РОССИЯНЕ – ТОЖЕ ЕВРОПЕЙЦЫ?

Цикл статей «Являются ли украинцы и белорусы европейскими нациями?» вызвал самый большой отклик, если считать обращения в личку. С одним читателем у нас даже возникла обширная полемика. Он пытается доказать, что русские – гораздо боле европейская нация, чем украинцы и беларусы, которые он, заранее извиняясь за возможно некорректный термин, называет периферийными по отношению к русским.

Белорусское национальное самосознание очень молодое, до сих пор находится в состоянии формирования, о чем я писал ранее неоднократно. Оно видится мне постнациональным, то есть  белорус осознает себя не в архаичной системе координат «язык/вера/принадлежность к государству», а мыслит себя в формате «культурная идентичность/политическая общность».

Культурная идентичность не сводится к этнической самоидентификации.То, что белорусская культура базируется на общерусском модерне (не путать с великороссийским фольклором) – очевидно. Но она не периферийна, а преемственна по отношению к нему. Она молода, а потому обладает большей гибкостью и скоростью развития, открыта для заимствований.

С украинской сложнее. Исторически существовало два центра формирования национальной идентичности – галицийский с сильным польским влиянием, и малороссийский, в рамках которой украинское самосознание развивалось как субэтническое в рамках общерусской нации. Украинская нация тоже молодая, эластичная, имеет быстрый «метаболизм». Ключевым в украинском нациегенезе является принцип отрицания преемства общерусской культуры (вот любопытный видеоролик об этом). То есть она точно не может позиционироваться как периферийная по отношению к русской.

Что касается классической русской культуры, начавшей развиваться в XVIII, то она, разумеется, плоть от плоти европейская. Делает ли этот бэкграунд русских европейцами? Мой оппонент полностью разделяет позицию Василия Жаркова, утверждающего, что русские – совершенно аутентичные европейцы по мировоззрению, и единственное, что им требуется – системная вестернизация политической системы, которая по мнению автора явится последним штрихом в европеизации русских:

Чем отличается сегодняшний россиянин, сидящий в кафе на Большой Никитской, куда приехал на арендованном электросамокате, или заказывающий еду домой через мобильное приложение, от своего собрата в Нью-Йорке или Лондоне? Их родство на уровне ценностей ограничивается экономической и бытовой сферами. Они одеты и причёсаны похожим образом, их повседневные привычки мало отличимы. Уровень электронных сервисов в Москве и других крупных российских городах может оказаться даже выше среднеевропейского, но в отношении политического режима и возможностей общественного участия между Россией и Западом пропасть.

Почитайте статью – в ней высказываются взгляды, типичные для российской эмиграции, к которой принадлежит автор, и вообще для русского среднего класса. Спорить не буду, любитель соевого смузи из центра Москвы, Питера или Екатеринбурга – вполне себе европеец. Но все же Жарков совершает фундаментальную ошибку, отождествляя хорошо образованного и живущего в достатке жителя мегаполиса с нацией в целом.

Та Россия, выросшая на высокой русской культуре, которая, действительно, желает мира, вестернизации и интеграции своей страны в современный глобальный мир – от силы 15% населения. А остальные 85% – это бедная российская провинция и глубинка, исповедующая философию АУЕ. Эта Россия выросла не на Толстом и Чайковском, а на блатном шансоне и шовинистических сериалах НТВ. Воюет в Украине исключительно вторая Россия, а не первая. Но проблема в том, что именно вторая АУЕшная Россия является социальной базой кремлевского режима. Собственно и нынешняя российская элита вылезла из подворотни.

Поэтому, строго говоря, именно это тупое агрессивное и трусливое большинство и есть Россия. Именно эта Россия обладает политической субъектностью.  Что в ней европейского? А то, что описывает Жарков – маргинальное и чужеродное тело в ней, причем тело, лишенное субъектности в любом виде и даже связности. Печально, но факт.
#философское