Нежелательный Open Source

Калифорнийский университет в Беркли Минюст признал нежелательной организацией. Что будет с открытым ПО, которое распространяется под лицензиями BSD (Berkley Software Distribution), которая написана в том самом университете? Помог разобраться в этом для Forbes.

Само по себе использование ПО по BSD не должно рассматриваться как нарушение. Но есть нюансы.

Закон запрещает распространять информационные материалы нежелательных организаций и хранить их для целей распространения. В теории текст лицензии BSD могут признать таким информационным материалом – его понимание широко. Например, прокуратура как-то проверяла библиотеку Европейского университета в СПб и сочла запрещенными книги, при издании которых просто «участвовала» нежелательная организация. И да, обратная сила решения о нежелательности не смутила суд – книги были изданы до принятия закона о нежелательных организациях.

Вариант, который напрашивается – удалить тексты лицензий BSD. Но так сделать тоже нельзя, ибо тексты должны прилагаться к файлам с открытым кодом, который используется по лицензии. Иначе мы нарушим саму лицензию и интеллектуальные права разработчиков, которые выложили свой код под BSD. (Забавно, что нарушение авторских прав на код тоже карается УК РФ в худшем случае.)

🪑🪑Такая вот «дилемма Минюста»: либо нарушай закон о нежелательных организациях, либо нарушай права на интеллектуальную собственность.

Спасение можно найти в аргументе, что текст лицензии у вас хранится не для целей распространения. Иногда это так. Но если вы распространяете ПО, или, не дай бог, выкладываете его в открытый репозиторий, то без распространения текста лицензии BSD уже не обойтись.

Конечно, мы рассматриваем ситуацию с позиции скорее абсурдного правоприменения. Наверняка признание университета нежелательным было нацелено не на это. Вряд ли Минюст думал о том, что почти любой ИТ-продукт использует открытый исходный код, и о том, как много компонентов лицензируется по BSD. Тем более Минцифры разрешает использовать лицензии BSD в отечественном ПО, но в тюрьму вас посадит не Минцифры.

По опыту признания экстремистской Meta*, правоприменитель сначала старается сглаживать углы – вспомним оговорку о допустимости использования Facebook* и Instagram* «простыми пользователями». Но тот же пример с Meta* показывает, что в какой-то момент полиция может счесть иконку социальной сети распространением экстремистской символики. Так что от «резиновых» норм закона, к сожалению, никто не застрахован – этим они и вредны.


*Деятельность Meta Platforms Inc. по реализации продуктов Facebook и Instagram запрещена в РФ по основаниям осуществления экстремистской деятельности.