«Нефтяное перемирие» США и Ирана: возможные последствия для РФ-экономики

Прогноз ув. @kirillrodionov согласно которому прекращение огня между США и Ираном приведёт к падению цен на нефть ниже $70/барр., имеет под собой основания. Однако для РФ-экономики ключевое значение имеют не только абсолютные уровни цен, но и механизмы бюджетного правила, состояние нефтепереработки и структурные дисбалансы, сложившиеся в 2024–25 годах.

Если перемирие продлится более семи дней, высока вероятность возврата цен на Brent в диапазон $60–70/барр. При заключении двусторонней сделки между США и Ираном, сопровождающейся поэтапным снятием санкций, возможно дополнительное снижение котировок. Восстановление транзита через Ормузский пролив, на котором настаивают Саудовская Аравия, ОАЭ, Ирак, Кувейт, Катар и Китай, создаёт предпосылки для стабилизации рынка. Для РФ-бюджета это будет означать возврат к дефицитному сценарию начала 2026 года

В январе–феврале 2026 года, до иранского конфликта, нефтегазовые доходы РФ сократились на 47% по сравнению с аналогичным периодом 2025 года, а их доля в совокупных доходах упала до 17,3%. Дефицит федерального бюджета за два месяца достиг 3,5 трлн руб., что составило 91% от годового плана. Для его покрытия Минфин начал использовать ликвидную часть ФНБ.
Мартовский скачок цен (Brent выше $100) позволил временно улучшить ситуацию. Однако при возврате цен к $60–70 бюджет вернётся в состояние, сопоставимое с началом года, с той разницей, что резервы ФНБ уже частично израсходованы. По оценкам, при сохранении текущих параметров бюджетного правила и цены отсечения ($59/барр.) ликвидная часть ФНБ (около 4 трлн руб. на начало марта) может быть существенно сокращена к концу 2026 года.

Снижение мировых цен на нефть приведёт к возобновлению продаж валюты из ФНБ в рамках бюджетного правила, что поддержит на рубль. Это, с одной стороны, может способствовать замедлению инфляции, но с другой — ухудшит ценовые позиции РФ-экспортёров и сократит рублёвую выручку бюджета.
При этом ЦБ РФ, продолживший в марте цикл снижения ключевой ставки, может столкнуться с необходимостью пересмотреть свои планы. Если дефицит бюджета сохранится на уровне 3–4% ВВП, а инфляционные ожидания не снизятся, регулятор будет вынужден приостановить смягчение денежно-кредитной политики.

Наиболее значимый фактор неопределённости — возможное снятие эмбарго на экспорт иранской нефти. Выход на рынок дополнительных 1,5–2 млн барр./сутки при торможении глобального спроса на углеводороды способен обесценить действующие ограничения ОПЕК+. Для РФ, являющейся участником соглашения, это означает либо необходимость сокращать собственную добычу для удержания цен, либо терять долю рынка.
Следует учитывать, что возможности РФ быстро наращивать добычу или переработку нефти остаются под вопросом. Внешние ограничения, необходимость внеплановых ремонтов НПЗ и терминалов, а также высокая зависимость от импортного оборудования делают экспортные потоки уязвимыми. Даже при высоких ценах физические объёмы поставок РФ-нефти могут оставаться ниже потенциально возможных.

Что нам c этого? А то, что вне зависимости от того, будет ли нефть дешевой или дорогой, РФ-правительство будет и дальше ужесточать налоговое администрирование, повышать налоговую нагрузку, и в той или иной форме ограничивать потребление, поскольку структурную трансформацию РФ-экономики одними нефетюанями не оплатишь, и раз уж граждане поддерживают идею «страны-фабрики» - они и оплатят ее строительство.