Неискусственный интеллект
@anti_agi
1 26 436
В loop engineering человек описывает цель, правила и критерии готовности. Дальше система сама находит задачи, раздаёт их агентам, проверяет результат и запускает следующий круг.
Если убрать новый ярлык, loop engineering похож на CI/CD-конвейер, только часть жёстко прописанных скриптов заменили вероятностными исполнителями. Один агент планирует, другой пишет, третий проверяет, а цикл повторяется, пока тесты не пройдут или не закончится бюджет.
ИИ обрабатывает ближайшие объекты и выбирает только те кадры, где несколько предметов видны наиболее чётко
Каждому объекту присваиваются текстовое описание, 3D-координаты и временная метка 👆🏻
Если у робота что-то спросить, языковая модель запускает расширенный поиск по смыслу слова (например, если искать конкретную скульптуру) или по локации (рядом со зданием MIT).
Чтобы обновить информацию о каждой вершине, графовая нейросеть собирает данные от её соседей. На бумаге всё просто. Но, например, к одному перекрёстку ведут три дороги, к другому — двадцать; у одного пользователя десяток связей, у другого — миллионы. Нужные данные разбросаны по памяти, поэтому ускорителю приходится постоянно искать их, загружать, складывать во временные массивы и записывать обратно.
Авторы разобрали основные операции графовых нейросетей и для каждой нашли свой источник замедления.«Главная проблема эффективности GNN на GPU — не количество операций, а память. Мы убрали лишние промежуточные данные, сбалансировали работу между вершинами и задействовали тензорные ядра там, где это позволяет структура графа. По сути, это перенос IO-aware подхода, уже ставшего стандартом для трансформеров, в Graph ML», — объясняет исследователь Yandex Research Фёдор Великонивцев.
В подзаконку ушло даже больше, чем можно было ожидать. Последствия публичного обсуждения; рынок оказался сильно недоволен заданными ограничениями. Но, как и планировалось раньше, определять обязательное использование национал-суверенных моделей будут в Правительстве. Такое право у него появится с 1 марта 2027 года — тогда же начнут действовать критерии.
Либерализация в основном произошла из-за урезанных подробностей. В прошлой версии было много деталей про меры безопасности, ответственность разработчика, оператора и пользователя. Тут же прошлись по верхам: не нарушайте и не давайте нарушать другим. Хотите господдержки? Разрабатывайте в РФ и соблюдайте духовно-нравственные ценности.
Международное сотрудничество по общему правилу ограничивать теперь нельзя. Российским физлицам и компаниям, согласно статье 12, не должны мешать проводить совместные исследования и участвовать в международных ИИ-проектах. Но допускаются исключения по «значимым технологическим направлениям» — их также определит правительство.
Были опасения, что генеративка в законопроекте смешается с обычным ML и компьютерным зрением. Текущее определение ИИ выглядит несколько избыточным, но этот пробел закрывает 👆
На контексте в 1 млн токенов такой механизм требует в 64,5 раза меньше вычислений, чем полное attention, и работает в 56 раз быстрее FlashAttention-2. В тесте на поиск информации модель сохранила точность 98% при 12 млн токенов, используя лишь 0,13% возможных связей.
Arga Labs. Компания создаёт цифровые копии корпоративных систем, в которых люди и ИИ-агенты могут безопасно проверять новый код до его выхода в продакшен. Стартап основали Филлип Ли и Акира Тонг, столкнувшиеся с этой проблемой во время работы в Amazon и Stripe. Обычная тестовая среда плохо воспроизводит десятки внешних API и интеграций, а Arga клонирует их поведение для каждого изменения в коде.
Superset. Строит IDE для управления сразу сотнями кодинговых агентов. Claude Code, Codex, Cursor и другие инструменты получают отдельные Git-пространства, поэтому могут параллельно писать функции, исправлять баги и рефакторить код, не перетирая работу друг друга. Проект запустили три серийных основателя; ранее они запустили стартапы Onlook, Adam и BioGlyph. С января аудитория Superset росла примерно на 30% в неделю, а продуктом уже пользуются разработчики из тысяч компаний. Стартап также развивает проект как open source: его репозиторий собрал почти 12 тыс. звёзд на GitHub.
Silmaril. Защищает ИИ-агентов от промт-инъекций. Причём защиту тоже развивают агенты: они самостоятельно ищут новые цепочки атак, превращают найденные уязвимости в синтетические данные и переобучают файрвол менее чем за час. Основатели проекта Аум Упадхьяй и Эдуардо Веласко раньше занимались безопасностью и ML-системами с низкой задержкой в Amazon и AWS. Упадхьяй утверждает, что созданная им там система помогла предотвратить ущерб более чем на $1,8 млрд, а Веласко до запуска стартапа находил уязвимости, позволявшие через prompt injection получить root-доступ. Собственный файрвол Silmaril, по данным компании, определяет атаки с точностью 95,6% при задержке около 20 мс.
Sazabi. Анализирует логи, находит причину сбоя в продакшене и по команде генерирует исправление. Его основал Шервуд Кэллауэй, который уже проходил YC с другим проектом, был скаутом фонда Andreessen Horowitz и работал в финтех-стартапе Brex и компании 11x.
Управляющий партнёр Авито Иван Гуз признался: ещё в январе и феврале рассказы компаний о возможностях новых моделей можно было принять за маркетинг. Но за несколько месяцев качество выросло настолько, что ИИ начал кратно ускорять даже сложную внутреннюю разработку.
В Авито попытались перевести этот рост из режима стихийного эксперимента в правила AI First. Их четыре: использовать ИИ каждый день, сначала пробовать «нанять» его на задачу и только потом просить дополнительные ресурсы, делиться рабочими практиками и добиваться с помощью моделей результата, который раньше был недоступен.