Хорошая новость и тревожный знак одновременно.

Замминистра обороны Алексей Криворучко объявил: к 2030-му МО сократит срок внедрения инноваций до 2–6 месяцев в рамках «Воентеха». Прозвучало правильно. Но сама формула «к 2030 году» в условиях идущей войны — уже диагноз. Война должна ускорять, а мы обещаем разогнаться потом.

Сунь-цзы писал: «Скорость — душа войны». Суворов добавлял: «Глазомер, быстрота, натиск». И если перевести это с классического на бюрократический — в бою побеждает тот, у кого короткий контур и быстрое принятие решений: идея ? прототип ? фронтовой тест ? доработка ? серия. Сегодня этот контур обязан укладываться в недели, а не «к 2030-му».

Что происходит у других

Украина. Настоящая «военная акселерация»: стартап-подход, фронт как постоянный полигон, обратная связь от подразделений каждые 1–2 недели. Платформа BRAVE1 и «Армия дронов» превратили сотни мелких команд в отрасль. По оценкам - 1500+ компаний по беспилотной тематике, сотни грантов, быстрые итерации. Это не слайды, это реальный ритм — «версия на фронте через дни».

Украина параллельно собирает «цифровыми данными поля боя»: миллионы часов видео, телеметрия, кейсы для обучения ИИ — это валюта для союзников и ускоритель собственных продуктов. Ведь кто быстрее учится — тот дольше живёт.

НАТО/США. Альянс долго был медленным мамонтом, но после Украины запустил Rapid Adoption Action Plan (RAAP) и усилил DIANA — связку акселераторов, тест-центров и ранних закупок дуального софта/железа. Цель — переводить перспективные решения в войска уже в горизонте месяцев, а не лет. Параллельно США через Defense Innovation Unit расширяют «быстрые тропинки» закупок (CSO/OTA), где прототипы доводятся до войск за 60–90 дней, а «Replicator» ставит планку — тысячи автономных систем за 18–24 месяца. Это всё ещё не стартап-скорость, но инерция ломается.

Китай. Ставка на военно-гражданскую интеграцию: когда гражданские технологии, компоненты и кадры вшиты в оборону по умолчанию. Механизм — госрегламенты, фонды и приоритеты, позволяющие переносить гражданские решения в войска без межведомственных лабиринтов. Итог — цикл «копия ? улучшение ? тираж» укладывается в месяцы–кварталы, особенно в дешёвых массовых классах (БПЛА, РЭБ, обнаружение).

СССР (военное время). Историческая норма — «упростить и в серию». Т-34, «Катюша», ППШ — символы не только качества, но и скорости организационной перестройки: постоянное удешевление, стандартизация, перевод мощностей, массовый выпуск и модернизация «на ходу». Мы побеждали не «идеальными ТТХ», а темпом и тиражом.

Где мы буксуем

У России есть всё для быстрого контура — конструкторские школы, инициативные производители, фронтовая обратная связь. Этого уже довольно, чтобы обновлять дроны, РЭБ, маскировку, софт каждые 2–8 недель. Но «сверху» нас держат мирные рельсы: многомесячный ГОЗ-процесс, централизация без права ошибаться, допуски и «вечные» госиспытания даже для классов изделий, где риск управляем и цена ошибки — копейки.

Новость про «2–6 месяцев к 2030» хороша тем, что признаёт проблему и обещает путь «Воентеха» для трансфера гражданки в войска. Плоха тем, что привязывает войну к календарю, а не календарь к войне. Решение нужно не через пять лет, а сейчас, «в боевом контуре».

Пробуксовка на уровне командиров на фронте. До сих пор часть командиров считают, что правильней давить батальонами, не считаясь с потерями, а не создавать лаборатории - связи, РЭБ, БПЛА. Надо сменить оценку командира с "раз много потерь, значит - герои чески воюет" на умение внедрять инновации и сокращать потери.

Далее - управленческие рекомендации, которые можно внедрять очень быстро. По сути, это проектный менеджмент для военных нужд. Но проблема, как всегда, не в возможностях технических и технологических, а в желании брать ответственность управленцев на себя. У нас сегодня в МО больше наблюдается желание скинуть ответственность. Вот и про 2030 год больше похоже на сказку про то, как Хаджа Насреддин ишака учил богословию.

Короче - все возможно здесь и сейчас, вопрос только в желании. Общие шаги читайте далее...

Думай с Роман Алехин