Вице-премьер Новак поручил Минэнерго подготовить постановление о полном запрете экспорта российского бензина с 1 апреля.

В сентябре 2025 года власти уже вводили временный запрет — его дважды продлевали, но в конце января этого года сняли для крупных производителей топлива. Трейдерам, нефтебазам и мелким НПЗ (производство менее 1 млн т в год) ограничения остались.

Теперь и гигантов притормозят — на четыре месяца, как ожидается. Поставки в ЕАЭС, согласованные ранее, обычно сохраняются в таком случае без изменений.

Конечно, круто, что правительство в итоге среагировало на скачок бензиновых цен в опте на 14% с начала марта. И на АЗС ведь тоже подорожало: за неделю с 16 по 23 марта +0,36%, до 66,55 рубля/литр.

Но почему все равно так долго? Разве нельзя было предвидеть топливный кризис в мире из-за ближневосточного конфликта? Зачем-то ждем, пока цены у нас на бензин вырастут.

Нужно действовать превентивно, а не реактивно.

Кстати, Россия не одна вводит ограничения. С 12 марта КНР ввела эмбарго на экспорт бензина, но не только: под запрет попали также дизель и авиатопливо. Ограничения есть у Таиланда, Южной Кореи и Сербии.

Индия подняла экспортные пошлины и снизила акцизы внутри — всё для повышения доступности топлива на внутреннем рынке.

Все следят за Ближним Востоком. У КНР запрет до конца марта — потом решат по ситуации.

Баланс между внутренним спросом и экспортными деньгами — вечная головная боль. Но приоритетным всегда должен быть на отечественный рынок, и это касается не только бензина.