Интервью с американистом Яном Веселовым о победе Мамдани – часть 2

Начало »»» здесь

Как победа Мамдани повлияет на кризис Демократической партии? Его кампания вызвала противодействие партийных структур и мейнстримной демократической прессы, но какие силы в Демпартии его поддерживали? Можно ли ждать при дальнейших успехах социалистических сил, что они переформатируют партию, как MAGA сделали с Республиканской партией или нас ждет раскол?

Да, мы видим идейное продолжение конфликта Берни Сандерса с мейнстримом Демпартии. Этот конфликт есть тлеющая гражданская война внутри Демократической партии, точнее, между тремя ее крыльями.

С одной стороны, левым крылом в виде Мамдани, Берни Сандерса, Александра Казио-Кортес, других левых политиков, которые считают, что партия должна двигаться в лево-популистское направление, и брать на вооружение прежде всего вопросы экономики. С другой стороны у нас есть более умеренное крыло, которое наоборот говорит, что нужно более консервативные позиции занимать, особенно в вопросах культурных, в вопросах сексуальности, преступности и миграции, по которым республиканцы традиционно их обходят. Но при этом многие из них тоже говорят о важности экономики. Они не обязательно предлагают левые решения, но говорят о том, что акцент должен быть на вопросах экономики, на вопросах недоступности американской мечты. И есть собственно мейнстрим демократической партии, который на самом деле не знает, что делать, и не хочет в общем-то ничего менять, его плюс-минус все устраивает.

Сейчас основная борьба идет между этими лагерями. Необязательно кто-то из них должен победить, поскольку в такой большой стране, как США, двухпартийная система предполагает, что обе партии всегда являются большими зонтичными организациями, вбирающими в себя разные направления. Поэтому я думаю, что все три крыла так или иначе будут сосуществовать в ближайшие годы.

Есть ли шанс у Мамдани стать главным оппонентом Трампа?

Я не думаю, что ему это нужно. То есть, он безусловно будет пикироваться с Трампом по многим вопросам, от миграции до вопросов федерального финансирования, но все-таки, он видит себя в первую очередь именно как мэр, человек, который хочет решать вопросы города, а не заниматься постоянными перепалками с Трампом, как, например, губернатор Калифорнии Гэвин Ньюсом. Что понятно, ведь он метит президента в 28-м году. Для Зохрана эта дорога закрыта, поэтому я думаю, что для него это не очень интересно.

С какими трудностями ему предстоит столкнуться в попытке реализовать свою программу?

У Мамдани, безусловно, будут большие трудности с реализацией своей программы по целому ряду направлений. С одной стороны, конфликт с администрацией Трампа, который угрожает удерживать федеральное финансирование. Мы видели еще до выборов, как в Нью-Йорке несколько инфраструктурных проектов, финансировавшихся из Вашингтона, были заморожены. Во-вторых, где-то нужно брать деньги для многих амбициозных обещаний Мамдани. Мамдани предлагает повышать налоги на корпорации и богатейших нью-йоркцев. Для этого потребуется согласие властей штата. И здесь Мамдани придется очень активно работать и с губернатором штата Кэти Хокул, и с демократами в местном законодательном собрании.

Третья проблема – это многочисленные группы интересов внутри города, которые будут сопротивляться любым крупным реформам, затрагивающими их материальные интересы. И здесь Мамдани тоже с одной стороны придётся проявить определенную жесткость, чтобы сопротивление преодолевать, а другой стороны проявлять большую сговорчивость.

Несмотря на “радикализм” предложений, Мамдани – достаточно прагматичный политик. Мы это видели на примере того, что он решил оставить в должности, нынешнего главу полиции, тем самым показав профсоюзу полицейских и более умеренным избирателям то, что он готов идти на некоторые уступки, что он не является абсолютно бескомпромиссным кандидатом. В этом, возможно, может быть и залог успеха его прогрессивных реформ, но опять же, этот успех пока что не предопределён. Его ждет много трудностей и далеко не факт, что его срок на посту мэра будет успешным.