Авиационные инциденты в России с 10 по 17 марта

Накануне после приземления в Перми КВС Boeing 738 (RA-73307) «Победы», прибывшего из Москвы, сделал запись о подозрении на грубую посадку. Расшифровка показала превышение пороговых значений программы полётных данных.

16 марта после вылета из Диксона у Ми-8АМТ (RA-22476) «ЮТэйр-Вертолётные услуги» произошёл самопроизвольный сброс выпуклого бокового окна со стороны КВС, после чего вертолёт вернулся на площадку вылета.

В тот же день при полёте из Москвы в Питер в кабине экипажа SSJ-100 (RA-89026) «России» высветилось сообщение о повышенной вибрации второго двигателя. КВС уменьшил режим его работы до малой тяги и вернулся в Шереметьево. На послеполётном осмотре обнаружены забоины лопаток вентилятора и соплового аппарата, сквозная трещина по всей ширине звукопоглощающей панели, сквозные повреждения уплотнения и отсутствие обтекателя между 18 и 19 лопатками.

Ещё у одного SSJ-100 (RA-89174) «России» не убрались стойки шасси после взлёта из Питера в Мурманск в понедельник — борт вернулся в аэропорт вылета после выработки топлива.

15 марта в Екатеринбург вынужденно вернулся Airbus A330 RA-73783 «Аэрофлота», вылетевший в Бангкок с деактивированным по MEL клапаном отбора воздуха от второго двигателя, из-за отказа отбора воздуха от работающей вспомогательной силовой установки.

🛩 14 марта после взлёта из Внуково в Шереметьево у CL-600 (RA-67220) «Тулпар» не убралась передняя стойка шасси, экипаж вернулся в аэропорт вылета.

13 марта в Шереметьево на осмотре у прибывшего из Уфы Boeing 738 (RA-73241) «Победы» обнаружили след от столкновения с птицей на нижней части закрылка правого полукрыла с повреждением закрылка в виде вмятины.

В тот же день в 158 км от Пензы на связь с диспетчерами не вышел экипаж SSJ-100 (RA-89192) Red Wings, следовавший из Жуковского в Тбилиси, на многочисленные вызовы по всем каналам связи не отвечал и на команды не реагировал. Связь с бортом удалось восстановить лишь спустя 17 минут. По объяснению экипажа, при полёте в Самарской зоне отмечались перебои в работе двусторонней радиосвязи.

Ещё 13 марта при полёте из Сочи в Новосибирск в кабине экипажа Boeing 738 (RA-73191) «России» сработала сигнализация циркуляции масла через дополнительный контур первого двигателя. КВС решил следовать на запасной аэродром в МинВоды. При выработке топлива эта сигнализация сработала повторно. Экипаж объявил сигнал срочности и произвёл благополучную посадку с задросселированным первым двигателем и с превышением максимального посадочного веса, а в конце пробега выключил эту силовую установку.

12 марта в Хабаровске после посадки A320neo (RA-73820) «Уральских авиалиний», прилетевшего из Екатеринбурга, на пробеге не включился реверс второго двигателя.

11 марта после вылета из Красноярска в Якутск в кабине экипажа A319 (RA-73205) «России» высветилось сообщение об отказе второго контролера системы автоматического регулирования давления, а на 350 эшелоне — сообщение о повышенной высоте в кабине. При этом параметры работы системы наддува кабины не выходили за пределы ограничений. Пилоты выполнили процедуру аварийного снижения до 100 эшелона, использовав аварийное кислородное оборудование для экипажа, и вернулись в аэропорт вылета после выработки топлива. Кислородные маски в салоне не выпадали, жалоб от пассажиров не поступало.

10 марта не включился реверс второго двигателя у Airbus A320 (RA-73401) S7 Airlines после посадки в Иркутске.

В этот же день во время полёта A320 (RA-73760) «Аэрофлота» из Баку в Москву сработала сигнализация низкого давления в насосе голубой гидросистемы. Экипаж продолжил полёт по маршруту и благополучно приземлился.

Также 10 марта во время захода на посадку в Шереметьево у Boeing 738 (RA-73118) «Аэрофлота» из Новокузнецка механизация крыла осталась в убранном положении. На стрелочном индикаторе наблюдалось небольшое рассогласование закрылков. Повторный заход и посадку экипаж выполнил с выпущенными предкрылками и убранными закрылками.