Вхождение в кампанию ГД-2026 будет непростым, как для власти, так и для оппозиции. Если ЕР впервые сталкивается с целым ворохом проблем, которые фактически табуированы для парламентской критики (от роста цен на ЖКХ до блокировки Телеграм), то оппозиция хоть и получает фору для критики, но практически не имеет каналов для ее озвучивания. Госмедиа недоступны для продвижения нарративов, публичные мероприятия фактически запрещены из-за бушующего с 2020 года короновируса, а независимые медиа – либо запрещены как Инста и Мета, либо сильно просели в аудитории, как Ютуб. Телега оставалась одним из немногих средств коммуникации, но и по ней был нанесен удар.

Фактически, недовольство людей стремительно утрачивает каналы для канализации. На фоне тревожных настроений (усталость от неопределенности по украинским переговорам, атаки беспилотников, инфляция и безработица), дополнительные раздражители могут стать не просто песчинками в механизме власти, а гипертрофированными булыжниками. И здесь возможны три сценария реакции. Во-первых, игнорирование проблемы и отказ от любых действий, чтобы общество «переболело и организм сам справился». Второй сценарий – ответная эскалация, которая обычно более применима в внешнеполитическому контуру, но иногда реализуется и как часть внутренней политики. Третий сценарий – радикальная перезагрузка, вплоть до возможной отставки правительства, для снятия негатива.

В этой связи, ожидается скорее отложенный старт активной фазы избирательной кампании. Так как неопределённость в подходах будет сохраняться минимум до середины весны, после чего может быть принято решение относительно движения на развилке. Кстати, во многом он может быть завязан и на внешнеполитический трек, ведь ключом к фону избирательной кампании остается нерешенный вопрос мирный соглашений по Украине. Если они не будут достигнуты, то важным элементом сценария станет вопрос экономической выживаемости. И как следствие – принятие неприятных решений до старта кампании или после нее.

И такая непростая ситуация складывается накануне старта кампании, в которой еще возможно появление «черных лебедей» и прочих «джокеров», способных кардинальной изменить ее ход. В условиях столь высокой неопределённости политические партии испытывают явную фрустрацию и стараются отложить любую активность на как можно на более поздние сроки. Во-первых, экономят ресурсы, а во-вторых, стараются войти в кампанию, когда будет наименьшее число неизвестных. Но такой подход обнажает скудность политического пространства, которому в кои-то веки нужна реальная политика, а не ее имитация. Ведь накопленное недовольство может не найти выхода и сможет ли проблема рассосаться сама собой – большой вопрос.