Номинация — это не просто изобретение имени. Это конструирование мифа и мира, да не даст мне соврать Лосев или Лотман. Называя, создаёшь реальность. Но иногда лучше быть адекватнее.

Воистину, домашние животные — это главные заложники бурной фантазии человека. Им веками придумывают самые изысканные и монструозные имена, за которые ушлым хозяевам все равно ничего не будет. У Мерилин Монро была не то кошка, не то собака по имени Мафия. Но это даже банальность. Таксу Даниила Хармса звали ярко и лаконично — Чти Память Дня Сражения При Фермопилах.

Если детей называть всякими нелепыми именами уже нельзя (законодательство, кажется, восстало против всяких Ш-5648 и иже с ними), то животные вроде бы по-прежнему не защищены от лингвоэкспериментов. Минюст должен немедленно издать какой-нибудь очередной циркуляр по этому поводу!

А три дня назад я лично видел собаку по имени Адам. Шел и давился от смеха, пока женщина вела с ним долгий диалог возле Вкусвилла.

Интересно, не является ли это оскорблением чувств верующих?😁

По следам вчерашнего вечера

Провели вечер поэзии Юрия Левитанского. Собралась нишевая, камерная аудитория — как раз та, которая нужна. В общем-то, это поэт для микромиров, а не для трибун — поэтому я очень рад, что вышло именно так!

«Хованщина» Мусоргского в редакции Дмитрия Шостаковича — опера о переломной исторической эпохе, в которой изменение государственного уклада становится частью более глубокого духовного и культурного кризиса.

В постановке Александра Тителя исторический материал не сводится к реконструкции прошлого. Сценическое пространство выстроено как обобщённый образ страны — дома, избы, амбара, мира, внутри которого сосуществуют и противоборствуют разные силы времени.

Особое значение в спектакле приобретает хор. В «Хованщине» он становится не только участником массовых сцен, но и самостоятельным действующим лицом — голосом народа, свидетелем и носителем исторической памяти.

В этой интерпретации опера звучит как размышление о трагедии исторического выбора, где судьба отдельного человека неотделима от судьбы страны.

Следующий показ оперы «Хованщина» состоится 3 июня. За дирижерским пультом — Тимур Зангиев.

Билеты по ссылке

Историософское, примиряющее

Как бы мы ни страдали
От чиновничьих схем,
Говорят, при Стендале
Было хуже раз в семь.
Как бы мы ни боролись
За гуманную жизнь,
Знайте, что при Нероне
Был похуже режим.
Как бы мы ни стенали
Об истлевших рублях —
Говорят, нестинарам
Тяжелей на углях.

В общем, зря вы разнылись,
Как вас мир запытал.
Ваша миссия ныне —
Строить «их» капитал.
Ну а ежели в череп
Не вмещается быт —
Знай, что раньше, в пещере,
Был бы камнем убит.

2026

Меня до сих пор спрашивают по нескольку раз в месяц: почему, мол, не остался преподавать в МГУ? И вообще: почему не преподаешь в вузе? А зачем защищал кандидатскую? А зачем тогда аспирантура?

Для меня эти вопросы — максимально раздражающие и болезненные. Нет ни малейшей вины тех, кто их задаёт. Но с вузом случилась личная драма, причем это очень точное определение (лишнего пафоса я и сам не люблю).

Да, желание преподавать было моей целью. Да, я мучительно расставался с этой целью под давлением самых разных личных обстоятельств. Да, полгода назад мне пришлось пересмотреть свое отношение к целям и планам — на ближайший период уж точно.

Этические соображения мешают рассказать всю суть истории, да и вряд ли она кому-то интересна. Но могу вкратце обрисовать, что меня глобально не устраивает (и подозреваю, что не меня одного).

1. Унизительные условия оплаты труда. Не знаю, какие условия предлагают другим кандидатам наук (в академическом мире все устроено максимально причудливо!), но мне озвучивали цифры, которые совместимы разве что с физическим выживанием — при условии, если научный сотрудник ведет образ жизни Блаженного Августина. Я могу быть каким угодно идеалистом (и был им до известной степени), но всему есть предел.

2. Двойные стандарты, а также скандалы, интриги и расследования. Есть в каждом коллективе, но в гуманитарной науке этого византийства прямо избыток. Впрочем, скандалы — дело привычное, их легко игнорировать. А вот двойные стандарты — нет, это со мной практиковать не получается.

3. Ряд странных условностей. Например, возможность устраиваться только на четверть ставки (то есть почти за бесплатно) и только на условиях основной работы с записью в трудовой книжке. Как вы понимаете, это уже весьма кафкианское предложение, достойное лучших образцов мировой литературы. Но не буду абсолютизировать свой опыт; повторюсь, что у всех он строго индивидуален!

Значит ли все это, что я возненавидел систему высшего образования? Нет, разумеется. Значит ли это, что я пересмотрел свое отношение к МГУ и к своему факультету? Тоже нет. Для меня Университет — это люди, это уникальная среда, это особая атмосфера, которой я очень многим обязан. В конце концов, это то, что меня сформировало.

Я принял крайне непростое, но единственно возможное решение. Пойду ли я однажды преподавать на других условиях и в других обстоятельствах? Наверняка. Причем буду готов на определенные жертвы. (Готовность к ним я и так уже демонстрировал).

P.S. Анализируя свои же мысли по поводу образовательных активностей, я пришел к выводу, что нерегулярные открытые лекции — частичная компенсация того, что было бы у меня в вузе (в эмоциональном плане). Конечно, это совершенно другой жанр, но и он имеет для меня большое значение.

(даёшь воскресные опросы)

Говорят, рабочую версию нового сериала о Лиле Брик уже представили на суд божий узкому кругу зрителей в одном из столичных кинотеатров. Если удастся посмотреть эту работу, я, конечно, посмотрю. Нельзя адепту русского футуризма игнорировать подобное!

Выражаю при этом надежду, что в сериале будут не только сплетни и секс, но и поэзия, и история. Кстати, давнишний сериал «Маяковский. Два дня» почти справился с этой задачей — несмотря на всю его кустарность.

Серебряный век — это не только «дыша духами и туманами». Это — иногда! — очень горькие и острые высказывания о важном.
Спасибо эфиру тов. Реми Майснера, который напомнил об этом стихотворении.


— Каменщик, каменщик, в фартуке белом,
Что ты там строишь? кому?
— Эй не мешай нам, мы заняты делом
Строим мы, строим тюрьму.

— Каменщик, каменщик, с верной лопатой,
Кто же в ней будет рыдать?
— Верно, не ты и не брат твой богатый.
Незачем вам воровать.

— Каменщик, каменщик, долгие ночи
Кто ж проведёт в ней без сна?
— Может быть сын мой, такой же рабочий.
Тем наша доля полна.

Каменщик, каменщик, вспомнит пожалуй
Тех он, кто нёс кирпичи!
— Эй берегись! под лесами не балуй…
Знаем всё сами, молчи!

В. Брюсов, 1903

Друзья, приглашаем на новый творческий вечер из цикла «Жизнь / Стихи». Он посвящён автору, которого вспоминают не так часто, как других классиков.

Юрий Левитанский — поэт, творивший удивительные кинематографичные миры. Мастер пародий, тонкой лирики и настоящий исследователь Жизни.

Стихи прочтет Антон Дё, а о судьбе литератора расскажет Алексей Бодяшкин.

Антон Дё – поэт, чтец, актёр.

Алексей Бодяшкин – поэт, журналист, член Союза литераторов России.

30 мая, суббота
19:00

Вход – 1000 рублей

Ссылка на оплату
https://anton-de.timepad.ru/event/3985179/

Билет можно оплатить на входе.

Клуб «Александр», Нащокинский переулок 14

Подписывайтесь на наши ресурсы в Телеграме:

@prostoantonde
@variacii

...дальше продолженье в том же духе:
Муха — дома; мы — в гостях у Мухи.

(Л.Ф. троллит Ю.Л.)

Приходите, если фамилия «Левитанский» о чем-то вам говорит. Если не говорит — тоже приходите, разумеется📚

Филологический удар ниже пояса: недавно снова наткнулся на такие формы слов, как «Рахманиного» и «вишнегого».

И немедленно выпил сидра. Но этого, увы, недостаточно, чтобы забыться.

Феномен десятилетия: у Сергея Безрукова во время интервью внезапно проснулось классовое сознание.

upd:...

а, нет, не проснулось. У нас сословия)

Готовясь к фестивалю «НАТЕ!» и к другим ближайшим мероприятиям, я как-то пропустил 100-летие Дэвида Аттенборо, на фильмах которого вырос.

Этот ученый и телеведущий побывал, похоже, на всех континентах и островах, снимая документальные проекты. Мне особенно дорог его цикл «Жизнь в микромире», поскольку лет с 7 и до 16 насекомые захватывали меня больше, чем кто-либо другой из живых существ. Аттенборо — настоящий подвижник (такой же, как наш Николай Дроздов) и один из последних реликтовых гуманистов, для которых спасение планеты всегда на первом плане (и от его предостережений уже не отмахнуться, как от какой-нибудь Греты Тунберг).

В честь дня рождения сэра Дэвида Аттенборо я хочу пожелать нашим компаниям адекватно дублировать его фильмы и не скупиться на хороших консультантов с профильным образованием. Я вот ни разу не биолог, но хорошо помню, как в первой или второй серии «Жизни в микромире» рассказывали про каких-то «стрекоз-веснянок». Что это за монстр, не пояснили, а зря. На экране были не стрекозы и не веснянки, а подёнки (mayflies), изрядно покалеченные этим кустарным переводом. Конечно, зритель таких мелочей не замечает, но даже энтомолог-любитель поморщится и сплюнет. А Колумб Аттенборо ни в чем не виноват.

Но это детали, конечно. Всем рекомендую посмотреть (пересмотреть) любой из фильмов Аттенборо и сделать этот май более научным!

Кстати, с днем Радио всех причастных!