Стратегический документ Банка России - приговор или признание? (часть 1) Банк России опубликовал финальную версию проекта "Основных направлений единой государственной денежно-кредитной политики" на 2026-2028 годы. В этом документе, как и в прошлогоднем, есть ряд интересных моментов. Но к сожалению - с негативной окраской. 1. Целевое равновесное состояение экономики России по версии ЦБ по-прежнему идет вразрез с задачами ускоренной модернизации и опережающего роста. Согласно его видению, в долгосрочном периоде устойчивый темп роста российской экономики составляет всего 1,5-2,5% в год. При этом среднемировой темп ожидается на уровне 3%, а у лидера мировой экономики Китая - 4-4,5%. Учитывая, что по ВВП на душу населения, измеренному по паритету покупательной способности, Россия отстает от Германии в полтора раза, при вводных от ЦБ мы достигнем ее нынешний уровень только через 20 лет. А догоним - аж через 40 лет. Как тут не вспомнить знаменитые слова Сталина из 1931 года: "Мы отстали от передовых стран на 50-100 лет. Мы должны пробежать это отставание в 10 лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут". 2. Практически с первых страниц вызывает недоумение потеря авторами элементарных причинно-следственных связей: "Сама по себе денежно-кредитная политика не может обеспечить устойчивое повышение экономического потенциала. Потенциал экономики определяется такими факторами, как накопление основного капитала, численность трудовых ресурсов, производительность труда и капитала". (стр. 7) О чем скромно умалчивает ЦБ - так это о том, что денежно-кредитная политика напрямую влияет на инвестиции в основной капитал, которые и определяют его накопление и производительность. Причем влияет сразу по двум каналам - через стоимость заемных средств на инвестиционные цели и через доходность альтернативных вложений. Если ставки по кредитам превышают рентабельность активов проекта - он становится невыгодным. А если ее превышают ставки по безрисковым депозитам - то лучше вообще положить деньги в банк, чем связываться с инвестициями в реальный сектор, которые неизбежно сопряжены с риском. И как мы уже наглядно показывали, в России стараниями ЦБ обеспечена именно такая ситуация, удушающая инвестиции в основной капитал промышленности. Причем в ЦБ это, конечно же, прекрасно понимают. Недаром в рамках своего же сценария "долгосрочной стабильности" они предлагают падение темпов накопления основного капитала с 6-8% в 2024-2025 годах, которые он считает "перегревом", до 1-3% в год. 3. Банк России наконец-то признает наш давний тезис о том, что можно точечно влиять на объемы кредитования в отдельных секторах через нормативы достаточности капитала, не повышая уровень ставок: "Нормативы достаточности капитала и ликвидности банков могут автономно влиять на жесткость денежно-кредитных условий безотносительно фактической и ожидаемой траектории ключевой ставки". (стр. 38) Однако тут же он заявляет, что не использует этот механизм как инструмент денежно-кредитной политики. Почему? Согласно пояснению ЦБ - потому что он сдерживает кредитование в отдельных секторах, а не во всей экономике. Но ведь это именно то достоинство этого инструмента, о котором мы говорили! Например, если нам нужно ограничить динамику потребительского кредитования, не затронув инвестиционное. Почему ЦБ настаивает на том, что инвестиции, определяющие долгосрочный рост экономики, непременно должны страдать вместе с потребительскими кредитами, даже если есть возможность этого избежать - загадка... (часть 2)