Толкователь
@tolk_tolk
Интересный разговор про нормализацию. Сегодня прочитал интервью политолога Гращенкова, в котором, по сути, он очень верно задал общую рамку нормализации, как автор этого понятия в современном российском политическом контексте. Я уже писал о том, что российское общество очень хочет возвращения к нормализации. Об этом свидетельствуют и исследования социологов, причем не только приведенной ЦСП «Платформа», но и, если вчитаться, ФОМ (рост тревоги), ВЦИОМ (рейтинги партий и власти).
Но для себя выделил несколько основных и вероятно спорных тезисов. По Гращенкову нормализация – это не возвращение в прошлое, в какое-то условное «до», так как историю невозможно отмотать назад. Это возвращение государства и общества к норме, которая уже описана в Конституции: права граждан, защита собственности, презумпция невиновности, рыночная экономика, свобода частной жизни и предсказуемость решений власти. То есть нормализоваться должны не граждане, привыкая к ухудшению жизни, а государственные институты.
Гращенков разделяет две возможные «нормализации». Первая – возвращение государства к собственным законам и обязанностям. Вторая – принуждение общества считать нормальными падение доходов, дефицит, ограничения, изоляцию и постоянную тревогу. Но второй вариант – это не нормализация, а нормирование ухудшения.
Ещё один важный момент, что запрос на нормализацию не является исключительно либеральным или оппозиционным. Это базовый запрос большинства на безопасность, понятные правила и возможность строить планы. Предприниматель хочет понимать, что его бизнес завтра не запретят. Семья хочет знать, что сможет дать образование детям. Работник хочет получать зарплату, пенсионер пенсию. Даже чиновнику нужны устойчивые правила, чтобы понимать границы своей ответственности. Поэтому, тут соглашусь, что социальная база нормализации очень широка. Это не столько горожане и условный средний класс, предприниматели, но и бюджетники, молодёжь, часть элит, даже военные.
Отдельная часть концепции – психологическое здоровье общества. Человек не может бесконечно жить в состоянии мобилизации. Постоянная тревога постепенно превращается либо в апатию, либо в агрессию. Исчезает горизонт планирования. Да, внешне такое общество может казаться мобилизованным, но внутренне оно становится слабее. Поэтому нормализация – это условие устойчивости государства.
Полноценная программа нормализации, действительно, должна пройти несколько этапов. Психологическое успокоение, восстановление правовых гарантий, защита экономики и предпринимательства, возвращение содержания политическим институтам и постепенное снижение внешней конфронтации там, где это возможно.
Но для себя выделил несколько основных и вероятно спорных тезисов. По Гращенкову нормализация – это не возвращение в прошлое, в какое-то условное «до», так как историю невозможно отмотать назад. Это возвращение государства и общества к норме, которая уже описана в Конституции: права граждан, защита собственности, презумпция невиновности, рыночная экономика, свобода частной жизни и предсказуемость решений власти. То есть нормализоваться должны не граждане, привыкая к ухудшению жизни, а государственные институты.
Гращенков разделяет две возможные «нормализации». Первая – возвращение государства к собственным законам и обязанностям. Вторая – принуждение общества считать нормальными падение доходов, дефицит, ограничения, изоляцию и постоянную тревогу. Но второй вариант – это не нормализация, а нормирование ухудшения.
Ещё один важный момент, что запрос на нормализацию не является исключительно либеральным или оппозиционным. Это базовый запрос большинства на безопасность, понятные правила и возможность строить планы. Предприниматель хочет понимать, что его бизнес завтра не запретят. Семья хочет знать, что сможет дать образование детям. Работник хочет получать зарплату, пенсионер пенсию. Даже чиновнику нужны устойчивые правила, чтобы понимать границы своей ответственности. Поэтому, тут соглашусь, что социальная база нормализации очень широка. Это не столько горожане и условный средний класс, предприниматели, но и бюджетники, молодёжь, часть элит, даже военные.
Отдельная часть концепции – психологическое здоровье общества. Человек не может бесконечно жить в состоянии мобилизации. Постоянная тревога постепенно превращается либо в апатию, либо в агрессию. Исчезает горизонт планирования. Да, внешне такое общество может казаться мобилизованным, но внутренне оно становится слабее. Поэтому нормализация – это условие устойчивости государства.
Полноценная программа нормализации, действительно, должна пройти несколько этапов. Психологическое успокоение, восстановление правовых гарантий, защита экономики и предпринимательства, возвращение содержания политическим институтам и постепенное снижение внешней конфронтации там, где это возможно.
Telegram
The Гращенков
Нормализация: вернуть хорошее в разряд обычного. Дал большое интервью РИА «Новый День» о нормализации - политическом запросе, который начал формироваться еще в 2022 году, а сегодня становится все более очевидным.
Нормализация - это не попытка вернуться в прошлое и сделать вид, будто ничего не произошло. Историю невозможно отмотать назад. Но можно и нужно вернуться к норме, которая уже описана в Конституции России: права граждан, защита собственности, рыночная экономика, работающий закон и предсказуемость государственных решений.
Общество не способно бесконечно жить в состоянии чрезвычайности. Мобилизационная риторика может на какое-то время заставить людей отложить личные планы и согласиться с ограничениями. Но затем накапливаются усталость, тревога и раздражение. Вместо развития государство начинает заниматься контролем, вместо решения проблем - поиском виноватых, а вместо конкуренции идей возникает конкуренция в радикальности.
Поэтому нормализация нужна не только экономике или политической системе. Она нужна для сохранения здоровья общества. Человек имеет право заниматься семьей, работой, бизнесом, образованием детей и собственным будущим. Желание жить спокойно - не слабость и не недостаток патриотизма. Именно нормальная частная жизнь создает сильную страну.
Важно не перепутать нормализацию с так называемой «новой нормальностью», когда людям предлагают привыкнуть к росту цен, запретам, изоляции, страху и снижению качества жизни. Это не нормализация, а нормирование ухудшения.
Настоящая нормализация означает, что не гражданин должен привыкать к плохому, а государство должно возвращаться к собственным законам и обязанностям.
У этой программы есть несколько уровней: психологическое успокоение, снижение агрессивности публичной риторики, прекращение запретительной инфляции, восстановление правовых гарантий, защита предпринимательства, стабильность правил, возвращение содержания выборам и местному самоуправлению, постепенное снижение внешней конфронтации там, где это возможно без отказа от национальных интересов.
Сильное государство - не то, которое постоянно держит своих граждан в напряжении. Сильное государство умеет защищать суверенитет и одновременно обеспечивать нормальную жизнь внутри страны. Политическое преимущество в ближайшие годы получит тот, кто сможет перевести простое человеческое желание жить нормально в понятную программу действий. Сегодня ближе других к этой повестке подошли «Новые люди», которые говорят о здравом смысле, рынке, цифровых правах, защите частной жизни и отказе от избыточных запретов.
Главный смысл нормализации прост: вернуть хорошее в разряд обычного. Нормой должны быть не страх, произвол и отсутствие будущего, а права, работающие институты и возможность спокойно строить свою жизнь. Нормализация нужна, чтобы страна сохранила людей - здоровыми, разумными, деятельными и способными думать о будущем.
💯 310
❤ 89
👍 81
😭 14
👀 9
😱 3
🔥 2
🤔 2
🆒 2
229 74.8K
Обсуждение 0
Обсуждение не доступно в веб-версии. Чтобы написать комментарий, перейдите в приложение Telegram.
Обсудить в Telegram