Подгорнов.Экспертиза
@npodgornov
Подгорнов.Экспертиза
Цикл: Стареющая Россия
Текст 2.
Средняя продолжительность жизни - это про цифры. Активное старение - это качество жизни.
В демографии есть показатель, который очень любят считать основным и главным: средняя продолжительность жизни при рождении. Он универсальный, сравнимый между странами (долгое время с отрывом в пользу развитых) и хорошо озвучивается как политический лозунг. Стали жить дольше - значит стало лучше!
Но прежде чем говорить о "лучше", стоит отметить, что для России этот показатель даже в общих цифрах не так очевиден. По данным Росстата, в 2024 году ожидаемая продолжительность жизни при рождении в России составила 72,8 года — на 0,6 года меньше, чем годом раньше. Это первое снижение с пандемийного 2020 года. И случилось оно ровно тогда, когда стартовал новый нацпроект "Продолжительная и активная жизнь" с целью дойти до 78 лет к 2030-му.
Но даже если цель по количеству будет выполнена, остаётся главный вопрос: сколько из этих "78 лет" россиянин проживёт самостоятельным и активным?
Это разница между средней продолжительностью и средней активностью - это отрезок здоровой и функциональной части жизни. В книге, над которой я сейчас работаю, это сформулировано как центральный конфликт современной старости: пенсионная и социальная система создавались для мира, где старость была короткой (даже очень) финальной стадией дожития. Теперь она превращается в самостоятельный, растянутый на десятилетия период, который требует отдельной (гериатрической) инфраструктуры - медицины, ухода, жилья, занятости, профилактических мер.
И по этому поводу государство само, не желая того, формулирует масштаб проблемы в цифрах. В описании нацпроекта "Продолжительная и активная жизнь" на 2030 год заложены две разные цели: ожидаемая продолжительность жизни при рождении - 78 лет; ожидаемая продолжительность здоровой жизни - 68 лет. Это один и тот же документ, один и тот же целевой год. Разница между двумя цифрами - десять лет. Не моя оценка, не критика со стороны - собственная арифметика государства, встроенная в его же плановый показатель.
Формулировка нацпроекта конечно же обещает "опережающий рост" здоровой продолжительности жизни относительно общей. И действительно, по заявленным цифрам здоровая жизнь должна прирасти сильнее, чем общая. Но даже при этом благоприятном раскладе к 2030 году десять лет из семидесяти восьми останутся годами без статуса "здоровых" - с той или иной степенью зависимости, ограничений или хронической болезни. Не в кризисном сценарии. В целевом, официально успешном. И как мы знаем по опыту - едва ли достижимом.
Вот почему национальная цель "дожить до 78, 80, 81" имеет смысл только рядом с другой целью - дожить до этого возраста самостоятельным и активным. Как я уже писал в первом тексте этого цикла: можно дожить до 81 года, с 63-65 лет теряя мобильность и завися от родственников, а можно дойти до тех же 81 года, до 75-78 сохраняя социальную мобильность, хотя бы частичную занятость, но главное самостоятельность. Способность обслуживать себя без посторонней помощи. В обоих случаях государство отчитается об одинаковой цифре продолжительности жизни. Но это будут две разные страны - по нагрузке на бюджет, на медицину и на семьи.
Разница между этими сценариями зависит не от успехов в кардиологии или онкологии (хотя они важны). Она решается в куда менее наукоемких вещах: слуховые аппараты, состояние зубов, зрение, сохранение мышечной массы, профилактика падений, нормальное питание, поручни в подъездах и в ванной, доступная поликлиника рядом с домом, клубы социального общения против социальной изоляции, частичная занятость, регулярный уход и профилактика до наступления кризисных форма.
Для чиновников это всё звучит куда менее масштабно и сложно, чем "увеличим продолжительность жизни". Но именно эти структурные детали решают, попадёт ли человек в первый сценарий или во второй.
Тело пожилого человека - это инфраструктура, если хотите. Пока оно работает - человек слышит, видит, ходит, ест нормальную пищу, может дойти до магазина - он остаётся частью общества и его экономики. Как только что-то из этого ломается, его самостоятельность приходится замещать чужим трудом: врачом, сиделкой, дочерью, соцработником, койкой в больнице, суммой выплат в бюджете.
Поэтому вопрос старения - это не только вопрос возраста дожития по факту. Это прежде всего вопрос того, как долго человек остаётся способен жить без посторонней помощи. Без дорогостоящей поддержки из бюджета. И, как выяснится в следующем тексте, рождаемость (на которую в бюджете заложены основные деньги) на этот вопрос ответить не может - даже если вдруг подскочит до 2.1.
______________________
MAX | Telegram | WI
Цикл: Стареющая Россия
(Текст 1, Текст 2)
Текст 3. Почему рождаемость не спасёт Россию от старения
Есть соблазн свести всю проблему к одной причине: мало рожают. Будет больше детей - будет больше будущих работников, больше налогов и лучше пенсионная система.
В горизонте тридцати-сорока лет это правда. В горизонте ближайших полутора десятилетий - бесполезное объяснение.
Дети не платят взносы в Соцфонд. Не работают в поликлиниках. Не ухаживают за пожилыми родственниками. Не закрывают кадровый дефицит соцработников. Ребёнок, родившийся в 2026 году, станет полноценным экономическим агентом (т.е. работником, налогоплательщиком) не раньше середины 2040-х. Он никак не повлияет на растущую нагрузку на пенсионную систему в 2030-м и не заменит сиделку в 2032-м.
А старение населения, о котором шла речь в первых двух текстах цикла - это уже не прогноз, а процесс, который происходит прямо сейчас.
Рождаемость - это про то, что случится с Россией через двадцать лет. Важное. Очень. Старение же - это то, что происходит прямо сейчас. Важнейшее. Актуальнейшее.
Во-первых, для пенсионной системы. Сейчас уже случилось, что всё больше людей получают выплаты дольше, чем закладывалось при прежней возрастной структуре населения. Просто факт. Счет и строка в бюджете. Растущая нагрузка.
Во-вторых, для медицинской системы. Потому что всё больше хронических диагнозов, больше кардиологии, онкологии, диабета, деменции, больше потребности в реабилитации. И опять - это счет и строка в бюджете. Растущая нагрузка.
В-третьих, для социальной системы. Всё больше нагрузка на соцслужбы по уходу на дому, по адаптации жилья, по патронажу и соцобеспечению. И вновь это нагрузка на бюджет.
В-четвертых, нагрузка на семью. Всё больше взрослых детей, которые вынуждены совмещать работу с уходом за родителями. Как я уже указывал - гендерная нагрузка с перекосом на женщин.
В-пятых, рынок труда. Потому что всё меньше молодых работников и всё больше работников старшего возраста, которых некем заменить.
И последнее, муниципальная нагрузка. Муниципально-инфраструктурная. Всё больше районов, где основным пользователем всей социальной инфраструктуры становится поколение 60+.
Нужно понимать, что быстрого разворота по рождаемости ждать не приходится. Но даже если это случится и СКР вдруг вырастет до 2,1 к очередному "2030 году", то россиянину, которому сегодня 63, всё это не поможет вообще. Он не ждет демографического эффекта от материнского капитала. Он потихоньку входит в возраст, где главным вопросом станет не рождаемость, а способность ходить, лечиться, жить в приспособленным для стариков доме, не падать, не терять память и не нуждаться в ежедневном уходе.
Именно поэтому старение - это главная тема ближайшего политического цикла в куда большей степени, чем рождаемость. Рождаемость - это стратегия на поколения вперед. Старение - это бюджетный и социальный шторм на ближайшие годы.
И если государство не научится продлевать активную фазу жизни, у него остаётся привычный рефлекс на все проблемы - снова повышать пенсионный возраст. Формально действующая реформа завершается только в 2028 году (65 лет для мужчин, 60 для женщин; в 2026-2027 годах - переходные 64 и 59), и Минтруд в феврале 2026 года заявлял, что новых повышений не планируется. Но на фоне уже реального дефицита бюджета Соцфонда - всё может быть. Пока на пенсионеров хватает. Но пенсионеров становится всё больше, а расходы на них всё растут и растут.
Но даже если возраст и поднимут, это не решит проблему. Потому что если человек формально обязан работать дольше - это не означает, что он сможет физически.
Значит, вопрос не только в том, как заставить стареющее население дольше числиться трудоспособным. Вопрос в том, как сделать так, чтобы люди реально сохраняли мобильность, здоровье и самостоятельность дольше. Еще важнейшее: кто в итоге будет вынужден заплатить за то, что этого не происходит. Ответ на этот вопрос в следующем тексте.
______________________
MAX | Telegram | WI
(Текст 1, Текст 2)
Текст 3. Почему рождаемость не спасёт Россию от старения
Есть соблазн свести всю проблему к одной причине: мало рожают. Будет больше детей - будет больше будущих работников, больше налогов и лучше пенсионная система.
В горизонте тридцати-сорока лет это правда. В горизонте ближайших полутора десятилетий - бесполезное объяснение.
Дети не платят взносы в Соцфонд. Не работают в поликлиниках. Не ухаживают за пожилыми родственниками. Не закрывают кадровый дефицит соцработников. Ребёнок, родившийся в 2026 году, станет полноценным экономическим агентом (т.е. работником, налогоплательщиком) не раньше середины 2040-х. Он никак не повлияет на растущую нагрузку на пенсионную систему в 2030-м и не заменит сиделку в 2032-м.
А старение населения, о котором шла речь в первых двух текстах цикла - это уже не прогноз, а процесс, который происходит прямо сейчас.
Рождаемость - это про то, что случится с Россией через двадцать лет. Важное. Очень. Старение же - это то, что происходит прямо сейчас. Важнейшее. Актуальнейшее.
Во-первых, для пенсионной системы. Сейчас уже случилось, что всё больше людей получают выплаты дольше, чем закладывалось при прежней возрастной структуре населения. Просто факт. Счет и строка в бюджете. Растущая нагрузка.
Во-вторых, для медицинской системы. Потому что всё больше хронических диагнозов, больше кардиологии, онкологии, диабета, деменции, больше потребности в реабилитации. И опять - это счет и строка в бюджете. Растущая нагрузка.
В-третьих, для социальной системы. Всё больше нагрузка на соцслужбы по уходу на дому, по адаптации жилья, по патронажу и соцобеспечению. И вновь это нагрузка на бюджет.
В-четвертых, нагрузка на семью. Всё больше взрослых детей, которые вынуждены совмещать работу с уходом за родителями. Как я уже указывал - гендерная нагрузка с перекосом на женщин.
В-пятых, рынок труда. Потому что всё меньше молодых работников и всё больше работников старшего возраста, которых некем заменить.
И последнее, муниципальная нагрузка. Муниципально-инфраструктурная. Всё больше районов, где основным пользователем всей социальной инфраструктуры становится поколение 60+.
Нужно понимать, что быстрого разворота по рождаемости ждать не приходится. Но даже если это случится и СКР вдруг вырастет до 2,1 к очередному "2030 году", то россиянину, которому сегодня 63, всё это не поможет вообще. Он не ждет демографического эффекта от материнского капитала. Он потихоньку входит в возраст, где главным вопросом станет не рождаемость, а способность ходить, лечиться, жить в приспособленным для стариков доме, не падать, не терять память и не нуждаться в ежедневном уходе.
Именно поэтому старение - это главная тема ближайшего политического цикла в куда большей степени, чем рождаемость. Рождаемость - это стратегия на поколения вперед. Старение - это бюджетный и социальный шторм на ближайшие годы.
И если государство не научится продлевать активную фазу жизни, у него остаётся привычный рефлекс на все проблемы - снова повышать пенсионный возраст. Формально действующая реформа завершается только в 2028 году (65 лет для мужчин, 60 для женщин; в 2026-2027 годах - переходные 64 и 59), и Минтруд в феврале 2026 года заявлял, что новых повышений не планируется. Но на фоне уже реального дефицита бюджета Соцфонда - всё может быть. Пока на пенсионеров хватает. Но пенсионеров становится всё больше, а расходы на них всё растут и растут.
Но даже если возраст и поднимут, это не решит проблему. Потому что если человек формально обязан работать дольше - это не означает, что он сможет физически.
Значит, вопрос не только в том, как заставить стареющее население дольше числиться трудоспособным. Вопрос в том, как сделать так, чтобы люди реально сохраняли мобильность, здоровье и самостоятельность дольше. Еще важнейшее: кто в итоге будет вынужден заплатить за то, что этого не происходит. Ответ на этот вопрос в следующем тексте.
______________________
MAX | Telegram | WI
6 2.2K
Обсуждение 0
Обсуждение не доступно в веб-версии. Чтобы написать комментарий, перейдите в приложение Telegram.
Обсудить в Telegram