38 миллионов за статью

Вышел отчёт Счётной палаты о проверке НИЦ Курчатовский институт. Поэтому минутка статистики (данные по публикациям взяты с colab.ws).

Бюджет Курчатника на выполнение госзадания в 2025 году составил 42,6 миллиарда рублей, из них 21 миллиард рублей потрачен на фундаментальную науку. За 2025 год сотрудниками НИЦ опубликованы 554 статьи в журналах 1-2 квартиля WoS (за 2024 год — примерно столько же). То есть, "цена" одной хорошей статьи составляет 38 миллионов рублей бюджетных денег. Если учитывать полный бюджет по госзаданию, а не только расходы на фундаментальную науку, то получим 77 млн. рублей за статью.

Сравним с крупнейшими физическими институтами РАН — ФИАН им. Лебедева и ФТИ им. Иоффе. К сожалению, официальная информация об их бюджете не публикуется, но, по данным из программ развития, их ежегодное финансирование на выполнение госзадания гораздо скромнее и составляет около 1,4 и 1,2 миллиардов рублей, соответственно. За 2025 год сотрудниками обоих институтов опубликованы 558 статьей в журналах Q1-Q2. Откуда получаем "цену" статьи 4,7 млн. бюджетных рублей — в 8 раз меньше, чем у Курчатника.

Общая цитируемость публикаций у Курчатника, ФИАН и ФТИ им. Иоффе примерно одинакова: 25-30 тысяч цитирований в год на каждую организацию. То есть, в среднем по больнице, востребованность результатов научным сообществом сопоставима.

Понимаю, что эффективность и полезность исследований не сводится к подсчёту статей, но разница на порядок заставляет задуматься. Замечу, что ФИАН и ФТИ — это тоже очень большие организации, которые делают, в том числе, дорогую экспериментальную науку на крупных установках. А также занимаются прикладными исследованиями, включая разработку высокотехнологичных приборов. Поэтому такой контраст вряд ли объясним разной ценой содержания мат.базы и сопутствующими накладными расходами.

Также напомню, что в результате серии поглощений Курчатник включил в себя несколько крупных институтов РАН, и поэтому в разы нарастил количество публикаций за последние годы. Тем не менее, разрыв сохранился.

В общем, по части бухгалтерии у Счётной палаты особых претензий нет, но статистические аномалии другой природы видны невооружённым глазом. В этой связи очень интересно, чем аргументируют необходимость присоединения к Курчатнику новых институтов, которое, вроде как, должно приводить к росту эффективности в результате консолидации усилий, синергии компетенций и прочее, и прочее.

типичный ректор, который эффективно выстраивал системные связи через ведущих экспертов и консультантов в сфере высшего образования be like

источник

Критикуем и делаем. Не делаем и поддакиваем

Я давно хотел развернуть мысль ВЛП о том, что у симуляционных практик в нашей сфере есть свои маркеры, причём весьма точные. Один-два признака могут совпасть случайно, но общий вектор гламура и потёмкинских деревень, как правило, определяется безошибочно.

В известной степени это отражает структуру двухконтурного университета и двух миров науки, о которых мы с коллегами регулярно пишем. "В известно степени" — потому что вход в мир активистов остаётся открытым для всех: как для тех, кто производит труды конференций РИНЦ, так и для тех, кто имеет в анамнезе достойные научные результаты.

Не берусь составлять энциклопедию таких признаков, но попробую перечислить те, которые приходят в голову в первую очередь.

1. Основная деятельность. Главный признак перехода в стан активистов — это преобладание формальной представительской деятельности над научной работой или преподаванием. Важно: речь не о том случае, когда завлаб пропадает на переговорах с коллегами и поставщиками, мотается по конференциям или круглосуточно выбивает и сводит бюджеты. Здесь мы говорим, прежде всего, о представителях "науки вообще" на молодёжных форумах, в молодёжных парламентах, на муниципальных праздниках, свадьбах и корпоративах.

Разница проста: во втором случае само содержание научной работы не имеет никакого значения. Проверенный активист — это субъект с шильдиком "учёный", которого приглашают с ритуальной целью: засвидетельствовать почтение к науке и прогрессу как таковым, избегая неприятных откровений.

2. Речь. По той простой причине, что активист уже не занимается (а может, никогда и не занимался по-настоящему) наукой, эти самые неприятные откровения исключаются автоматически. Тот, кто не сталкивается регулярно с реактивами за свой счёт, блокировкой ресурсов или проигранным РНФ, не может ни пожаловаться, ни предложить что-либо дельное на этот счёт. Ну а поскольку главным активом героя является благосклонность начальства, то речь его будет сводиться к воспроизведению актуальных федеральных и региональных мантр (подчас, замечу, довольно неумелому).

3. Конструктивные предложения. Деятельные люди из реальной науки могут назвать десятки конкретных и не самых приятных вещей, которые нужно исправлять (за рамками просьбы дать побольше денег). От вопросов к распределению бюджета и к выбору приоритетных тематик до частных претензий к регламентам и законодательству. Активисты же любят предлагать вещи своеобразные: новый мониторинг, платформа для координации учёных, форум, сообщество и т.д. Это логично вытекает из первого пункта и сказочных представлений о том, что для успеха науки не хватает лишь свести заказчика с исполнителем или химика с социологом.

4. Заработок. Тут всё просто: учёные зарабатывают в науке и поэтому не понаслышке знакомы с её кухней, но при глубоком активизме это становится невозможным. Вследствие чего активисты, как правило, заняты на административных должностях разного уровня.

5. Тусовка. Основная цель крупной тусовки для активиста — засветиться перед начальством и получить виртуальные баллы одобрения, а не отдохнуть или увидеться с товарищами. Отсюда ориентация на "кружочек руководителей", опционально — противоестественный ЗОЖ и доклады об успехах вместо человеческого общения.

6. Популяризация. Автор ВЛП очень метко написал, что лектор общества "Знание" — хороший маркер активиста. В этом нет ничего удивительного: нынешнее "Знание" — это самый верный активист среди площадок популяризации науки (и ровно в такой же степени к самой науки относящийся).

7. Как взрослый. Симуляционный характер активизма неизбежно приводит к ведущей роли формальных атрибутов "взрослого" и "успешного человека": от синего костюма и часов до личного помощника по соцсетям. Естественно, верстовым столбом активизма становится унылый личный официальный канал в ТГ с репостами новостей Минобра.

***
Думаю, читатели могут самостоятельно продолжить этот список. Добавлю, пожалуй, что в реальной жизни два этих мира пересекаются довольно редко: например, на Конгрессе молодых учёных, чем он, к слову, и может быть полезен.

— Я сочетаю в себе черты гуманитария и технаря
— Всё умеете и понимаете?
— Нет.

В вечном споре физиков и лириков досрочную победу одерживает Аналитический центр ВЦИОМ.

Гуманитарии strike back again

В предыдущем посте я прокомментировал странную заметку в "Ведомостях" о трудоустройстве гуманитариев. Теперь я прочитал и сам доклад АЦ ВЦИОМ (скачивайте пока не удалили) и очень впечатлился. Авторы провалили демонстрацию "суперсил гуманитария", которые сами называют в тексте: владение языком, внимание к контексту и умение мыслить за рамками.

Доклад основан на 30 интервью с экспертами. Все 50 страниц доклада, за исключением двух-трёх дельных мыслей, представляет собой сборник клише о технарях и аффирмаций о востребованности гуманитариев в будущем, которые повторяют эксперты и авторы, напуганные конкуренцией копирайтеров с ИИ. Особенно трогательно выглядят рассуждения о выдуманных вакансиях будущего, комментарии о зарплатах в АНО РСВ и АСИ и о том, хватит ли зарплаты востребованного гуманитария на хлеб с икрой или только на хлеб с маслом.

В целом доклад похож на стенограмму Дня открытых дверей на каком-нибудь истфаке или филфаке средней руки. Когда деканша, не выходившая за стены университета 50 лет, рассказывает абитуриентам, как легко они смогут найти работу буквально везде.

Приведу избранные цитаты из доклада.

1. Евгеническое

<...Уникальные конкурентные преимущества гуманитариев, по мнению части экспертов, объясняются изначально иным устройством мозга. Как полагают некоторые представители экспертного сообщества, у гуманитариев в мозге больше белого вещества в зоне, отвечающей за эмпатию и запоминание контекстов, а у «технарей» больше серого вещества в области, связанной с систематизацией когнитивных процессов [9]...>

Примеч. PR: ссылка [9] ведёт на сайт Рамблер.ру.

2. О вреде матанализа

<...в вузах изучают высшую математику – хотя и в меньших объемах – также социологи, социальные психологи, лингвисты. Это смещает последних в условную категорию «полу-STEM», что может им давать как определенные преимущества по сравнению с «нематематизированными гуманитариями» в работе с данными и матмоделями, так и формировать определенного рода «технарскую зашоренность», когда за цифрами становятся недостаточно хорошо видны контексты и смыслы – образно говоря, когда «за деревьями не виден лес»...>

Примеч. PR: если вы — гуманитарий, то постарайтесь беречь себя от цифр.

3. Минутка шовинизма

<...проблема медалистов и круглых отличников – у них нет явных склонностей и, соответственно, внутреннего компаса...>

<...Гуманитарии стоят на плечах гигантов, что отличает их от людей из STEM, где зачастую новое знание опровергает предыдущее...>

<...в технологических вузах не преподаются в достаточном количестве гуманитарные и социальные дисциплины. В частности, не преподаются социология и культурология. Поэтому выпускники этих вузов не понимают, как устроен мир...>

4. Понимание контекста

<...Пока не во всех российских регионах зарплаты школьных преподавателей вышли на уровень региональной медианы, но с учетом внимания государства к сфере педагогических кадров, ситуация с уровнем зарплат педагогов будет постепенно улучшаться. Одним из примеров регионального лидерства в этом плане является Москва, где средние зарплаты педагогов достигли более 160 тыс. рублей...>

Примеч. PR: Москва — пример регионального лидерства. Тот случай, когда гуманитарный бэкграунд не помог считать контекст родной страны.

5. Русский язык

<...Во время обучения в вузах приданию подготовленности гуманитариев востребованной рынком труда формы T-shaped или π-shaped могут способствовать:...>

<...На среднесрочном горизонте предположительно может уйти способность человека думать в процессе написания текста, что лежало в основе человеческой культуры и гуманитарного знания со времен древнегреческой и древнекитайской философии"...>

<...и решение о поступлении на ту или иную специальность/образовательный трек в вузе нужно принимать под углом шансов будущей профессиональной конкурентоспособности...>

Примеч. PR: дети, разберите первое предложение по составу! Повысьте углы своих шансов!

***
В качестве заключения скажу одно: авторы доклада не зря напуганы ИИ. Он совершенно точно справится с аналитикой такого уровня гораздо лучше.

Гуманитарии strike back

Академик Хохлов нашёл в "Ведомостях" удивительную заметку с пересказом исследования Аналитического центра ВЦИОМ.

Речь о том, что в ближайшие 5 лет гуманитарии должны стать организаторами технарей. Само собой, потому что первые лучше ориентируются в социуме и чувствуют тонкие вибрации смыслов, а вторые — бесчувственные аутисты недостаточно учитывают человеческую природу и социокультурные аспекты.

Ну что тут сказать. Начну с того, что трудно найти более убогую классификацию людей, чем их деление на "гуманитариев" и "технарей". И, казалось бы, кому как не гуманитариям следует это понимать: что человек многомерен и не сводится к своей профессии или специальности в дипломе. И что понимание социума, считывание контекста, эмпатия и способность к организации чего-либо — это сложные мета-навыки, которые слабо привязаны к образованию и в принципе не усваиваются в результате обучения специальности как таковой.

Собственно, все мы видели абсолютно несоциализированных людей с любым высшим образованием, с любой учёной степень или без оных. Пожалуй, это в большей степени воспитание и наследственность, чем образование. Отмечу, что характерная рассеянность глубоко думающего человека (не обязательно учёного) — это плата за умение полностью фокусироваться на сложнейших предметах и удерживать их в голове длительное время, и она не зависит от природы этих предметов. Поэтому генерация новых идей и организационная работа сильно противоречат друг другу, но есть люди, которые умеют сочетать первое и второе, — опять же, независимо от профессиональной области.

Ещё не могу не остановиться на клише об ущербном мышлении технарей: оно, конечно же, "аналитическое, работающее согласно алгоритмам". Да-да, именно так математик доказывает теорему, а инженер придумывает вещь или технологию, которой до этого не существовало. Знания и опыт — да, но какие здесь могут быть алгоритмы? Я даже не говорю о гениях уровня Эйнштейна или создателей квантовой механики, которые должны были буквально вообразить себе альтернативный мир, полностью противоречащий повседневному опыту.

Думаю, эти рассуждения с интересом бы прочитали такие технари как Достоевский, Платонов, Замятин, Кэррол, Стругацкий, Пелевин или химик Бородин. Куда уж им до понимания человеческих душ и контекстов, доступных выпускникам филфака.

К чему это я? К тому, что всецело поддерживаю качественное гуманитарное образование, получение широкого опыта за пределами своей узкой специальности и, в целом, дискурс о сложности окружающего мира. Затем, например, чтобы такие заметки видели свет как можно реже.

Коллеги приводят слова ректора МФТИ Ливанова с полей ПМЭФ:

"Если у университета сейчас объём исследования и разработок в пределах миллиарда рублей, то это уже по сути колледж. Университеты до трёх миллиардов рублей [в R&D] стремительно движутся в сторону колледжей".

Не первый случай снобизма в исполнении Ливанова. Ранее он говорил, что в стране нет науки нигде, кроме нескольких университетов.

И ведь если отбросить намеренное утрирование тезисов, которое простительно для сцены, то Ливанов во многом прав. Но эта правота не делает его снобизм менее отталкивающим. Почему? Да потому что удобно называть все вузы колледжами и комментировать их бюджеты, когда тебе достался в управление МФТИ.

Фактически такие обобщения обесценивают труд людей, которые из ничего создают настоящие научные группы в "плохих" вузах, не имея нобелевских лауреатов среди основателей. При том, что характерно, эти вузы обескровлены в том числе и из-за оттока бюджетов и лучших абитуриентов к столичным конкурентам.

Передовик-2030

Из задней двери чёрного автомобиля с мигалкой вышел молодой человек в стильном костюме и дорогих часах:

— Ну что, Андрей Анатольич, показывайте владения! У вас ведь первый научный институт полного экономического цикла!

— Очень ждали, Арсений Игоревич, а вы всё в делах! — от группы встречающих отделился приземистый мужчина. — Проходите, всё посмотрим.

Собеседники миновали засиженный голубями бюст, прошли через ворота и двинулись к крыльцу с широкой лестницей и массивными колоннами.

— Современное положение страны требует от учёных вовлечённости в решение хозяйственных проблем, в нужды простых людей, — начал Андрей Анатольевич привычным тоном. — Поэтому мы решительно отказались от идеологии Запада. Удовлетворение любопытства за государственный счёт, копание в формулах, погоня за журналами... Да вы сами знаете эти выверты!

Арсений Игоревич сдержанно кивал и делал пометки на планшете.

— Наш институт перешёл на жёсткий принцип: одно исследование - один результат - один продукт! — Андрей Анатольевич указал на транспарант, висевший над входом, и продолжил, открывая дверь. — Попрощались с теми, кто был не готов к переменам, но такова уж жизнь. Теперь мы стартуем с запроса экономики, формулируем потребность. Потребность передаётся в Отдел изобретений и проектирования, который ставит задачу исследователям. Исследователи не возятся с пробирками, они сходу выдают готовые решения: анализируют массив публикаций с помощью Глубокого искусственного интеллекта. Через несколько дней проекты уже разработаны и воплощаются в конкретных вещах.

— Немыслимо! Но как вам удаётся поддерживать такую связь с производством?! — Арсений Игоревич впервые искренне удивился.

— Бьёте в самую суть! У нас авторский потребностно-предложенческий подход. Мы анализируем тысячи предложений наших партнёров из дружественных стран на крупнейших цифровых платформах, декомпозируем и пересобираем запросы потребителей — и вуаля! Заключаем контракт по самым актуальным позициям.

— Подождите... То есть, вы просто выбираете и заказываете китайские товары в интернете, а затем перепродаёте?! — Арсений Игоревич слегка растерялся и опустил планшет. — А где отечественные технологии, где исследования?

— Конечно перепродаём. Но именно наши исследования делают товары отечественными. — Андрей Анатольевич снисходительно улыбался возражениям неопытного бюрократа. — Учёные кропотливо подбирают результаты исследований и проектирования так, чтобы они точно совпадали с наличными товарами. Все научные результаты автоматически публикуются в Едином журнале инноваций или патентуются. Поэтому любой наш продукт — это на 100% отечественная разработка. Да и диссертации у молодёжи идут как по маслу!

Пока Арсений Игоревич искал, что ответить, хозяин института уже открывал перед ним дверь, ведущую на огромный задний двор. Во дворе выстроились несколько десятков новеньких автомобилей. Из-за одной машины поднялся мужчина в спецовке и бросил в сторону мусорного бака пару серебристых иероглифов.

— Но и это ещё не всё. Теперь мы переносим на свои площади производство, — с гордостью продолжал Андрей Анатольевич. — пока идём на стадии брендирования. Но в совокупности с разработкой это даёт нам статус отечественного производителя. Наши компьютеры заказывают в министерствах, на машины очередь из госслужащих, да и асфальт наш нарасхват в регионах!

— Асфальт?! Тоже китайский?

— Ну нет, сам асфальт местный. Но мы добавляем нанопорошок углерода, то бишь, сажу. Качество не хуже, а цена выше, материал же инновационный! Регионы берут отлично, закрывают показатели по передовым технологиям и вложениям в науку.

Арсений Игоревич помедлил, подумал о повышении и взял себя в руки:

— Это весьма перспективная модель развития. Я доложу вице-премьеру о ваших выдающихся успехах в науке и производстве. Ждите гостей!

***

Когда автомобиль с мигалкой уехал, Андрей Анатольевич довольно улыбнулся. «Пошла масть! А наши дураки разбежались, кто в Милан, кто в Пекин, кто в Гарвард... Теперь спохватятся, а обратно-то кто их возьмёт? То-то и оно, не нужны они тут никому, головой надо было думать!».

— если бы инструкция к сборке шкафа из ИКЕА была написана как научная статья —

"К вопросу об особенностях соединения (скрепления) и установки промышленных серийных изделий общехозяйственного назначения"

А.Г. Свампмал, П.Н. Якобслилья, К.К. Коппарранка

Проблема соединения деталей является актуальной и ранее рассматривалась в работах [1-35]. Несмотря на растущий интерес к теме [36-43], многие операции соединения остаются недостаточно изученными как теоретически [44-49], так и экспериментально [23, 25, 50-52]. Данная работа представляет обзор основных результатов последних лет, касающихся наиболее нетривиальных сборочных этапов 1-14, 18-19 и 34-39 (об остальных этапах — см. [1-10] и цитируемую литературу). Основное внимание уделено экспериментальным аспектам сборки (скрепления), имеющим драматически высокую практическую значимость.

1. В недавней работе [37] Д. Силесхор утверждает, что общепризнанная проблема наклонного входа гвоздя сводится к свойствам анизотропии волокна. Очевидно, это противоречит классическим результатам Э.В. Йэттеваллмо [1-3], полученным для общего случая пористых слабоструктурированных застывших смесей. Поэтому в данной работе в качестве базового выбрано "приближение нормалей", развитое К.К. Коппарранком [4-19, 38-45].

2. На любом этапе изготовления состояние изделия слабо зависит от направления внешнего магнитного поля, вследствие чего оно может быть повернуто вокруг направления вектора g на произвольный угол. Доказательству этого факты были посвящены пионерские эксперименты П.Н. Якобслильи [21-24]. Тем не менее, при температуре жидкого гелия [53, 54] в крепежных компонентах замечены аномалии, связанные, по-видимому, с фазовым переходом второго рода в сплаве Fe_xNi_x-1Co_y. Рассмотрение явлений сверхпроводимости в спиральных крепежных элементах выходит за рамки данной работы. Тем не менее, на основе приведённых эффектов возможно высокоточное позиционирование изделия в пространстве по азимутальному углу ("координаты Оготнеса-Винтера", см. рисунок 4 в работе [14]), что имеет несомненную практическую значимость.

3. Этапы соединения изделий 3-10, 18 и 34-35 имеют сходную топологическую структуру. Обоснованию право-винтовой ориентации спиральных крепежных элементов (т.н. "саморезов", "болтов") посвящено немало трудов [55-60]. Школой Глиттрана развит математический аппарат, описывающий произвольное сколь угодно проскальзывающее вращение т.н. самореза в случае мерности пространства не больше шести [55]. Случай N=7 оказался особым [56-57] и был окончательно решён лишь в начале XXI века А.Г. Свампмалом в рамках формализма Сундсвика (см. о Проблеме крана на кране в докладе [61]). Строго говоря, в трехмерном случае правовращательная сборка остаётся актуальной теоретической проблемой. Тем не менее, убедительные эксперименты Бровикена и Глюпена [62-64] показывают, что левовращательное и поступательное скрепление приводят к качеству соединения лишь на уровне интуитивной методики нулевого приближения [частное сообщение Gluepen на XXVI Conf. on Wardrobe Symmetry, Malmo].

4. Вертикализация главной оси как финальный этап сборки изделия входит в очевидное противоречие с требованиями к его внешней фиксации (за исключением вырожденного случая g||h, где h — плоскость поверхности стены). Оптимизации В-Ф-функционала (Вертикальность-Фиксация) были посвящены сотни работ [62]. Несмотря на это, остаются недостаточно изученными возможности удалённой диагностики напряжений в полотне по рассеянию медленных нейтронов [63-80]. Последнее может представлять несомненную практическую пользу ввиду возможности определить относительные амплитуды механических напряжений порядка 10^-6 по шкале Роварора.

Заключение. В обзоре представлены крупнейшие успехи последних лет в развитии фундаментальных основ скрепления, касающиеся анизотропии (в т.ч. магнитной) и удалённой диагностики пород (в т.ч. с привлечением установок класса Мегасайнс), которые должны найти практическое применение в ближайшем будущем. Финансирование: ИКЕА №104.093.00

Разберёмся по статьям?

Непонимание того, зачем же мы тратим деньги на фундаментальную науку, порой настолько глубоко, что некоторые прописные истины хочется произносить снова и снова. Здесь я заранее извинюсь перед теми читателями, которым этого объяснять не нужно.

Сегодня узкая нацеленность на коммерциализацию и экономический эффект создаёт впечатление, что без удовлетворения любопытства учёных за государственный счёт можно прекрасно обойтись. Этого обычно не говорят напрямую, но надписи между строк в данном случае оказываются заметнее самих строк. Более того, понятие "инновация" как-то приклеилось к понятию "наука", чтобы последняя не чувствовала себя такой ненужной. Отсюда происходят многие завиральные обещания прикладных эффектов, имитации стартапов, да и общее размывание сути дела.

Взгляд условного управленца примерно таков. Пусть фундаментальные открытия совершают учёные из богатых стран, которые могут себе позволить диковинные коллайдеры в качестве атрибутов великой державы. Мы же не так богаты и будем спокойно пользоваться этими результатами, читая учебники и статьи, а уже на их основе будем развивать сугубо прикладные технологии, имеющие высокие шансы на внедрение. Деньги сэкономлены, все силы пущены на технологический прорыв. Можно, наконец, спокойно собирать конгресс молодых инноваторов. Но...

Поверить в эту идеальную схему может только тот, кто не пробовал разобраться ни в одной научной статье. Дело в том, что по-настоящему понять содержание публикации в большинстве случаев может лишь самый узкий специалист, буквально занимающийся тем же самым. Не говоря уже о воспроизведении и критическом анализе результатов (сюрприз, масса статей ошибочны). Да, повторю ещё раз, статьи — это не пошаговая инструкция к открытиям, а лишь обрывочные сведения о методах и самых красивых результатах. С умолчаниями в тонких местах в 99% случаев.

Если не делаешь сам аналогичное или хотя бы близкое, шанс разобраться примерно равен нулю. Собственно, на этом можно и закончить. Но есть и другие важные моменты.

Никто на самом деле не знает, что станет прорывным прикладным направлением через 10-20 лет. А если все уже знают, то мы безнадёжно опоздали и будем догонять в третьем десятке. Более того, не владея фундаментальной базой, мы не сможем отличить просто хайповые направления от действительно перспективных. В результате погони за непонятой модой мы будем обречены на вечную скачку приоритетов по нано-, карбоно-, нбикс-, ИИ- и прочему.

И, наконец, самое главное в стратегическом плане. После накопления отставания по фундаментальной науке в 30-40 лет прикладная наука будет просто потеряна. Прежде всего, потому что прикладного специалиста должны готовить по большей части специалисты из фундаментальных областей. Либо в вузе (в идеале), либо при доучивании на работе. Не все понимают это, но даже пятьдесят инженеров не подготовят одного современного инженера: для этого нужны и математики, и физики, и химики. А если мы хотим увидеть на выходе высококлассного инженера, способного на принципиально новые решения, то и готовить его должны высококлассные специалисты в передовой (сегодня, а не вчера) науке.

Всё сказанное настолько очевидно изнутри, что кажется дурной демагогией, однако регулярное возникновение оптимизационных предложений заставляет периодически возвращаться к теме. Тех, кто по-прежнему считает фундаментальную науку роскошью вроде личного самолёта, я приглашаю прочитать наугад пару статей из хорошего научного журнала и оценить свою готовность к инновациям и подъёму народного хозяйства.

И что оптимизировать?
продолжая дискуссию под недавним постом

Разговор о том, как нам обустроить науку, неизбежно приходит к вопросам "а зачем? какова глобальная цель?". Подразумевается, что нужно предложить мега-проекты, ради которых в принципе развивается наука (атомная бомба, полёт на Луну, лазерные лучи из глаз). Или, как минимум, назвать самые перспективные области, в которые надо вкладываться прямо сейчас: искусственный интеллект, нанотехнологии, беспилотники и т. д. Часто подразумевается именно экономическая перспективность: буквально, извлечение прибыли на средних сроках.

Естественно, в такой постановке вопроса всё поставлено с ног на голову. Поэтому напомню несколько очевидных тезисов.

Во-певрых, наука не производит вещи и, строго говоря, не производит даже технологии. Наука производит знания, которые, возможно, будут полезными для проектирования вещей и разработки технологий. К сожалению, далеко не все понимают, насколько глубоки обе пропасти: как между исследованием эффекта (материала) и демонстрацией технологии на его основе, так и между демонстрацией технологии и её внедрением в реальное производство.

Чтобы из знаний систематически получались технологии, нужно не только получать знания сразу по широкому фронту исследований, нужна ещё и готовность промышленности эти самые знания впитывать, приспосабливать под себя и использовать. А ещё (сюрприз) большинство полученных знаний ни за чем не пригодятся, кроме как для получения новых знаний, то бишь, для развития науки. Впрочем, об этом сказано уже тысячу раз.

Поэтому любой проект по изготовлению чего-либо не может быть чисто научным проектом, он автоматически является ещё и инженерным (см. атомная бомба). А если проект подразумевает ещё и успешную коммерциализацию, то он становится уже инженерно-экономическим. От учёных тут зависит, мягко говоря, не всё. Это абсолютная банальность, которая, тем не менее, регулярно начисто игнорируется.

Более того, научное исследование само по себе невозможно на что-то нацелить, скорее оно может начаться с какого-то вопроса и, дав на него ответ в первом приближении, породить ещё десять вопросов. Отмерять науку проектами — противоестественно, по своему существу исследование является процессом, а не проектом, в котором можно сказать "мы доделали". Тот же атомный проект стал процессом, породив огромное дерево исследований, живущих своей жизнью.

Что тогда оптимизировать? Универсальный ответ, как минимум, для фундаментальной науки: оптимизировать нужно сам процесс, а не какие-то цели. Оптимизировать — значит делать максимально честным и надёжным.

Обсуждая разные проблемы, учёные и сами интуитивно приходят к вопросам качества: помимо явных конъюнктурщиков, никто не интересуется всерьёз очередными приоритетами "по указу" или "по постановлению". Но все искренне переживают за качество работы журналов (отдельно — отечественных), плагиат в диссертациях, возможность нормального международного общения, здоровый институт экспертизы, доступность приборов и реактивов, и так далее. Или, например, мало кого оставляет равнодушной штамповка однообразных статей, хотя и все всё понимают.

Одним словом, учёные интуитивно беспокоятся за качество процесса, пытаются настраивать внутренний компас и как-то оценивать именно качество. Потому что приоритетом можно назвать что угодно, но сама возможность получать крутые научные результаты ограничивается, в конечном счёте, именно привитым уровнем проведения исследований и доступным инструментарием. Это относится в равной степени и к фундаментальной, и к прикладной науке: если кто-то привык особо не вникать и плевать на мелкие недопонимания, то и ракета у него, скорее всего, не полетит.

А вообще, про прикладные приоритеты могу сказать вот что. Если вы сегодня заметили хайповую тему, а завтра стали вкладывать деньги в её исследование... то поздравляю, вы уже опоздали лет на двадцать. Заниматься этой темой надо было тогда, когда она интересовала лишь сотню-другую специалистов. Точнее, надо было умудриться сделать так, чтобы кто-то из этой сотни был своим.

Абстрактная самостоятельность и конкретный хаос

Обнаружил, что пропустил ответ Кипящего МИФИ на свою картинку про хаос в управлении университетом. И вот читаю я этот ответ и чувствую огромный разрыв в контексте, поэтому не понимаю, с чего начинать ответ, да и стоит ли. Но и не откликнуться не могу — не столько на сам пост, сколько на лежащую за ним систему представлений.

Больше всего, конечно, задевает вот какой логический финт: если ты что-то критикуешь, то, следовательно, ты ничего не предпринимаешь самостоятельно и просто ждёшь решений начальства. Коллеги из Кипящего в любых спорах почему-то подразумевают, что именно они — инициативны и самостоятельны, а оппоненты — пассивные критики. Этот рефрен, кстати, доминировал в канале НОП раннего и среднего периодов, пока не перерос в манию величия руководителя.

Но откуда берётся эта логика? Почему критикующий — обязательно в позиции несамостоятельного ребёнка? И почему, если вас критикуют, то вы обязательно прогрессивный реформатор? Нельзя ли допустить другие варианты: например, что критикующий имеет достаточный опыт для своих суждений?

Конечно, люди не любят перемен. И решения принимать тоже тяжело, а доносить их людям ещё сложнее. Но это не значит, что все перемены разумны, все решения адекватны, а их инициаторы заслуживают поддержки. Критика сообщества не делает вас автоматически проводником прогресса: возможно, вы действительно предлагаете ерунду.

А вообще, мои впечатления от всей дискуссии раз за разом одинаковы: сытый голодного не разумеет. Дорогие коллеги, времена советских НИИ с окладами, санаториями и распитием чая давно прошли, а вы всё продолжаете спорить с воображаемым научным сотрудником времён позднего Брежнева. Если где-то и остались такие заповедники, то в основном по форме, а не по содержанию и не по принципу организации работы.

Типичная научная группа сегодня больше похожа на команду бизнес-проекта, чем на коллектив наёмных сотрудников. А научный институт — на корпорацию из таких команд, отчасти независимых, отчасти — находящихся в сложной взаимосвязи между собой. Я, кстати, совсем не уверен, что это хорошо, но реальность именно такова.

Упрекать учёных в отсутствии пассионарности — значит совершенно не понимать реалий. В плане уровня рисков научная группа даст фору многим коммерческим фирмам, поскольку не гарантирован не только "спрос" (бюджеты выгрызаются в жёстком конкурсе), но и сама возможность выполнить обещанную работу. Научные коллективы уже давно действуют самостоятельно, включая планирование бюджета в условиях неопределённости, выстраивание коллабораций и определение целей. Здесь ошибки в менеджменте приводят не к абстрактной потере баллов в рейтинге, а к вычитанию миллионов рублей из зарплатного фонда лаборатории.

Жизнь в перманентном хаосе породила столько субъектности, что от её доброй половины многие были бы рады отказаться. И когда кто-то, не имея опыта такой деятельности в принципе, предлагает из общефилософских соображений ещё что-то подкрутить, первая мысль руководителя научного коллектива — вы даже не представляете, в скольких местах вы сломаете с трудом выстроенную работу.

Помимо утопических системных мер, конструктивные предложения от людей "в поле" на сегодня могут быть только такими: во-первых, просто ничего не трогайте и дайте, наконец, работать. Хочется оптимизации? Не спускайте деньги, покрашенные как "бюджет на науку и образование", на сессии в Дубае, котлованы ради котлованов, лысенковщину и закупку статей. А то у нас конкурс за гранты уже такой, что проще кубики кидать вместо экспертизы.

Если говорить об университете в целом, то запрос учёных — как раз в том, чтобы он оставался хоть насколько-то стабильной платформой с налаженными процессами, а не добавлял хаоса. Собственно, никто не любит коллективное МШУ именно потому, что оно выступает идеологом пертурбаций ради того, чтобы взбаламутить якобы стоячее болото. Но это давно уже не болото, а водопад, сортир, артезианский источник и фонтан на одной площади. Поэтому перемешивание ни к чему хорошему не приводит, особенно если занимается им пассионарный сантехник-теоретик.

Рядовой завлаб-экспериментатор* читает новость о том, что сотрудников Института философии РАН допросили и задержали из-за некорректного раздела в отчёте по госзаданию. Госзадание подразумевало перевод сочинений Аристотеля.


*он нарушил восемь статей УК РФ и КоАП за последний месяц

Поручить - делегировать - скинуть

Почему подчинённые раздражаются, когда начальник просто пересылает им чьё-то длиннющее письмо без комментариев? Или, хуже, скан приказа страниц на двадцать? Потому что начальник не проделал свою часть работы: ничего не объяснил, не принял решение, какие задачи нужно выполнять, не назначил ответственных, не предложил разумный план действий, не поделился опытом и так далее. Короче говоря, не делегировал, а просто скинул.

Возможно, я выскажу тривиальную мысль, но, пожалуй, именно здесь лежит ответ на вопрос, который в последние дни поднимают коллеги по телеграму (в разных формах — не буду утомлять ссылками). Обобщённо — почему в нашем научно-образовательном проектном мире так много имитации и так мало содержательного? Почему гонка KPI, бессмысленные закупки оборудования ради закупок, высосанные из пальца проекты?

Думаю, из-за того, что на высоком уровне никакая внятная стратегия не принята, глобальные цели не поставлены, а само целеполагание скинуто вниз по административной цепочке — от министра до доцента или научного сотрудника. Да, возникают разные списки "перспективных направлений науки" и прочие приоритеты, но они настолько общие, что эквивалентны отсутствию каких-либо особых направлений.

Участники административной цепочки действуют как forward-менеджеры, то есть, пересыльщики поручений, не добавляющие этим поручениям ни смысла, ни даже чисто технической или юридической расшифровки. Отчасти — потому что не имеют достаточной квалификации, отчасти — потому что боятся ответственности. Происходит делегирование того, что делегировать нельзя: разработки стратегии, постановки задач, координации действий и так далее. А критерии успеха сжимаются до выполнения тупых KPI.

Положим, университетам предлагают очередную программу развития. На самом деле никакой программы и никакой стратегии нет. Есть декларируемые цели двух видов: благие пожелания за всё хорошее (развить, повысить) и шапкозакидательство (5-100). Их сопровождает демагогия государственного коучинга, которая в принципе никак не приближает к достижению каких-либо целей. Если повезёт, конкретизация программы произойдёт на уровне ректора. Если не повезёт — на уровне доцента, которому спустят таблицу с надбавками за статьи, патенты и иностранных студентов, причём таблица будет бездумно транслировать KPI для всего университета на одного человека. То есть, по существу, исполнение программы будет сводиться к нескоординированным действиям отдельных преподавателей и учёных.

Ещё один классический пример — те самые мероприятия, идентичные натуральным. Когда мастер-класс, конференция или школа проводится не ради обучения и дискуссий, а чтобы юный активист-организатор отчитался по гранту. Характерный признак — поиск докладчиков в последний момент под уже готовую план-сетку. То есть, когда всем плевать, кто и что вообще будет рассказывать, — важны фотки и охваты.

И таких ситуаций масса. Когда закупили дорогое оборудование просто потому что надо было проводить закупки по гранту (а над использованием никто не задумался) — и вот в коридорах стоит вереница пылящихся ящиков. Когда хотели привить студентам патриотизм, а в итоге заставили поголовно регистрироваться на каком-нибудь портале для галочки. Когда хотели поднять науку, а в итоге закупили статьи у внешних авторов.

Всё это — случаи злокачественного менеджерского подхода, когда у действий не возникает смысла даже на ступеньке финального исполнителя. Что тут сказать? Делегирование целеполагания вниз по цепочке может привести как к осмысленным действиям одного конкретного человека, так и к развитию чистой и плохо распознаваемой имитации. К чему оно не приведёт точно, так это к скоординированным действиям разных участников и к качественному развитию системы как целого.

Но все KPI, конечно, будут выполнены, либо скорректированы и перевыполнены, что и является синонимом успеха проекта.

ставь лайк, если тоже любишь делиться своим опытом

P.S. По мотивам стандартной дискуссии между Кипящим МИФИ и ВЛП: см. тут и тут.

Ценности в надёжных руках!

Подписчик сообщает: недавно в Петербурге прошел форум "Россия 809. Традиции будущего", посвящённый сохранению и укреплению традиционных российских духовно-нравственных ценностей. Как оказалось, за этой формулировкой скрывается слёт сектантов, инфобизнесменов, целителей и ведунов. Некоторые из которых, кстати, выдают себя за специалистов в области образования и медицины.

В форуме активно участвовали депутаты Госдумы (О. Смолин, Я. Лантратова, и многие другие), члены Совфеда и местные чиновники. Финансирование форума туманное, спонсоры в явном виде не перечислены, по-видимом, делается он на частные средства. В общем, дело тут не в растрате госбюджета, а в том, что депутаты Госдумы легитимизируют этот балаган.

Так вот, теперь об интересных участниках, найденных подписчиком. Во-первых, организатор форума, Сергей Мороз создает школу, где ученики будут проходить всю школьную программу за полтора года с помощью чтения книг с закрытыми глазами, а оставшееся время посвящать выращиванию злаков, активирующих генетический код русской цивилизации, в которой люди будут жить до 150 лет без болезней [1, 2, 3].

Далее примечательные персонажи среди докладчиков [жирным выделяю своих фаворитов]:

1. Публицист Виктор Ефимов (биодуша, биополе, энергетические потоки)
https://efimovschool.ru/
@viktorefimof2758

2. Аювердический социалист
https://usanin.com/usefull/den-rozhdeniya-vselennoj
https://vk.com/wall-48748517_16219
https://tsargrad.tv/articles/jazycheskaja-mistika-i-drevnevedicheskij-socializm-sovremennaja-illjustracija_171783

3. Звенящие кедры [платиновая классика — я думал, их уже нет...]
https://vk.com/wall25256578_68
https://vk.com/wall25256578_129

4. Ведический русич
https://vk.com/peresvet_741

5. Ведический социальный архитектор, школьный директор.
https://vk.com/ya108
https://www.dp.ru/a/2026/04/25/polubespilotnoe-dvizhenie

6. Рыцарь гуманной педагогики
https://vk.com/wall-179845070_53

7. Экспресс педагог
https://vk.com/psschool.online

8. Квантовый педагог
https://vk.com/astramashaefremova

9. Нью-эйджер
https://anekrasov.ru/

10. Дама из ашрама, преподаватель в школе Мороза
https://tanhit.com/
https://vk.com/wall-219307051_58
https://youtu.be/9Du6qEDmSug?t=5887

11. Общественный деятель
https://vk.com/wall152226898_5791
https://vk.com/wall-172103638_3939

12. Книгоиздатель
светлаяра.рф

13. Бабка повитуха, пропагандист домашних родов
https://vk.com/wall-1828112_6990
https://pandoraopen.ru/2020-05-04/domashnie-rody-kak-bezvyxodnaya-situaciya-tatyana-malysheva-chast-1/

14. Медецинский инфобиз
@loveisamagicountry886

15. Народный целитель
https://clinic.ogulov.com
https://vk.com/wall-196729011_6637

16. Народный целитель топором
https://vk.com/wall-220351625_1236
https://vk.com/wall1962652_28231

14. Волшебник от медицины
https://informarium.ru/spicers/kuznecov-a-n
https://dzen.ru/video/watch/64e722ad4d39d77c55c70cbb
https://rutube.ru/video/83592bb43b4076f5895d72a42dc39243

14. Измеритель ауры
https://youtu.be/wM94x0XwN6Q?t=4
https://vk.com/id335681

16. Безлекарственный доктор
https://vk.com/sytin_oleg

17. Целитель-оккультист
https://www.youtube.com/watch?v=6RTq8GKjQEM
https://www.youtube.com/@EtraProject2023/videos

18. Организатор финансовых пирамид, патриотический воспитатель.
https://www.youtube.com/watch?v=yBgCURcCaXk
https://youtu.be/mSXROhmBP4s?t=149

https://vk.com/wall797339767_2498
@vvakarenko1435

P.S. Уже почувствовали вайбы русской квантовой аюрведы? Здорово, что традиционные ценности не стоят на месте!

О запретах и настроениях

Сложно оценить изнутри, насколько велико недовольство стремительно схлопывающимся интернетом. Субъективно — уровень раздражения беспрецедентен, особенно среди высококвалифицированных специалистов, включая учёных. Листая совсем непохожих авторов [1, 2, 3], я снова и снова натыкаюсь на посты либо об уходе из профессии, либо об отъезде из страны, либо c совсем уж горькой иронией. Причём пишут отнюдь не завзятые "либералы", что бы это слово ни значило.

Не буду оригинален, но главный итог разогнавшейся запретительной кампании — это вынужденный переход лояльных и индифферентных граждан в число оппозиционеров. Нет, эти граждане не хотели с утра до ночи смотреть политические ролики: просто им ломают привычные каналы для общения, развлечения, покупок и работы.

Учёных последнее касается в особенной степени. Наука полностью завязана на свободный обмен информацией, причём это не только пресловутые статьи, но и программное обеспечение, переписка, ИИ, базы данных и так далее. В ограничениях постарались все стороны, но игра отечественной стороны в свои же ворота вызывает даже не изумление, а ступор. И, конечно же, умные люди не любят, когда им указывают, какие газеты нельзя читать и какое кино нельзя смотреть.

Замечу, что сами ограничения стремительно утратили хоть какую-то осязаемую мотивировку (наведение дронов и т.п.). Судя по всему, у этого поезда давно нет машиниста, и новые решения принимаются сами по себе, в силу логики системы. Даже если считать рациональной целью ограничение распространения информации ("чтоб глупые граждане не начитались всякого"), то предпринимаемые действия всё равно иррациональны. Во-первых, запрещённое всегда притягательно, а скрываемая информация автоматически вызывает доверие. Во-вторых, ради банального удобства даже глубокие пенсионеры уже освоили средства обхода блокировок и получили весь интернет в своё распоряжение.

Что теперь, физически отрубать кабели? Об экономической и репутационной стороне вопроса умолчим, не мне об этом писать.

Да, а ещё люди постепенно сходят с ума по разным, так сказать, направлениям, и это тоже неприятно. Недавно в комментариях кто-то всерьёз спрашивал, действительно ли я хочу скачать иностранную статью во время войны. Я подумал было уточнить, этично ли скачивать статью учёных из Бразилии во время войны Израиля с Ираном (а если нет, то почему), но решил не развивать диалог.

При этом официальный информационный фон (наблюдаю за научно-образовательным) по-прежнему представляет собой какой-то пузырь из форумов и рамочных соглашений. Как известно, после ядерной войны выживут тараканы, а ещё два-три ректора будут отчитываться о создании цифровых кафедр. Самое смешное, что почти каждый житель этого пузыря в личной беседе охотно выйдет из образа и расскажет всё как есть. Развитое двоемыслие кого-то просто делает циничным и лишает мотивации, а кого-то сводит с ума.

Возвращаясь к учёным, для многих хрупкий баланс между "остаться дома" и "плюнуть и уехать" нарушен именно сейчас и именно ограничениями в распространении информации и приблизившейся перспективой чебурнета, а также всеми сопутствующими прелестями. Если будет сделано ещё несколько шагов в направлении окукливания, то вопрос будет уже не в удобстве жизни. Всё гораздо проще: либо могу работать по профессии, либо не могу. Поэтому с каждым шагом будет всё больше специалистов, которые тихо соберутся и уедут, без скандалов, без шума и без особой радости. Это не нытьё, это наблюдаемая реальность.


...вот примерно с такими мыслями научный сотрудник читает новость о том, что на блокировку интернета в ближайшие годы заложены средства, равные годовому бюджету Российского научного фонда.

и к последним новостям

Тем временем в научные организации, подведомственные Минобрнауки, пришло фейковое письмо о сборе данных по поездкам учёных за рубеж. Предписывается в ответ передать данные о поездках сотрудников, а ещё усилить контроль как за командировками, так и за заграничными отпусками.

Это фейк, не ведитесь. И обязательно предупредите коллег.

P.S. Новости ИА Панорама, конечно, регулярно становятся реальностью, но я очень надеюсь, что до такой реальности мы ещё не дожили.

Критика ШНИР

На днях в научно-образовательном телеграме произошёл небольшой взрыв хлопок на несколько сотен комментариев, повод — видео, где молодой преподаватель РХТУ довольно неприятно критикует доклад школьника. Важный нюанс: видео выложил сам преподаватель. На мой взгляд, грань дозволенного тут не нарушена, но впечатление не самое приятное.

Как обычно, контекст оказался интереснее инфоповода. Неутомимые комментаторы установили, что к кандидатской самого преподавателя есть большие вопросы по методике обработки данных, с ответов на которые автор попросту слился. И что его инстаграм* (запрещён) наполовину состоит из видео в духе "задаю злые вопросы школьникам". А потом сотрудники РХТУ решили проверить эффект Стрейзанд и стали просить студентов удалять свои комментарии под видео.

Так вот. Спор по поводу уместности критики упирается в дилемму: стоит ли сурово спрашивать со школьников "как со взрослых" или нужно их жалеть и поощрять любые попытки потрогать науку? Вроде как, первый подход готовит детей к реальной жизни, но кого-то может сломать или отпугнуть. А второй создаёт позитивную атмосферу, но может породить ложные ожидания от науки и синдром юного гения.

Лично я отношусь к школьным научным работам сдержанно, но, в любом случае, такую постановку вопроса считаю неверной. На первом месте у члена жюри должны быть неравнодушие и научный интерес: желание разобраться, что было сделано, насколько достоверны результаты, и, главное, насколько они понятны и интересны самому докладчику (со всеми оговорками о школьном уровне). Всё остальное — следствия. Разве что стоит соблюдать базовые правила вежливости, которые (сюрприз!) в принципе стоит соблюдать в общении с людьми любого возраста.

Не нужно разыгрывать злых и добрых полицейских, не нужно никого "закалять" или "подбадривать", да и в принципе не стоит устраивать цирк. Внимание и грамотные вопросы по существу — это одновременно отличное поощрение и прекрасный стимул для авторов хороших работ, и лучшая прививка от науки для тех, кто делал работу кое-как или из-под палки. Именно поэтому вопросы на видео кажутся мне не "злыми", а беспомощными. Претензии к технике безопасности и стилю доклада обычно озвучивают за неимением вопросов поинтереснее. Причём о первом логичнее сказать научному руководителю, а о втором — выступающему с глазу на глаз.

Настоящий "злой вопрос" выглядит так. Внимательный доктор наук доброжелательно и совершенно искренне интересуется: слушайте, а почему вы вот эдакую вещь не стали учитывать? Вроде бы она должна.... И докладчик теряет почву под ногами; в эту секунду он понял, что учитывать было нужно. Возможно, он найдёт ответ, а возможно — поймёт ошибку и отправится переделывать работу. Но это не будет унизительно, поскольку лежит не в логике доминирования, это — совместный поиск истины.

Соглашусь и с тем, что для школьника сам факт публичного выступления и любые вопросы по науке — это уже достаточный стресс. Тем более, в новом месте, на заведомо сложную тему, перед незнакомыми людьми, под давлением доп. баллов ЕГЭ, и так далее. Выходки членов жюри не добавят этому опыту ценности, а лишь сформируют у школьника яркое впечатление, что в науке работают больные нарциссы.

Пожалуй, сторонникам практик пожёстче стоит себе признаться, что они никакие не мудрые и строгие учителя, готовящие нежных снежинок к тяжёлым будням, а просто любители самоутверждаться за счёт "глупых" учеников.

Да, кто-то должен говорить неприятные вещи и задавать сложные вопросы, это непростая роль. Но тут нужна не наглость или вредный характер, а быстрый ум, образование и интерес. Если, конечно, цель состоит в том, чтобы докопаться до истины и показать школьнику строгий научный подход, а не выставить себя в выгодном свете на фоне десятиклассника.