Тезис руководства Центробанка, что бюджетные расходы однозначно и повсеместно влияют на инфляцию, может быть пересмотрен. Во всяком случае, требует существенной дифференциации. Тезис работает только для 15 проблемных регионов России, но не работает для 70 регионов, где живёт основная масса населения и формируется основное потребление. Инфляционные всплески в дотационных регионах не должны влиять на общефедеральную денежно-кредитную политику.

Такие выводы содержатся в докладе подготовленном Максимом Габовым, экономистом отделения по Пермскому краю Уральского главка ЦБ. Габов пришёл к выводу, что стимулирующая бюджетная политика ускоряет инфляцию только в регионах с хронически высоким структурным дефицитом бюджета. Для регионов с нейтральной бюджетной позицией такой эффект отсутствует!

Габов предлагает альтернативную методику оценки регионального бюджетного импульса, основанную на сравнении фактического дефицита консолидированного бюджета региона по собственным средствам с его нейтральным уровнем, рассчитанным как медианное значение за период макроэкономической стабильности 2017–2019 гг.

Габов разделил регионы на три кластера.

Кластер первый (11 регионов) характеризуется хроническим дефицитом от –227% до –92% (Северный Кавказ, Бурятия, Калмыкия, Камчатка).

Кластер второй — регионы с нейтральной бюджетной позицией. 70 регионов, у которых структурный дефицит/профицит консолидированного бюджета по собственным средствам находится в диапазоне от -68% до +5%.

Кластер третий (четыре региона) — экстремальный дефицит (Чечня –467,9%, Ингушетия –421,3%, Тыва –251,7%, Севастополь –90,1%).

Второй кластер формирует около 94% потребительской корзины страны (вес в ИПЦ). Сюда входят все крупнейшие экономические центры — Москва, Петербург, Московская область, Краснодарский край, Татарстан, Свердловская, Челябинская, Самарская области, нефтегазовые округа и т.д.

Анализ весов регионов в потребительской корзине страны показывает, что совокупный вклад первого и третьего кластеров в общероссийскую инфляцию составляет около 6% (4,2% для первого кластера и 1,8% для третьего).

Следовательно, даже значительное локальное инфляционное давление в проблемных регионах не оказывает существенного влияния на общестрановую динамику цен. ЦБ при принятии решений по ключевой ставке целесообразно ориентироваться на динамику цен в регионах второго кластера.

Габов также исследует роль структуры бюджетных расходов. В регионах с повышенной долей социальных расходов (зарплата госслужащих, соцвыплаты, трансферты) влияние бюджетного импульса на инфляцию оказывается более выраженным. При этом в наиболее строгой спецификации с двунаправленными эффектами значимость взаимодействия исчезает, а прямой эффект сохраняет значимость. Это позволяет заключить, что структура расходов играет роль, но её влияние вторично по отношению к общим макроэкономическим условиям и уступает фактору бюджетной позиции.

Габов рекомендует региональным властям пересмотреть приоритеты бюджетной политики в сторону увеличения инвестиционной составляющей, даже ценой временного сокращения текущих расходов. В регионах с хронически высоким структурным дефицитом наблюдается системная проблема: высокий структурный дефицит сочетается с повышенной долей социальных расходов (в отдельных случаях — до 58% бюджета) и низкой долей капвложений. Такая структура расходов консервирует зависимость от федеральных трансфертов и ограничивает потенциал экономического роста.

Федеральному центру при распределении дотаций на выравнивание бюджетной обеспеченности целесообразно стимулировать регионы к повышению доли капитальных затрат, например, через механизмы условных трансфертов.

Мобилизационная экономика