Решение Генассамблеи ООН по климату: 5 вопросов и ответов

Генассамблея — основной совещательный и представительный орган ООН — 141 голосами "за" при 8 "против" поддержала заключение Международного суда ООН (ICJ) о климатических обязательствах государств.

В резолюции Генассамблея призывает все страны соблюдать обязательства по международному праву — как они были определены ICJ — "в целях обеспечения защиты климатической системы и других компонентов окружающей среды от антропогенных выбросов парниковых газов".

Антониу Гутерриш назвал принятие резолюции "признанием" ответственности государств за защиту людей от "обостряющегося климатического кризиса", путь к разрешению которого, по его мнению, лежит через ВИЭ.

Россия, кстати, голосовала против — как и США, Саудовская Аравия, Иран и ещё четыре страны. Нечастый нынче пример, когда Россия, Штаты и Иран заодно.

Что всё это значит?

Усиливает ли резолюция обязанности государств — или это просто жест?

Усиливает. Решение не обязательное к исполнению, новых норм из него не вытекает, но оно повышает юридический вес уже существующих климатических обязательств государств, в частности, по Парижскому соглашению.

ICJ показал, что от государств требуется более строгая должная осмотрительность в климатической политике — с опорой на науку и регулирование выбросов. Поддержка Генассамблеи показывает, что такое толкование разделяет большинство стран, и может стать дополнительным аргументом для истцов.

Готовит ли это почву для трансграничных исков и "репараций"?

Готовит. ICJ показал, что затягивание с митигацией может рассматриваться как нарушение международных обязательств, из чего вытекают обязанности прекратить нарушение и компенсировать причинённый другим государствам климатический ущерб.

Решение Генассамблеи повышает юридический и политический вес такого подхода и упрощает задачу истцам: ссылаться можно уже не только на позицию ICJ, но и на поддержку большинства государств, в том числе в исках в национальных судах.

Можно ли теперь считать отказ "выходить" из ископаемого топлива нарушением международных обязательств?

Не совсем. Нарушением может быть не сам по себе "медленный" переход, а курс, который явно игнорирует климатические цели.

Исходя из заключения ICJ, если страна открыто не планирует уходить от ископаемого топлива или её политика заметно расходится с траекторией 1,5–2°, юридические риски для неё растут, а поддержка Генассамблеи усиливает такую аргументацию.

Станет ли резолюция основным аргументом для исков к бизнесу и государствам?

Станет — на это работает связка ICJ с Генассамблеей. ICJ дал судам детализированную "матрицу" климатических обязанностей и стандартов должной осмотрительности, а резолюция Генассамблеи показала, что большинство государств принимают такую рамку.

Поэтому национальным и международным судам проще будет делать её отправной точкой в делах о неадекватной климатической политике, субсидиях на ископаемое топливо и регулировании выбросов, в том числе в отношении частного сектора.

Как резолюция может отразиться на России?

Генассамблея сама по себе ничего не может "предписывать" России, тем более Москва голосовала против резолюции, но международное политико‑правовое давление определённо вырастет.

Для российского бизнеса это прежде всего рост косвенных рисков: зарубежные партнёры в перспективе будут строже требовать от участников цепочек создания стоимости внятную климатическую стратегию и раскрытие рисков.

Это может повлиять на стоимость капитала, доступ к зарубежным проектам и риск того, что российские компании станут объектами претензий по части гринвошинга. Аналогично, усилится тренд на учёт климатических рисков в кредитовании и инвестициях

Само консультативное заключение @esgworld разбирал вот здесь, а комментарии и оценки мировых СМИ — тут 👈

#Разбор #Netzero #Риски

ESG World