демонстрация отсутствия реальной опоры. Делать так – значит, активно рубить тот самый сук, на котором (сам того не замечая!) сидишь.
 
Но есть и более серьезная проблема.
 
Пока в обществе так много людей и групп, которые сами мыслят ровно так же – и отличаются от такой элиты только теми конкретными предпочтениями и хотелками, которые жаждут проводить в жизнь всей государственной мощью – эта болезнь остается неизлечимой.
 
Если вы сами живете внутренне в парадигме «победитель – прав, а проигравший – плачет», стоит ли жаловаться, когда ее к вам тоже применят? Это даже почти неизбежно.
 
Слова «Ибо суд без милости не оказавшему милости» - они, в том числе, и про это.

P. S. Для ясности. Лично я не испытываю никаких симпатий ни к кому из снятых. Как и ни к кому из снимавших. Среди них всех лично я голосую за Гомера и Аристотеля.

Лукавый, но добродушный старик в зеленой шляпе, изображенный на картине Йозефа Мадленера — горный дух, вроде Рюбецаля из немецких и чешских преданий. Немецкий художник так и назвал картину, Der Berggeist.

Чем она любопытна? Именно открытка с репродукцией этой картины повлияла на образ мага Гэндальфа в мире Средиземья. Стала для него отправной точкой.

Сам Дж.Р.Р. Толкин написал на конверте, в котором хранил открытку — ‘Origin of Gandalf’. То есть происхождение Гэндальфа, прямое указание на то, откуда взялся персонаж.

Причем Толкин считал, что привез открытку еще из юношеского похода по Швейцарии в 1911 году. Эту версию воспроизводит и первый биограф Толкина, Хамфри Карпентер.

Только вот Йозеф Мадленер написал своего «Горного духа» не раньше 1920-х. По крайней мере, так утверждает дочь художника.

Так что, скорее всего, в памяти Толкина переплелись события разных лет. Но старик в зеленой шляпе, ласково гладящий белую лань — точно прототип Гэндальфа (а, может, и его коллеги Радагаста Бурого, особенно любящего зверей).

Первая иллюстрация — картина Мадленера Der Berggeist, дальше — Гэндальф на иллюстрации братьев Хильдебрандт и в фильме «Властелин колец: Братство Кольца» (2001)

#галерея_фм #разбор_мифов

Panfilov FM

Несколько дней подряд я пытаюсь написать об актуальной политической жизни. Ну, вы знаете, все эти снятия с выборов «Яблока»/Матвеева на основании нарушения авторского права и т.п.
 
Честно говоря, не очень хочется писать, но надо. Но, пока оно зреет и не созрело до конца, я напишу вроде как о другом. Но, на самом деле-то, о том же самом.
 
Вот посмотрите – государство, своей великой мощью, в масштабах всей страны определяет, сколько времени школьники должны дома готовить уроки. И это ни у кого не вызывает особого удивления.
 
Между тем, это же совершенно удивительная и странная вещь.
 
Как и то, что государство централизованно определяет, чему и как вообще должны учиться дети всех граждан. И, опять-таки, в целом почти все воспринимают это как что-то якобы «само собой разумеющееся».
 
Между тем, это, конечно же, совсем не так.
 
Ведь еще несколько столетий назад любым родителям мысль о том, что не они, а кто-то там, пусть даже и высокочтимый монарх, будет решать за них, чему надо научить их детей – показалась бы весьма фантастической, смехотворной и абсурдной.
 
Не монарх же рождал этих детей. Не монарх заботится о них и кормит. Не монарх оставит им, в конце концов, какое-никакое наследство. И вообще, они продолжают род и носят фамилию отнюдь не монарха.
 
У монарха есть свои личные дети и вот их обучение, конечно же, целиком в его ведении. А обучение и воспитание наших детей – в нашем. Для монарха же достаточно, чтобы эти дети не нарушали порядок, соблюдали законы и уважали Богом установленную власть. Вот и все законные «государственные ориентиры» для воспитания и обучения.
 
Посмотрите, как всего за несколько столетий изменилось восприятие! Как сегодня у многих вызывает недоумение и подозрение семейное образование – как это, учиться не по утвержденной школьной программе?!!! «А как же социализация!».
 
«Собственником» воспитания и образования всегда, тысячелетиями была семья. И это логично и естественно – потому что именно семья детей рождает, и именно ее, семью, дети продолжают дальше в истории.
 
Тем не менее, за последние столетия все забыли о том, что образование и воспитание – «собственность» семьи. И подспудно начали считать его «собственностью» государства.
 
Этот передел владения завернут в красивые мифы. Если им верить, без его величества государства все вообще жили бы в средневековом невежестве и ничего не знали (чушь, конечно!). И вообще, слава ему, государству, за его великие образовательные дары.
 
На самом деле-то, «дары» весьма сомнительны. Пришли посторонние семьям дяди и вместо семей завладели обучением их детей, причем не только делают это на деньги самих семей (налоги), но еще и сами с нехилой части этих денег неплохо кормятся. Определяя, что будут вкладывать в детские головы, как и кто – а родителям во всем этом процесса, в целом, оставлена весьма условная и подчиненная роль где-то под школьным плинтусом.
 
И, в сущности, это касается не только образования.
 
Почти все государственно-политическое развитие последних столетий сводится к тому, что государство стало владельцем множества сторон личной и семейной жизни людей, которые ранее принадлежали, собственно, им самим. В обмен на яркие мифы о многочисленных «славных дарах» и впечатляющие, но довольно далекие от реальной реальности обещания.
 
А итог печальный.
 
Люди этот «аутсорс» начали воспринимать как что-то «естественное». Основой их гражданско-политической жизни стало бесконечное ожидание реального исполнения несбыточных ярких мифов и впечатляющих обещаний. Которые никогда реальностью не станут, потому что быть ею не могут в принципе.
 
Зато сами заниматься своей жизнью и строить ее – и по отдельности, и вместе – люди, в массе своей, успешно разучились.
 
Мы обменяли внутреннюю силу на красивые посулы и выученную беспомощность. И этот обмен стал основным бензином всех государственно-политических систем современного мира.
 
Останется ли оно и дальше так, впрочем, напрямую зависит от того, что каждый из нас будет делать со своей жизнью. А всякие текущие актуальные «политические новости» весьма второстепенны на фоне понимания этого.

Как зарабатывать на 50% больше?

По данным PwC, ещё в 2025 году специалисты со знанием ИИ получали на 56% больше, чем их коллеги. Сейчас эта разница продолжает расти: компании охотнее конкурируют за тех, кто быстрее закрывает задачи и успевает делать работу трёх-пяти человек.

Автоматизируйте рутину и повысьте свою стоимость на рынке на курсе «Нейросети на практике: для себя, работы и бизнеса» от Академии Эдюсон.

Вы разберётесь в работе 125+ ИИ-сервисов, включая самые популярные. На практике и 22 реальных кейсах научитесь прописывать команды так, чтобы получать нужный результат с первого запроса.

Через 1–2 месяца сможете за секунды анализировать данные, генерировать отчёты, тексты, изображения и презентации. Вы передадите нейросетям до 80% рутины и сфокусируетесь на карьерном росте.

Если возникнут вопросы, целый год на связи куратор. Доступ к материалам и обновлениям останется навсегда. В финале вы получите удостоверение о повышении квалификации — официальное подтверждение ваших новых навыков.

Оставьте заявку с промокодом ПАРФКЛУБ и заберите курс со скидкой 65%.

Реклама. ООО "Эдюсон", ИНН 7729779476, erid:2W5zFJ1D9e1

🔼 Станислав был тем человеком, с которым можно было глубоко обсудить вопросы методологии исторической науки, философии истории, сложные и спорные темы – и эти беседы служили всегда источником вдохновения и вели дальше в глубину. Было радостно разговаривать с коллегой, с которым мы часто понимали друг друга с полуслова – порой достаточно было одного намека, чтобы устанавливалась эта удивительная сонастроенность, которой мне теперь будет так не хватать.

Конечно, особым даром для меня была совместная с ним работа над большой монографией по истории Католической Церкви в России и над некоторыми другими текстами.

Как я уже сказал, наше профессиональное общение вскоре дополнилось духовным, религиозным. И здесь мы тоже были созвучны друг другу очень во многом. Я бы сказал даже, во всем действительно важном и фундаментальном.

Станислав был человеком глубоко христианского и истинно католического духа. Истина Христова, неизменная католическая вера, забота о Церкви – это были для него не просто слова, а реальность, определяющая все стороны жизни. Воля Божия, продолжение подлинной жизни Церкви и спасение душ – всегда оставались для него центром всей жизни и всего, что он делал.

В свое время, когда только начинала восстанавливаться в России Католическая Церковь, Станислав положил годы жизни и очень много своих сил и средств на труды по поиску лишенных пастырского окормления католиков в разных городах, возрождению приходов, возвращению им храмов.

Мы часто говорим о христианской традиции, не слишком задумываясь, что это значит. Для Станислава христианская традиция была непрерывным живым присутствием Христа в Его Церкви – от древности до наших дней. И его занятия церковной историей были не просто профессиональным интересом – это было именно формой служения Христу и Церкви. Служения, неразрывно связанного с пониманием этой непрерывности – с пониманием того, что без связи с прошлым не может быть и подлинного церковного будущего.

И вовсе не случайной была на этом фоне его забота о сохранении латинского литургического наследия, о восстановлении живой практики традиционного латинского богослужения, помощь в возрождении служения Тридентской Мессы в России.

Мы много общались о прошлом, настоящем и будущем Церкви. Станислав очень глубоко переживал те кризисные явления, которые часто в наши дни наблюдаются в человеческой, исторической составляющей церковной жизни. И не только пока был здоров, но уже и в болезни неизменно всей душой откликался на любые начинания, способные помочь братьям и сестрам по вере на их пути ко Христу и к истине.

Ну и, конечно, он был просто ярким и уникальным человеком и другом. Ему было присуще неизменное чувство юмора – ироничное, саркастичное, но, вместе с тем, глубоко доброе и человечное. И оно помогало с надеждой смотреть даже на самые трудные моменты в жизни Церкви, общества – да и в нашей собственной жизни тоже.

Увы, далеко не все свои начинания Станислав успел довести до конца. Но, будем надеяться, мы общими усилиями сможем продолжить его труды – и я уверен, что сделанное им за эти годы не останется без плодов и у людей, и у Бога.

Когда мы в последний раз встречались лично, мы договорились, что, когда Станиславу станет получше, сходим с ним вместе в ближайший парк, погуляем, подробно побеседуем о разном. Увы, уже не привелось.

Но я надеюсь, что однажды мы встретимся снова и продолжим нашу беседу – уже в вечности.

Неделю назад, 6 августа, после тяжелой болезни отошел ко Господу мой коллега – историк Церкви, главный редактор христианского «Радио Мария» Станислав Генрихович Козлов-Струтинский.

Станислав, прежде всего, был для меня дорогим другом и – в очень многих важных вещах – единомышленником, близким по духу человеком.

Получилось так, что знал я его с нескольких сторон, очень разных – хотя и глубоко связанных между собой на самом деле. И узнавал я эти стороны постепенно, одну за другой.

Вначале я его узнал просто как коллегу по одной из профессиональных сфер и, в определенной степени, учителя. Тогда я только начинал заниматься историей Католической Церкви в России. К тому времени я уже был историком, но вступал в эту новую для себя область исторического знания. И один из католических священников порекомендовал мне Станислава, как хорошего специалиста, который может подсказать много полезного – особенно по тематической архивной работе.

Я позвонил Станиславу, и он с готовностью согласился. Мы встретились, познакомились – и это оказалось совершенно особенным опытом. К тому времени я уже привык к не самым приятным особенностям профессиональной среды. Дело в том, что у историков чем-то частым, почти нормальным является своего рода профессиональная ревность. Большинство тех, кто работает с первоисточниками (да и не только с ними) не очень любят делиться с коллегами эксклюзивной профессиональной информацией – особенно если пока не успели сами ее опубликовать.

А Станислав оказался совершенно уникальным в этом отношении человеком – открытым и немыслимо щедрым. Казалось, сам тот факт, что кто-то еще занимается той же областью, его глубоко обрадовал. Он рассказывал все и делился всем, чем только мог. И когда он предложил обращаться к нему в случае дальнейших вопросов, было понятно, что это не просто вежливая формальность.

И я обращался. То, что началось как профессиональное общение и своего рода наставничество, переросло в духовную и личную дружбу. Мы искренне радовались находкам друг друга, в каких-то вопросах первопроходцем оставался он, в какие-то более глубоко закапывался я – и мы постепенно стали, можно сказать, советниками и учителями друг друга – на долгие годы.

🔽

Тема эвтаназии все никак не хочет завершаться.
 
Отвечу-ка я еще тем, кто говорит, что это такая забота о тяжелых неизлечимых больных, у которых нет надежды и которые не могут выносить страданий.
 
Конечно, мне всегда казалось, что адекватный человек, сталкиваясь с тяжелым страданием, будет интенсивно думать о том, как бы облегчить страдание – а не о том, как бы причинить смерть страдающему. Но оставим это в стороне.
 
Но даже независимо от этого рассуждения про «избавление от невыносимых страданий» отнюдь не так привлекательны, как может кому-то показаться.
 
Я пока даже не буду особо трогать фундаментальный вопрос о том, можно ли обоснованно говорить о праве человека убить себя (на самом деле, такого права нет). Скажу о другом.
 
Ведь это только кажется, что «невыносимые страдания» – понятие достаточно четкое.
 
Страдания, несомненно, штука реальная и объективная.
 
Но вот восприятие страданий, отношение к ним, их оценка – как и то, что считать страданием «невыносимым» - это, очень во многом, картина в наших головах. И проблема в том, что эта картина очень сильно формируется культурой, обществом – и, в том числе, социальным давлением.
 
Вот, скажем, возьмем детей. Когда-то считалось, что жестокое страдание для ребенка – это умирать от голода или потерять родителей. А теперь считается, что жестокое страдание для ребенка – это получить шлепок по заднице или постоять в углу.
 
Картина страданий у взрослых тоже формируется подобным воздействием.
 
В частности, одно и то же общество сперва учит человека, что жизнь с болью или другим страданием – «некачественная» и не имеет никакой ценности, а потом услужливо предлагает ему убить себя, чтобы не страдать со своей никчемной «некачественной жизнью».
 
Для общества, лишенного реального сострадания и нравственности, это крайне удобно.
 
Зачем проявлять внимание и заботу к одиноким? Зачем стараться облегчать боль недужных? Зачем обеспечивать условия для инвалидов? Зачем поддерживать стариков?
 
Ведь достаточно просто постепенно, на протяжении всей жизни, внушать им всем, что такая жизнь – это невыносимое страдание, а настоящая забота о страдающих – это помочь им убить себя.
 
Разумеется, совершенно добровольно. Просто сначала их научат тому, что всякому добропорядочному человеку и гражданину именно такой выбор и следует делать. Чтобы не жить некачественной жизнью и не отягощать своими страданиями близких и вообще окружающих.
 
И это не фантазия.
 
Ибо что в некоторых из стран, в которых разрешена эвтаназия, ее уже вполне могут делать, например, на основании психиатрического заболевания у пациента. Например, в Бельгии и Нидерландах основанием для эвтаназии вполне может стать тяжелая депрессия.
 
Увы, найдется немало «заботливых» родственников, которые будут убеждать своих стариков «не мучать себя» и «уйти с достоинством». И, конечно, тех, на кого такое психологическое давление очень даже подействует, будет немало.

Собственно, почему "найдется". Это уже вовсю происходит в упомянутых странах. И это только начало процесса, который неминуемо будет развиваться после того, как дверь открыта.
 
А вообще вы задумайтесь над простым фактом.
 
По статистике в Канаде число смертей от эвтаназии на сегодня составляет почти 7% от общего числа умерших.
 
Вы правда считаете, что таков процент именно тяжелых неизлечимых умирающих больных объективно испытывающих непереносимые страдания? У вас это точно не вызывает сомнений?
 
Лично я вижу здесь знакомый паттерн.
 
Ювенальную «защиту детства» вводят под предлогом защиты детей от жестоких родителей, которые их избивают до смерти. А потом неожиданно оказывается, что действия 80-90% родителей вдруг подпадают под критерии «недопустимого» или «жестокого» обращения.
 
Феминистские законы о домашнем насилии проталкивают под предлогом защиты жен от мужей, которые их убивают или отрубают им руки. После чего внезапно оказывается, что «домашним насилием» считается косо посмотреть на супруга/гу, критически отозваться о ее/его внешнем виде или не дать ей/ему денег на шубу/бильярд.
 
Заметим, что благополучателями этих законов всегда оказываются, в итоге, вовсе не дети и не жены, а совсем другие люди, раскручивающие этот конвейер в собственных интересах.
 
Эвтаназию вводят под предлогом избавления от страданий немногочисленных умирающих тяжелых больных, страдания которых невыносимы.
 
При этом некоторые потенциальные благополучатели в виде трансплантологов, мечтающих в качестве эвтаназии живьем разбирать больных на органы, уже даже не шифруются.
 
Неужели этого не достаточно, чтобы все понять?
 
P.S. А в целом, стоит быть честными с собой. Конечно же, эвтаназия – это вовсе не забота о страдающих. Это просто удобный предлог, позволяющий государству и «несчастным» нелюбящим родственникам избавиться от хлопот и забот о них – вместе с ними самими.

Тут коллега в личном разговоре предложил прекрасный, я считаю, план:

Меняем местами личный состав МИД и силовых ведомств. И государство, наконец, начнет подавлять американцев и европейцев, а со своими гражданами - договариваться.

Рациональное зерно есть, считаю! 👍

Тема человеческой жизни – интереснейший «лакмус».
 
Вроде как обычно никто особо не спорит, что она обладает особой и огромной ценностью.
 
Но это так только кажется, что никто с этим не спорит.
 
Практически каждый раз, когда я пишу что-то о неприемлемости абортов или эвтаназии, обязательно кто-то приходит и говорит примерно следующее:
 
«Ну это с религиозной точки зрения нельзя! Но не все же верующие!».
 
Это ужасно симптоматично. Ведь, сами того не замечая, эти люди отождествляют наличие у человека религиозной веры с наличием у него совести и разума.
 
По сути, они говорят: «Нет же никаких разумных и этических универсальных оснований признавать человеческую жизнь чем-то безусловно ценным. Это просто религиозная догма!».
 
Не скрою: мне, как человеку верующему и христианину было бы весьма удобно согласиться с такими комментаторами в том, что у неверующего человека разума и совести быть не может по определению. Но уважение к истине (обязательное для христианина!) мне этого сделать не позволит.

Так что проблема тут не в отсутствии у некоторых людей веры, а именно в отсутствии у них нормально функционирующих совести и разума.
 
Ведь как следует мыслящий человек вынужден согласиться, что безусловную ценность невинной человеческой жизни никак нельзя отрицать даже исходя из чистой прагматики. Признание этой ценности – необходимое основание вообще всей исторической человеческой цивилизации и культуры. Если это основание вынуть, то культура и цивилизация начинают расползаться как чулок, распадаясь и пожирая саму себя, чему есть немало исторических подтверждений.
 
Как следует мыслящий человек также вынужден согласиться, что, как только мы соглашаемся делить невинные человеческие жизни на безусловно ценные и такие, ценность которых весьма условна – из этого на практике неминуемо следует, что любая, в том числе его собственная, жизнь не имеет, на самом деле, вообще никакой собственной ценности.
 
"Ценность" его личной жизни целиком будет зависеть исключительно от некой группы лиц, решающих, какие жизни ценны, а какие – нет. И ни у кого ведь не может быть никакой уверенности в том, что ему повезет оказаться внутри этой замечательной группы.

Причем исторически, как только возникали культуры и общества, в которых некая группа действительно начинала вот это вот делать – результатом становились какие-то ужасные мрак, мерзость и жуть. Те или иные версии очередных нацистских рейхов с холокостами. И как можно не сделать из этого вывода о том, что в самой идее, очевидно, есть какой-то очень неправильный подвох?
 
Добавлю к этому – именно отношение к детям, старикам, больным и всяческим вообще немощным – это история особая. Именно оно демонстрирует в чистом виде наше отношение к людям и человеческой жизни как таковым.
 
Водораздел очень прост. Или человеческая жизнь обладает безусловной ценностью (и это значит, что невиновного человека никогда и ни для каких целей нельзя просто взять и произвольно целенаправленно убить).
 
Или человеческая жизнь обладает ценностью лишь до тех пор, пока приносит «пользу обществу» или пока ее владелец получает от нее удовольствие, комфорт и некое «качество».
 
Если человеческая жизнь обладает безусловной ценностью, то никто, включая и самого человека, не вправе взвешивать и определять ценность его жизни, решая, что ее можно взять и «выбросить».
 
А если нет – то это значит автоматически, что кто-то будет решать, чья жизнь ценна, а чья – нет.

И я психологически понимаю подсознательное желание многих отождествлять себя с теми, кто будет это решать, а не с их жертвами. Но никак не могу поддержать их сомнительный и необоснованный оптимизм.
 
Нет, в целом-то, конечно, определенное зерно в этих лакмусовых комментариях все же есть.
 
Выбор в пользу активного неверия (в отличие от агностицизма), действительно, не слишком хорошо сочетается с принципами разума. Он целиком иррационален в своих основах – никаких действительно разумных оснований именно для такого выбора не существует.
 
Но все-таки при этом атеизм не означает непременного отсутствия совести и разума.
 
Нельзя отрицать, что часто он весьма содействует их ослаблению и исчезновению. Верно и обратное – вероятно, люди без совести и разума чаще становятся атеистами, чем верят в нравственно требовательного и разумно устроившего мир Создателя.
 
И все же можно быть атеистом, не теряя при этом разума и совести.
 
А значит, понимать, что человеческая жизнь – включая жизнь нерожденных детей, стариков, тяжело больных и немощных – обладает безусловной ценностью. И что нельзя убивать невинных людей, совершенно независимо от чьих-то целей и желаний.