Судебный штраф за ИИ: подробный разбор

Помог Право.ru разобрать хайповый судебный штраф. Арбитражный суд оштрафовал компанию на 50 000 руб. за то, что ее представитель подал кассационную жалобу с выдуманной судебной практикой. Которая, вероятно, была галлюцинацией нейросети.

Ниже режиссерская полная версия комментария:

1/ Почему оштрафовали компанию, а не ее юриста?

Жалобу с несуществующими делами подписал представитель по доверенности, а не гендиректор. Поэтому вопрос резонен. АС Западно-Сибирского округа его предвосхитил и сослался на позицию ВС: сторона обладает процессуальными правами и несет риски использования прав, в том числе в форме штрафа.

Суд мог руководствоваться и политико-правовыми соображениями. Если бы штраф наложили на юриста, то доверитель мог вообще не узнать о санкции, а штраф максимум составил бы 5000 рублей – что не особо чувствительно даже для физлица. Похоже, ключевым для суда было привлечение внимания к проблеме и размер штрафа.

2/ Почему галлюцинации ИИ – это «неуважение» к суду?

Многие эксперты сомневаются, являются ли такие действия именно неуважением. Но термин «неуважение» в контексте судебных штрафов толкуется широко: неявка эксперта или непредоставление документов – тоже неуважение. Поэтому ничего особо удивительного в том, что галлюцинации ИИ признали неуважением, тоже нет.

Тонкий момент в другом. Сейчас представитель, по большому счету, не отвечает за то, что обманывает суд о фактах или приводит нерелевантные ссылки на практику. Подход АС СЗО предполагает имплицитную обязанность давать суду корректную информацию – это ближе к англосаксонской модели. Если этот спор позволит пересмотреть роль представителя в процессе, стоит оценивать скорее позитивно.

3/ Можно ли в принципе использовать ИИ в судебной работе?

Формально представитель не признавался в использовании нейросети. Вывод за него сделал суд – аккуратно, как бы намекая. Из мотивировки следует, что причина не так важна: выдумал ли представитель практику сам, случайно дал нерелевантные реквизиты или поручил все это ИИ – логика та же.

Это стоит помнить, потому что в судах нередко встречаются оппоненты, которые вольно интерпретируют содержание судебных актов или «до кучи» приводят вовсе нерелевантные источники. Определение суда открывает возможность воздействовать на таких представителей. Но оно же требует от юристов быть внимательнее – не только к результатам ИИ, но и к материалам стажеров и младших коллег.

Нет ничего зазорного в использовании ИИ, если юрист:
> не передает конфиденциальную информацию клиента на входе, и
> проверяет результат генерации на выходе.

ИИ ничем не хуже и не лучше поиска в Яндексе или Гугле – там тоже бывают неофициальные мнения и ненадёжные источники. Стандарт качества юриста не должен меняться в зависимости от инструмента. Отвечать будет человек – он субъект права, а не ИИ.

Мама, я люблю запрет пропаганды

Дал комментарий Ведомостям о том, что не так с запретом пропаганды наркотиков в музыке (СМИ говорят об исследовании о том, что править нужно более 40% треков). Основные тезисы – здесь.


Что есть пропаганда наркотиков?

Главная сложность в том, что она определяется через оценочный критерий – «оправданность художественным замыслом». Есть такая оправданность или нет, в случае разбирательства решает эксперт, которому суды обычно доверяют. Вопрос о пропаганде по сути отдаётся на субъективное мнение одного человека. Предсказать его нельзя, поэтому бизнес остается в классической дилемме – либо перестраховаться, либо жить с дамокловым мечом над головой.

NB! Пропагандой считается не только «восхваление» веществ, но и любая информация об их изготовлении, хранении, потреблении. То есть любое упоминание в тексте песни автоматически попадает под закон, если не оправдать это художественным замыслом.


Кодекс Хейса

Закон независимо от художественного замысла запрещает говорить о допустимости или необходимости употребления наркотиков. Это напоминает голливудский «Кодекс Хейса» середины ХХ века: он запрещал показывать преступления, если за ними не следовало наказание или хотя бы моральное осуждение.

Это сильно осложняет упоминание наркотиков в пародиях и попросту в ироничном смысле. Нарушение закона будет зависеть от того, увидел ли конкретный судья или эксперт юмор в сюжете. Вспомним историю с зацензурированной песней Anacondaz «Мама, я люблю» (18+!) на Яндекс.Музыке.


Чего хочет рынок

Конечно, понятных и прозрачных правил. Размытость формулировок приводит к принципу «ваша невиновность – наша недоработка». Гайдлайны с примерами допустимого и недопустимого, составленные в том числе с участием правоохранителей, сняли бы часть вопросов. У ФАС есть удачный опыт таких руководств – вплоть до конкретных примеров законной и незаконной рекламы. Предотвращённые нарушения, впрочем, вряд ли входят в KPI правоохранителей.

Ключевым остается и беспристрастный подход судов. Если судья не будет воспринимать позицию правоохранителей как истину в последней инстанции и услышит другую сторону – это уже серьёзное подспорье для бизнеса.


Что это значит для лейблов и стримингов

Практика была консервативной до поправок. Протоколы составлялись по факту продажи кепок и пряжек с «листом растения, похожего на коноплю». После поправок запрет только ужесточится.

Нужно помнить, что пропагандой считается не только прямое упоминание словами – визуальные образы и жесты тоже в зоне риска. Поэтому заодно стоит пересмотреть чек-листы того, чего не допускать в кадр видеоклипа.

Наблюдение: как называют законы в разных странах?

🇺🇸 Эпично – в US
LEAD Act, CLOUD Act и, конечно, PATRIOT Act.
Маркетинг и патриотизм – он даже в законотворчестве. Зато названия запоминаются.

🇪🇺 Техноаскетично – в ЕС
DSA, DMA, GDPR.
Никакой поэзии в названии. Список законов больше похоже на артикулы Вайлдберриз.

🇷🇺 Загадочно – в РФ
Названия наших законов подчас звучат как заклинания, с примесью интриги и недосказанности. Классический вариант:

«О внесении изменений в Федеральный закон «Об информации, информационных технологиях и о защите информации» и отдельные законодательные акты Российской Федерации»

Поэтому и приходится проявлять творчество. Например, называть ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О противодействии терроризму» и отдельные законодательные акты Российской Федерации в части установления дополнительных мер противодействия терроризму и обеспечения общественной безопасности» проще – «законом Яровой».

Маркетплейсы, хостеры, соцсети и прочие инфопосредники

Завтра в Общественной палате будем на круглом столе обсуждать тему, которая официально звучит так:

Прекращение нарушений интеллектуальных прав с привлечением информационных посредников: баланс интересов и минимизация злоупотреблений

Говоря проще, обсудим, когда инфопосредники должны помогать устранять нарушения на свих площадках, а когда – нет.

Если вам интересно, приходите 16 апреля, в 15:00 на Миусскую 7 в Москве.

Регистрация

На фоне витающих в воздухе идей запретить россиянам использование VPN вангую юридические рекомендации для 2027-го года:

Если вы делаете посты в Telegram, будучи в роуминге, то обязательно сохраните штампы в загранпаспорте о выезде из РФ.

Если вы пропустили вебинар про закон о гос. языке, то обязательно посмотрите на RuTube или YouTube.

Несколько мыслей с нашего вебинара:

Законодатель против филологов

Закон исходит из того, что нормативные словари являются исчерпывающими. Например, в Словаре иностранных слов есть перечень всех слов, которые не имеют аналогов в русском языке.

Но во введении тот же Словарь «признает», что он является кратким и может не включать, например, узкоспециализированные термины, слова-кентавры (SMS-сообщение) и слова в написании латиницей (e-mail).

Налицо противоречие между требованием закона и позицией составителей нормативного словаря, который утвержден Правительством РФ.

Товарный знак – не панацея

Товарный знак – это очевидная лазейка, но вряд ли она сработает в большинстве случаев. Скорее всего, стратегия регистрации знаков принципиально не изменится.

Если вы и раньше не зарегистрировали основной бренд или название ключевого продукта, то стоит это сделать хотя бы из соображений защиты IP. При этом вы не зарегистрируете все иностранные слова на свете и во всех нужных вам классах, особенно на фоне увеличения пошлин. Да и поддержание в силе портфеля IP – это непосильная для многих задача.

Особые сложности – с технической и научной терминологией

Сами потребители привыкли к заимствованным терминам, которых не найти в словарях: даже если вы и переведете «QR» как «двумерный код быстрого ответа», потребитель не поймет о чем идет речь. Та же история и с названиями бактерий в продуктах.

Тем не менее это создает риски привлечения к ответственности.

В качестве защиты здесь потенциально можно ссылаться в том числе на наличие терминов в технических регламентах.

Ответственность зависит от сценария использования языка

В2В-компании обычно рискуют нарушить закон о рекламе, тогда как В2С – еще и законодательство о защите прав потребителей. При этом размеры штрафов могут отличаться в десятки раз в зависимости от вида нарушения.

Стоит собрать сценарии использования языка в продуктах, офлайн-точках, социальных медиа и рекламе, а затем сопоставить их с мерами ответственности, чтобы правильно оценить риск. Не забывайте и про угрозу получения предписания, сроки которого могут оказаться де факто невыполнимыми, если вы не были готовы перестраивать бизнес-процессы.

Про это и многое другое смотрите в полной записи нашего вебинара. Если остались вопросы – пишите в комментариях.

Comply. Соответствуй.

#Comply #IPSeasons #IPмнение

  MAX | YT | RT | LI | Комплайтека

А вот и запись нашего вебинара по обязательным требованиям к русскому языку

⚡ ФАС разрешил рекламироваться в Telegram и на YouTube до конца 2026 года

Если у РКН развито «вебинарное право», то ФАС стремительно развивает «пресс-релизное право».

Вот и новые разъяснения в формате пресс-релиза подоспели:

Очевидно, что хозяйствующим субъектам требуется время для адаптации к новым правилам и переориентированию на другие рекламные каналы. Поэтому в отношении рекламы в Telegram и Youtube необходим переходный период до конца 2026 года, в течение которого меры ответственности за распространение рекламы на таких ресурсах применяться не будут.

Это, конечно, плохо соотносится с тем, как должен работать запрет рекламы на заблокированных ресурсах.

Но лучше так, чем никак – до сих пор все мы ломали голову над тем, а с какого же момента запрет рекламы действует для Telegram и YouTube, нужно ли рвать волосы из-за честно отмаркированной в 2026 году рекламы и т.д.

Продолжаем следить за этими остросюжетными новостями и делами, возбужденными за TG.

Ситуация еще может поменяться в любой момент. И не раз.

В 11:00 НАЧИНАЕМ ВЕБИНАР

Бизнес по-русски: что изменят поправки в законе о языке?

С 1 марта вступили в силу нашумевшие поправки о русификации информации для потребителей. С чем теперь столкнется бизнес? Вопросов много.

Эксперты расскажут:

Что же действительно поменялось в регулировании языка, которому 20+ лет?

В чем подвох нормативных словарей?

Затрагивают ли поправки онлайн-коммуникацию с потребителями?

Как выстроить стратегию переименований, чтобы не свести с ума ваших маркетологов и клиентов?

Что теперь делать с названиями товаров?
Тема особенно важна для B2C, e-commerce, маркетинга и медиа.

Спикеры:

Анастасия Сковпень – юрист в сфере IP & FMCG, член AIPPI, лектор RPPA.

Максим Али – партнер, руководитель практики интеллектуальной собственности Comply.

Прямая ссылка для подключения в 11:00

#Comply #IPSeasons

MAX | YT | RT | LI | Комплайтека

Анекдот дня

BRKNG: Реклама в Telegram всё?

Итак, что случилось:

1/ Есть определение ФАС о возбуждении дела, где служба назвала Telegram запрещенным для рекламы ресурсом. Это тревожное, но и не итоговое решение ФАС. Дальше – хуже.

2/ Пресс-служба ФАС разослала комментарии для СМИ (например, в Российскую Газету), где еще раз подтвердила, что считает рекламу в Telegram незаконной. По словам других СМИ, ФАС назвала среди запрещенки не только Telegram, но и Instagram*, Facebook* и YouTube.

Сейчас действительно нельзя рекламироваться на ресурсах, к которым ограничивается доступ. Только вот речь идет не о фактическом, а о юридическом ограничении доступа. И разница между Instagram* и Telegram здесь колоссальная:

• В первом случае есть конкретное решение суда – правовое основание для ограничения доступа. Информация об ограничении видна в реестре РКН.
• Во втором – такого решения нет, реестр РКН чист (выше скриншот на память, пока актуально), но есть технические сбои.

То есть сам по себе факт замедления сервиса это не то же, что и «ограничение доступа в соответствии с законом». Та же история, к слову, и с YouTube, который изначально замедлялся «всерую», якобы из-за износа серверов.

Да и с какого момента считать Telegram «заблокированным», если у нас нет акта РКН? Со дня замедления? Или ограничения звонков? Или может быть с решения суда 2018 года по делу о ключах шифрования, которое РКН отказался исполнять?

Вопрос не праздный: если вы законопослушный блогер с 10 000 подписчиков, сообщили о себе в РКН и исправно маркируете рекламу, то, по логике ФАСа, возможно, уже давно нарушаете закон (и зря, видимо, платите 3% сбор с маркировки). Вы уже все предоставили для составления протокола на вас.

К счастью, мы пока не видим ни официальных разъяснений, ни решения ФАС или суда по этому вопросу. Это не значит, что такое решение не появится. Но до тех пор у вас остаются какие-то шансы спорить перед комиссией ФАС или в суде.

Другое дело, что изгнание рекламы из Telegram – вполне понятный шаг, чтобы сделать нас счастливыми пользователями одного мессенджера – моего тезки. Поэтому, ввязываясь в рекламные дела в Telegram, нужно не только иметь силы спорить с ФАС во всех инстанциях, но и быть готовыми, что этот спор может закончиться не в вашу пользу.

*Деятельность Meta Platforms Inc. по реализации продуктов Facebook и Instagram запрещена в РФ по основаниям осуществления экстремистской деятельности.

Нежелательный Open Source

Калифорнийский университет в Беркли Минюст признал нежелательной организацией. Что будет с открытым ПО, которое распространяется под лицензиями BSD (Berkley Software Distribution), которая написана в том самом университете? Помог разобраться в этом для Forbes.

Само по себе использование ПО по BSD не должно рассматриваться как нарушение. Но есть нюансы.

Закон запрещает распространять информационные материалы нежелательных организаций и хранить их для целей распространения. В теории текст лицензии BSD могут признать таким информационным материалом – его понимание широко. Например, прокуратура как-то проверяла библиотеку Европейского университета в СПб и сочла запрещенными книги, при издании которых просто «участвовала» нежелательная организация. И да, обратная сила решения о нежелательности не смутила суд – книги были изданы до принятия закона о нежелательных организациях.

Вариант, который напрашивается – удалить тексты лицензий BSD. Но так сделать тоже нельзя, ибо тексты должны прилагаться к файлам с открытым кодом, который используется по лицензии. Иначе мы нарушим саму лицензию и интеллектуальные права разработчиков, которые выложили свой код под BSD. (Забавно, что нарушение авторских прав на код тоже карается УК РФ в худшем случае.)

🪑🪑Такая вот «дилемма Минюста»: либо нарушай закон о нежелательных организациях, либо нарушай права на интеллектуальную собственность.

Спасение можно найти в аргументе, что текст лицензии у вас хранится не для целей распространения. Иногда это так. Но если вы распространяете ПО, или, не дай бог, выкладываете его в открытый репозиторий, то без распространения текста лицензии BSD уже не обойтись.

Конечно, мы рассматриваем ситуацию с позиции скорее абсурдного правоприменения. Наверняка признание университета нежелательным было нацелено не на это. Вряд ли Минюст думал о том, что почти любой ИТ-продукт использует открытый исходный код, и о том, как много компонентов лицензируется по BSD. Тем более Минцифры разрешает использовать лицензии BSD в отечественном ПО, но в тюрьму вас посадит не Минцифры.

По опыту признания экстремистской Meta*, правоприменитель сначала старается сглаживать углы – вспомним оговорку о допустимости использования Facebook* и Instagram* «простыми пользователями». Но тот же пример с Meta* показывает, что в какой-то момент полиция может счесть иконку социальной сети распространением экстремистской символики. Так что от «резиновых» норм закона, к сожалению, никто не застрахован – этим они и вредны.


*Деятельность Meta Platforms Inc. по реализации продуктов Facebook и Instagram запрещена в РФ по основаниям осуществления экстремистской деятельности.

ВЕБИНАР
Бизнес по-русски: что изменят поправки о языке?

С 1 марта вступили в силу нашумевшие поправки о русификации информации для потребителей. Ранее изменения в закон о госязыке затронули рекламу. До сих пор остаются вопросы к переименованию товаров.

На вебинаре вы узнаете:

Что же действительно поменялось в регулировании языка, которому 20+ лет?
В чем подвох нормативных словарей?
Затрагивают ли поправки онлайн-коммуникацию с потребителями?
Как выстроить стратегию переименований, чтобы не свести с ума ваших маркетологов и клиентов?
И что теперь делать с названиями товаров?

Тема особенно важна для В2С, e-commerce, маркетинга и медиа.

Чтобы лучше разобраться, мы пригласили Анастасию Сковпень, которая не понаслышке знает о проблемах FMCG-сектора.

Ждем вас:
13 марта, 11:00
Онлайн

Спикеры:

Анастасия Сковпень, юрист в сфере интеллектуальной собственности с опытом более 12 лет, член AIPPI, лектор RPPA.

Максим Али, партнер, руководитель практики интеллектуальной собственности Comply. Консультант компаний из Fortune-500 и РБК-500, лектор RPPA. Рекомендован Право-300, КоммерсантЪ и Best Lawyers.

Регистрируйтесь по ссылке!

#Comply #IPSeasons

TG | MAX | YT | RT | LI

Русификация всея Рунета

Роспотребнадзор удивил на выходных: он признал сайт в Интернете «общедоступным местом», на который будут распространяться требования о госязыке.

Хотя сайт – это никакое не место, аналогия с физическими местами здесь не работает. По крайней мере, это так с точки зрения юридической терминологии (а если читать иначе, то можно сломать правила о защите интеллектуальной собственности). Это противоречит и подходу Верховного Суда, который не признавал сайты «местом», о чем я как-то писал.

Проблема в том, что ст. 10.1 Закона о защите прав потребителей не то чтобы конкретно описывает информацию, которая должна быть русифицирована, если говорить об Интернете. Так что новый вопрос на повестке – будут ли требования касаться только интернет-магазинов и иже с ними, или Роспотребнадзор пойдет дальше, начнет проверять соцсети и аккаунты в Telegram MAX.

Русификацию мы решили разобрать на вебинаре с прекрасной Анастасией Сковпень («Вычислить по IP») на вебинаре 13 марта. Присоединяйтесь! 👇

Telegram Premium будет под запретом?

Сегодня Российская Газета рассказала всем, что:

Действия руководителя Telegram П. Дурова расследуются в рамках уголовного дела по признакам преступления, предусмотренного ч.1.1 ст. 205.1 (содействие террористической деятельности) УК России.

Вообще вся статья показательна, рекомендую. Среди прочего, в ней – статистика преступлений, которые совершались с помощью Telegram.

Это напомнило позицию прокуратуры в деле о признании деятельности Meta* экстремистской. В ней тоже упор был сделан на плохую модерацию количество нарушений, которые игнорировала платформа. Сколько нарушений может позволить себе платформа с десятками миллионов пользователей – вопрос открытый, но по опыту Meta* он обычно решается не в пользу интернет-бизнеса.

Впору вспомнить другую проблему: оплата услуг Meta* стала после решения суда рискованной, т.к. могла признаваться финансированием экстремизма.

И, если Telegram не заставят забыть уговорами или блокировками, то возможно следующим ходом властей будет криминализация оплаты премиум-подписки. Ведь финансирование терроризма, как и экстремистской деятельности, тоже попадает под УК РФ.

Эксперты по уголовному праву, приходите в комментарии, расскажите, ждать ли нам статьи за использование «телеги»?

*Деятельность Meta Platforms Inc. по реализации продуктов Facebook и Instagram запрещена в РФ по основаниям осуществления экстремистской деятельности.

Возможно, первое решение по рекламе VPN вынесло Вологодское УФАС

Поводом стала реклама VPN в Telegram-канале. Вроде бы ничего интересного – уже с 1 сентября запрещена реклама средств обхода блокировок.

Но есть пара любопытных моментов:

1. Из решения видно, что дело возбуждено по заявлению МВД, а точнее – «Центра Э».
В основном, ФАС возбуждает дела о рекламе по жалобам граждан. Но реклама VPN явно не так беспокоит граждан как микрозаймы или банкротство физлиц. Поэтому паттерн может стать иным и инициативу вполне может подхватить МВД. Посмотрим, отразится ли это на статистике ФАС.

2. ФАС называет рекламой в пресс-релизе «ссылки на VPN-сервисы». Но само по себе упоминание VPN не означает нарушение закона о рекламе. Для состава нарушения нужно показать, что VPN предлагается с целью доступа к запрещенным ресурсам. Очевидно, что на этот аргумент администратор не ссылался – он просто удалил рекламный пост, когда дело дошло до ФАС. Полное отождествление VPN и средств обхода блокировок – плохой знак. Такой подход может убить любые публичные упоминания корпоративных сервисов.