СОВРЕМЕННАЯ УКРАИНСКАЯ ИДЕНТИЧНОСИТЬ. ИСТОКИ

Начало здесь. Конструирование украинской идентичности – самый интересный процесс из всех аналогичных, наблюдаемых в других новых государствах, образовавшихся после распада СССР. Известно такое крылатое высказывание Гарибальди – отца итальянского национального государства: «Мы создали Италию. Пора создавать итальянцев».

Для второй половины XIX столетия задача вполне актуальная. Бурно развивающийся капитализм строился на принципах стандартизации – единых мерах весов, длин, унифицированной финансово системе, едином правовом поле, общей системе образования и т. д. Соответственно, возникла потребность и в политической нации, строящейся на новой общей культурной идентичности, которая приходит на смену идентичности племенной, сословной, конфессиональной, региональной.

Это время, когда создавались стандартизированные европейские языки, на основе языка – национальные системы образования. А что такое Италия того времени – это пестрое одеяло, сшитое на скорую руку из княжеств, герцогств и королевств, которое населяли разноязыки народы, говорящие на корсиканском, сардинском, сицилийском, венетском, легурийском, ломбардском, пьемонтском… Короче, вместе с диалектами самого итальянского в ходу было аж 27 языков!

И как в таком хаосе цыганского табора можно создать работоспособную правовую систему? Ведь законы должны быть понятны населению. Как будут работать на заводах инженеры, если техдокументация будет на разных наречиях? Как офицеры будут командовать солдатами массовой армии, если те не будут понимать их команд? Так что итальянизация итальянцев была процессом исторически обусловленным.

Однако первый глава независимой Украины Леонид Кравчук не мог воскликнуть «Мы создали Украину, давайте создавать украинцев!». Во-первых, Украина была создана до него в качестве союзной республики, и украинское этническое самосознание уже существовало в затухающем виде (оно всегда затухает в городской цивилизации). Нужды в формировании некоей монокультурной и украинской нации на пороге XXI века просто не было. Передовые государства того времени уже вовсю искали варианты постиндустриальной идентичности, экспериментируя с мультикультурализмом, глобализмом, транснационализмом и прочими измами.

Зачем понадобилось строить украинскую государственность по лекалам 150-летней давности? Лично я вижу одну причину: нужно было как-то обосновывать существование национальной элиты, ее право на господство. Дело в том, что качество украинской элиты всегда было и остается просто отвратительным. Мне трудно с чем-то ее сравнить. Знаю, о чем говорю, поскольку работаю в этой стране уже не первый десяток лет. Эффективные руководители на вопрос: «Почему вам стоит доверить власть?» могут уверенно ответить: «Потому что мы добились таких-то и таких-то успехов». А когда достижения в основном с жирным знаком «минус», остается только напяливать вышиванку и истошно голосить: «Якщо не я, то Україна пропаде під кацапським чоботом!».

В общем, национальная свидомость стала палочкой выручалочкой для все просравших начальников. А дальше начинает работать примитивная, как лом логика: если для того, чтобы удерживать власть с опорой на национально свидомую публику, достаточно быть «профессиональным украинцем», то необходимо украинизировать все население. Исключительно для этого! Стратегия эта неизменно показывала свою провальность (особенно эпично провалился, например, Ющенко – просто фантастически бездарный политик), но дураки необучаемы.

Однако подобная инициатива разбивалась об объективную реальность – общая идентичность у украинцев уже существовала, и она носила НАДНАЦИОНАЛЬНЫЙ характер, как и положено любому развитому индустриальному обществу. Да, она строилась на русском языке, но это не значит что она являлась чуждой и иностранной. Русский язык – это один из шести международных языков. Он не принадлежит ни русским, как этносу, ни России, как государству. Точно так же, как английский – уже давно не язык англичан, подавляющее большинство его носителей вообще живет в Азии. (Продолжение).