Конфликт между крупнейшими банками и маркетплейсами вокруг скидок и программ лояльности вышел далеко за пределы спора о платежах. По словам eCommerce-эксперта Алексея Петровского, эмоциональный тон открытого письма Татьяны Ким скрывает суть происходящего: речь идёт не о "защите малого бизнеса" и не о маркетинговых акциях, а о столкновении двух несопоставимых по регулированию и рискам моделей. Эксперт выкатил ряд программных текстов с полным разбором ситуации.

?Не "скидка", а "штраф"
По мнению Петровского, ключевая манипуляция - представление комиссии как "скидки". В реальности это surcharge: базовая цена действует только при оплате кошельком маркетплейса, а плата картами банков фактически становится финансовым штрафом. На этом фоне возникает регуляторный арбитраж: банки несут тяжёлые требования по резервам, комплаенсу и кибербезопасности, тогда как финтех маркетплейсов работает в режиме "лайт-надзора", что делает конкуренцию объективно неравной.

Добавим, что на эту же тему очень хорошо сегодня написал основатель DNS Дмитрий Алексеев.

"Скидкой это было бы, если на витрине были цены без скидки, а потом вас ждал бы сюрприз за оплату через спецкарту. Так что никаких скидок: просто, если не платить через дочерний банк, то вас ждет неприятный финансовый сюрприз. Но как обычно маркетплейсы пользуются уловками, чтобы выдать это за скидку".

?Данные как "новая нефть"
Второй пласт конфликта - доступ к данным. Банки видят лишь факт списания, тогда как маркетплейсы обладают поведенческими профилями клиентов и полной картиной выручки селлеров в реальном времени. Это позволяет WB выдавать кредиты без риска, автоматически удерживая выплаты из оборота, в то время как классическое банковское кредитование малого бизнеса стремительно теряет позиции.

?Как маркетплейсы превратили налоги в способ заработка
Отдельная тема - "налоговый миксер". Маркетплейсы перераспределяют колоссальный потребительский поток на миллионы мелких ИП и самозанятых, работающих по упрощённым режимам. Разница между ставками УСН и НДС превращается в часть экономической модели платформы, обеспечивая низкие цены и демпинг, но одновременно создавая выпадающие доходы бюджета, о которых банки говорят открытым текстом.

Механизмы принуждения
Петровский констатирует: сейчас селлеры находятся в кабальной зависимости от маркетплейсов. При этом ключевой рычаг принуждения - не финтех, а логистика и реклама. Вертикально интегрированная сеть складов, ПВЗ и доставки превращается в механизм давления: селлеры и покупатели фактически вынуждены пользоваться внутренними сервисами и кошельками, чтобы не оказаться в менее выгодных условиях. Логистика становится инструментом принуждения, который банки, не имея собственной инфраструктуры, не могут зеркально воспроизвести.

Параллельно WB ввел, фактически, скрытный частный налог на доступ к полке через рекламные инструменты. Алгоритмы ранжирования переписаны так, что без платного буста ("Автореклама", "Аукцион") ваш товар просто не увидят.

Всё это приводит к тому, что маркетплейс стал такой "вещью в себе". Платформа контролирует товар, клиента, платеж и канал коммуникации, фактически создавая экосистему, в которую сторонние банки не имеют доступа.

Чем сердце успокоится.
В 2026 году рынок, вероятно, войдёт в фазу регуляторного выравнивания. Государство всё громче сигнализирует о необходимости закрыть налоговые арбитражи, повысить требования к финтех-структурам маркетплейсов и сделать условия конкуренции более симметричными. Кто заплатит за эту битву? Петровский считает, что итоговый счёт ляжет на рынок: исчезновение субсидируемых скидок, рост цен и постепенное обеление eСommerce станут неизбежными спутниками перехода к новой модели регулирования.

@antiecom