Деньги и песец
@moneyandpolarfox
Мартовский отскок: стабилизация или иллюзия? (2/2) (начало)
3. Потребление: мартовский всплеск, за которым пока не видно устойчивости
Самый яркий мартовский показатель – розничная торговля: +6,2% г/г после +2,0% в феврале. Суммарный оборот (розница + платные услуги + общепит) вырос на 5,6% г/г. Платные услуги ускорились до +3,8% г/г.
Что именно выросло?
• Продажи легковых автомобилей – на 42,1% год к году (резкий скачок, но опять же – низкая база марта 2025).
• Лекарственные средства – +14,0%.
• Одежда – +8,8%.
Общепит в марте, по предварительным данным, вырос на 6,8% (в феврале тоже 6,8%, но это замедление с январских 15% – так что тренд не позитивный).
За квартал розница прибавила 3,6% – это существенно выше, чем стагнация в промышленности и инвестициях. Но вопрос: является ли это началом устойчивого восстановления или разовым отскоком после аномально холодного января? ЦБ в своём апрельском релизе по ставке говорил об оживлении в марте, но сохранял осторожность.
Реальные располагаемые доходы за I квартал выросли на 1,5% год к году (после 5,8% в IV квартале 2025). Реальные денежные доходы – +2,6%. Замедление заметное. Рост потребления в марте может быть отчасти профинансирован за счёт сбережений (норма сбережения во вкладах падает) и кредитов (автокредиты ускорились, НПС чуть ожил). Однако с учётом высокой ставки и жёстких макропруденциальных лимитов, кредитный канал остаётся сжатым.
Инфляция в марте 5,86% г/г (февраль 5,91%). На 27 апреля – 5,72%. Тренд на медленное снижение сохраняется. Цены производителей в промышленности падают: –1,8% г/г в марте после –5,2% в феврале. Дефляция в добыче (–18,8%) – следствие укрепления рубля и падения мировых цен в феврале (контракты с лагом).
4. Рынок труда: безработица низкая, зарплаты растут, но динамика доходов замедляется
Безработица в марте – 2,2% (сезонно скорректированная 2,1%). Номинальная зарплата в феврале (последние данные) – +15,0% г/г (январь уточнён до +15,1%). Реальная зарплата +8,6% г/г.
Рост зарплат остаётся высоким, но темпы реальных доходов населения замедлились. Как отмечал ЦБ, это перегрев рынка труда, который не подкреплён ростом производительности. Доля убыточных предприятий растёт, нагрузка процентных платежей на прибыль – на историческом максимуме.
5. Как это соотносится с нашими предыдущими выводами
Мы уже отмечали, что экономика вошла в рецессию в I квартале: ВВП –1,5% по ИНП РАН. Оценка Минэкономразвития (–0,3%) мягче, но тоже фиксирует падение. Разница в методологии: Минэк использует более оперативные и, возможно, неполные данные. Однако даже по данным министерства промышленность стоит на месте (обрабатывающие –0,7%), строительство –10%, розница выросла, но за счёт разовых факторов (автомобили, лекарства). Инвестиции, по предварительным данным, продолжают снижаться (по ЦМАКП, предложение инвестиционных товаров в феврале 84% от уровня середины 2024).
Что важно для бюджета и ДКП:
• Низкий рост ВВП (или падение) при высокой инфляции (5,7–5,9%) – классическая стагфляция.
• ЦБ держит ставку 14,5%, и мартовские данные по потреблению (+6,2% розницы) – это аргумент против быстрого смягчения. Регулятор будет ждать, является ли этот всплеск устойчивым или он схлынет.
• Выход ОАЭ из ОПЕК и предстоящее падение нефтяных цен делает бюджет ещё более уязвимым. Минфин и так превысил плановый дефицит за I квартал, а при снижении цен дефицит вырастет до 7–8 трлн рублей.
Итог: мартовский отскок не снимает системных проблем
Позитив марта – в потреблении (автомобили, лекарства, одежда) и частичном восстановлении промышленности после провала января–февраля. Однако структурные дисбалансы никуда не делись:
• Строительство в яме (–10% за квартал).
• Инвестиции стагнируют.
• Реальные доходы замедляются.
• Инфляция остаётся выше цели ЦБ.
Минэкономразвития видит «дно» в I квартале и ожидает роста во II квартале за счёт календарного фактора (три дополнительных рабочих дня). Но это технический эффект, а не органический рост.
3. Потребление: мартовский всплеск, за которым пока не видно устойчивости
Самый яркий мартовский показатель – розничная торговля: +6,2% г/г после +2,0% в феврале. Суммарный оборот (розница + платные услуги + общепит) вырос на 5,6% г/г. Платные услуги ускорились до +3,8% г/г.
Что именно выросло?
• Продажи легковых автомобилей – на 42,1% год к году (резкий скачок, но опять же – низкая база марта 2025).
• Лекарственные средства – +14,0%.
• Одежда – +8,8%.
Общепит в марте, по предварительным данным, вырос на 6,8% (в феврале тоже 6,8%, но это замедление с январских 15% – так что тренд не позитивный).
За квартал розница прибавила 3,6% – это существенно выше, чем стагнация в промышленности и инвестициях. Но вопрос: является ли это началом устойчивого восстановления или разовым отскоком после аномально холодного января? ЦБ в своём апрельском релизе по ставке говорил об оживлении в марте, но сохранял осторожность.
Реальные располагаемые доходы за I квартал выросли на 1,5% год к году (после 5,8% в IV квартале 2025). Реальные денежные доходы – +2,6%. Замедление заметное. Рост потребления в марте может быть отчасти профинансирован за счёт сбережений (норма сбережения во вкладах падает) и кредитов (автокредиты ускорились, НПС чуть ожил). Однако с учётом высокой ставки и жёстких макропруденциальных лимитов, кредитный канал остаётся сжатым.
Инфляция в марте 5,86% г/г (февраль 5,91%). На 27 апреля – 5,72%. Тренд на медленное снижение сохраняется. Цены производителей в промышленности падают: –1,8% г/г в марте после –5,2% в феврале. Дефляция в добыче (–18,8%) – следствие укрепления рубля и падения мировых цен в феврале (контракты с лагом).
4. Рынок труда: безработица низкая, зарплаты растут, но динамика доходов замедляется
Безработица в марте – 2,2% (сезонно скорректированная 2,1%). Номинальная зарплата в феврале (последние данные) – +15,0% г/г (январь уточнён до +15,1%). Реальная зарплата +8,6% г/г.
Рост зарплат остаётся высоким, но темпы реальных доходов населения замедлились. Как отмечал ЦБ, это перегрев рынка труда, который не подкреплён ростом производительности. Доля убыточных предприятий растёт, нагрузка процентных платежей на прибыль – на историческом максимуме.
5. Как это соотносится с нашими предыдущими выводами
Мы уже отмечали, что экономика вошла в рецессию в I квартале: ВВП –1,5% по ИНП РАН. Оценка Минэкономразвития (–0,3%) мягче, но тоже фиксирует падение. Разница в методологии: Минэк использует более оперативные и, возможно, неполные данные. Однако даже по данным министерства промышленность стоит на месте (обрабатывающие –0,7%), строительство –10%, розница выросла, но за счёт разовых факторов (автомобили, лекарства). Инвестиции, по предварительным данным, продолжают снижаться (по ЦМАКП, предложение инвестиционных товаров в феврале 84% от уровня середины 2024).
Что важно для бюджета и ДКП:
• Низкий рост ВВП (или падение) при высокой инфляции (5,7–5,9%) – классическая стагфляция.
• ЦБ держит ставку 14,5%, и мартовские данные по потреблению (+6,2% розницы) – это аргумент против быстрого смягчения. Регулятор будет ждать, является ли этот всплеск устойчивым или он схлынет.
• Выход ОАЭ из ОПЕК и предстоящее падение нефтяных цен делает бюджет ещё более уязвимым. Минфин и так превысил плановый дефицит за I квартал, а при снижении цен дефицит вырастет до 7–8 трлн рублей.
Итог: мартовский отскок не снимает системных проблем
Позитив марта – в потреблении (автомобили, лекарства, одежда) и частичном восстановлении промышленности после провала января–февраля. Однако структурные дисбалансы никуда не делись:
• Строительство в яме (–10% за квартал).
• Инвестиции стагнируют.
• Реальные доходы замедляются.
• Инфляция остаётся выше цели ЦБ.
Минэкономразвития видит «дно» в I квартале и ожидает роста во II квартале за счёт календарного фактора (три дополнительных рабочих дня). Но это технический эффект, а не органический рост.
Telegram
Деньги и песец
Мартовский отскок: стабилизация или иллюзия? (1/2)
Минэкономразвития опубликовало оперативную оценку динамики ВВП за март и I квартал 2026 года. Главный сюрприз: в марте ВВП вырос на 1,8% год к году после февральского падения на 1,1%. С исключением сезонности прирост составил 1,4% месяц к месяцу.
Однако по итогам квартала ВВП всё же сократился на 0,3% год к году. Это мягче, чем оценка ИНП РАН (–1,5%), но разница объяснима: Минэк использует собственную модель высокочастотных индикаторов, а ИНП РАН – более широкий набор данных, включая строительство, транспорт, оптовую торговлю. Тем не менее, даже «оптимистичная» версия министерства фиксирует рецессию в первом квартале (пусть и лёгкую).
1. Промышленность: мартовский рывок не отменяет стагнацию
Промпроизводство в марте выросло на 2,3% год к году, обработка - на 3,0%. С исключением сезонности – всего +0,2% и +1,0% соответственно. За квартал промышленность прибавила 0,3%, обрабатывающие производства – минус 0,7%.
Машиностроительный комплекс показал +11,7% г/г в марте, за квартал +5,4%. Однако внутри – всё та же двухскоростная картина: компьютеры и оптика +8,7% в марте (), а автотранспортные средства –2,3% г/г (март) и –10,1% за квартал. Производство легковых автомобилей выросло на 42% в марте, но это эффект низкой базы (год назад были проблемы с компонентами) и разовое оживление спроса, о котором говорила Набиуллина. В целом автоотрасль остаётся в глубоком кризисе.
Металлургия в марте –8,4% г/г, за квартал –10,1%.
Стройматериалы (неметаллическая минеральная продукция) –7,5% в марте, за квартал –10,9%. Падение двузначное – прямое следствие проблем в строительстве.
Химический комплекс +1,9% г/г в марте, фармацевтика +15,9% – рост за счёт госзаказа.
Энергетика +0,1% г/г в марте (зима закончилась, фактор отопления ушёл). Водоснабжение –2,4% г/г.
Промышленность вышла из глубокого февральского минуса, но не более того. Рост сосредоточен в узких бюджетно ориентированных секторах (и плюс разовые факторы). Гражданские производства (металлургия, стройматериалы, деревообработка) продолжают падать двузначно.
2. Строительство и оптовая торговля: кризис остаётся
Строительство в марте сократилось на 1,9% год к году – намного меньше, чем в феврале (–14,0%) и январе (–16,0%). Но за квартал падение составило –10,0%. Минэк объясняет это «погодным фактором» (студёный январь), но даже с учётом календаря – это глубокая рецессия. Ввод жилья, по данным Росстата, в I квартале рухнул на 35% к прошлому году. Восстановление, даже если и начнётся во II квартале (как надеется ЦБ), будет долгим.
Оптовая торговля в марте выросла на 8,0% г/г после нескольких месяцев падения. Но за квартал – всё ещё минус 0,5%. Рост в марте, вероятно, связан с авансовыми закупками перед налоговыми изменениями и частичным восстановлением запасов.
Грузооборот транспорта (без трубопроводного) в марте +1,0% г/г, за квартал –2,9%. Железнодорожные перевозки перешли к росту (+0,8% после –5,7%), но общая картина - стагнационная.
(продолжение)
13 6.9K
Обсуждение 0
Обсуждение не доступно в веб-версии. Чтобы написать комментарий, перейдите в приложение Telegram.
Обсудить в Telegram