С одной стороны, логика мнений о скорой оставке главы Дагестана Сергея Меликова выглядит безупречно: наводнение, новый федеральный куратор, сжатый формат встречи с президентом, чехарда скандалов. Всё это классический «джентльменский набор» для отставки, и аналогия с Иркутской областью работает на эту версию. Но все таки возможно не стоит торопить события.

Первый и, наверное, самый весомый контраргумент — это временной промежуток. Встреча с президентом в начале марта, о которой пишут как о «лаконичной» и потому подозрительной, на самом деле — событие, которое слишком свежо. Как бы цинично это ни звучало, но личная встреча с Путиным даже в формате «без развёрнутой стенограммы» — это всегда определённый кредит доверия. Решения об отставках редко принимаются спустя три-четыре недели после того, как глава региона сидел напротив президента. Обычно это либо происходит быстро по горячим следам встречи (если разговор был совсем жёстким, как пишут инсайдеры), либо откладывается на месяцы. Тот факт, что Меликов до сих пор на месте, а федеральные телеграм-каналы лишь нагнетают интригу, говорит ровно об обратном: окончательного вердикта нет. Более того, сама возможность обсуждения «выхода наверх», о которой пишут собеседники, — это не маркер увольнения, а маркер торга. А торг возможен только тогда, когда позиции ещё достаточно сильны, чтобы предлагать варианты.

Второе — это подмена понятий, к которой часто прибегают, когда хотят ускорить смену власти. Наводнение — объективный удар стихии, не зависящий от Меликова как управленца. Хозяйственные недочёты, которые подсветила вода, — это правда, но это правда другого порядка. Это наследие десятилетий, а Меликов здесь — антикризисный менеджер, а не генератор данных проблем. Его можно упрекать в том, что он не успел за три года перешить всю инфраструктуру Дагестана, но это абсурдное требование. Москва это прекрасно понимает. Уволить губернатора за потоп — это одно (как в Иркутске, где история была спорной), а уволить его за то, что потоп выявил проблемы, которые не решались до него — это уже политическое решение, которое нужно будет как-то объяснять. Пока что Кремль явно не спешит с объяснениями.

И третье, самое важное. Меликова в информационном поле начали ставить в один ряд с губернаторами приграничных областей — Белгородской и Брянской. Якобы все они в «красной зоне», все на выход. Но здесь кроется методологическая ошибка. Проблемность Белгородчины и Брянщины — это проблема военно-политического характера, вопрос физической безопасности и ежедневных обстрелов. Это внешний контур. Проблемность Дагестана — внутренняя, турбулентная, хроническая. Это коррупция, клановость, террористическое подполье, земельные войны. Эти две модели кризиса требуют принципиально разного подхода к ротациям. В приграничье любая замена губернатора сейчас — это риск потери управляемости в момент, когда ошибка стоит жизней. Там, наоборот, нужны люди, которые знают обстановку, а не новые варяги. В Дагестане же вечная турбулентность — это норма, к ней привыкли, и она не требует мгновенной хирургической реакции. Сравнивать их — значит не понимать природу обеих угроз. Поэтому аргумент «его тоже могут уволить, как тех» не работает. Кого уволили в приграничье за последний год? Никого. Потому что ставки слишком высоки. А в Дагестане ставки другие — и решение по Меликову будет приниматься в совершенно иной логике, нежели просто по аналогии с паводком или сравнением с другими «проблемными» списками.

Так что да, ситуация шаткая, слухи плотные, а куратор в виде Рамазанова — это очень сильный сигнал. Но говорить о том, что отставка — дело решённое, пока рано. Слишком мало времени прошло после встречи с президентом, слишком разный характер у «проблемности» Дагестана и приграничных территорий, и слишком очевидно, что наводнение — лишь катализатор, но не первопричина. Первопричины же, коррупция и архаика, копились десятилетиями, и уволить Меликова именно сейчас было бы нецелесообразно — признавать ошибки накануне большого политического цикла никто не любит.

@matter_of_chance