СОЦИОЛОГИЯ ВОЙНЫ
 
Когда речь заходит об ударах ВСУ по российским тылам, то проукраинские эксперты не скупятся на эпитеты, трактуя их как очень успешные, вдохновляющие и переломные. То есть многие продвигают точку зрения, что деморализующие дальние удары вызовут переломом в войне и в перспективе приведут к капитуляции России.
 
Этому многие верят просто потому, что хочется верить в приятные вещи. Но давайте посмотрим, насколько подобные позитивные ожидания реалистичны? В войне на истощение проигрывает тот, у кого первого иссякнут ресурсы. Если говорить о физических ресурсах для ведения войны, то украинские удары точно не способны сыграть решающей роли, даже если они будут кратно усилены. Но на это ставка и не делается. Целью является такой нематериальный актив, как поддержка населением военного курса правительства. То есть расчет делается на то, что граждане РФ устанут от тягот войны и окажут давление на свое правительство с целью прекращения агрессии.
 
Мне такой план кажется исключительно глупым.  Очевидно, что общественное мнение в путинской автократии, хоть и принимается в расчет модераторами внутренней политики, не является фактором, хоть что-то определяющим. Вот давайте представим, что 60% населения решительно настроены на прекращение войны в форме ее заморозки по формуле «Прекращаем стрелять немедленно и начинаем переговоры об урегулировании конфликта». Ну и каким образом россияне должны заставить Путина пойти у них на поводу?
 
Если речь о демократической стране, то там рабочей является схема с выборами: если население не поддерживает войну, оно голосует за оппозицию, выражающую антивоенные настроения, и та, победив, разворачивает государственную политику в другую сторону. Скажем, в США по мере того, как вьетнамская война теряла популярность, электоральные симпатии смещались от Демократической партии к Республиканской. Президент Линдон Джонсон потерял поддержку и уступил пост Ричарду Никсону, выступающему за достойное завершение участия в чужой гражданской войне.
 
Но в РФ-то никакие выборы ни на что не влияют. Да и невозможно представить себе участие в выборах антивоенной партии или кандидата. История с вышвыриванием за борт партии «Яблоко демонстрирует это со всей наглядностью.
 
Как вообще Кремль узнает, что население устало от войны и требует мира? Независимых СМИ, способных озвучить такую точку зрения, в стране нет. Митинги и демонстрации запрещены. Даже одиночные пакеты становятся поводом для уголовного преследования. Высказывания в соцсетях так же явлется поводом для жестоких репрессий. Единственная легальная форма обратной связи с верхами – участие в социологических опросах.
 
В среде эмигрантской оппозиции принято пренебрежительное отношение к военной социологии: мол, опросы не покажут реального отношения к войне. Потому что люди боятся отвечать. На самом деле это совершенно не так. Боязнь отвечать на вопросы может стать причиной отказа участия в соцопросе. Но если человек участвует в нем – значит он не боится. Можно ли доверять российской социологии? Как человек, погруженный в тему, скажу, что сами результаты вполне достоверны.
 
Сложность не в том, чтобы получить ответы на вопросы, а в том, чтобы их верно интерпретировать. В конце концов можно сравнить динамику общественных предпочтений от разных исследовательских центров. Не доверяете прокремлевским ВЦИОМ или Фонду «Общественное мнение»? Так есть же иноагентский «Левада-центр». Не могут же они договариваться между собой и врать одинаково?
 
Вот и давайте посмотрим, насколько с мая, то есть с момента начала массированных атак по НПЗ, вызвавших топливный кризис в стране, изменилась поддержка россиянами войны. Что можно сказать точно:  украинские удары по российским тылам стали в стране темой  №1. «Левада» фиксирует, что в конце июля налеты дронов, бензиновый кризис и удары по складам «Вайлдберриз» привлекли внимание 62% россиян, в то время как  ход «СВО» главным информационным приоритетом назвали лишь 7% опрошенных.
 
Так что эффект налетами действительно достигнут. Но какой? (Продолжение следует)
#рф #социология