Есть ли в Узбекистане топливный кризис?

В июне в Узбекистане появились признаки полноценного топливного кризиса. Стоимость бензина АИ-92 на товарно-сырьевой бирже за месяц выросла почти на 12% и 29 июня достигла исторического максимума — 13,919 млн сумов за тонну.

Одновременно на рынке начали фиксироваться перебои с поставками топлива. На некоторых заправках бензин временно отсутствовал, а цены на АИ-95 в ряде случаев выросли до 16 тыс. сумов за литр против примерно 14,5 тыс. сумов еще несколькими неделями ранее.

При этом происходящее выглядит довольно необычно. Как правило, резкий рост цен сопровождается повышенным спросом. Однако данные биржевых торгов указывают на обратное.

Цены растут без роста спроса

На первый взгляд резкий рост цен на бензин можно было бы объяснить увеличением спроса. Однако данные биржевых торгов указывают на обратное.

Одним из косвенных признаков отсутствия ажиотажного спроса является то, что минимальная и максимальная цены сделок по бензину АИ-92 в июне практически совпадали. В условиях дефицита, вызванного повышенным спросом, разрыв между ценами покупателей, как правило, существенно увеличивается.

Это позволяет предположить, что рост биржевых котировок был связан не столько с увеличением спроса, сколько с сокращением предложения топлива и его удорожанием. Показательно, что цена АИ-92 на бирже росла вслед за повышением стартовой цены бензина, реализуемого Бухарским нефтеперерабатывающим заводом — крупнейшим производителем автобезина в стране.

Что происходит в России

Развитие ситуации в Узбекистане практически совпало по времени с топливным кризисом в России.

В первой половине 2026 года российская нефтеперерабатывающая отрасль столкнулась с серьезными проблемами после серии успешных ударов украинских беспилотников по крупнейшим нефтеперерабатывающим заводам в европейской части старны. Это привело к внеплановым ремонтам ряда НПЗ, возникновению дефицита топлива на внутреннем рынке, многочасовым очередям на заправках, импорту топлива из соседних стран и снижению качества выпускаемого бензина.

В ответ российские власти с 1 апреля ввели полный запрет на экспорт бензина, а с 30 мая — временный запрет на экспорт авиационного керосина. Официально ограничения объяснялись необходимостью стабилизации внутреннего топливного рынка.

При этом Министерство энергетики Узбекистана неоднократно заявляло, что российские ограничения не затрагивают поставки в республику, поскольку между двумя странами действует межправительственное соглашение.

Однако, по имеющейся информации, проблема заключается не столько в формальном запрете экспорта. Россия фактически была вынуждена временно приостановить поставки бензина и авиационного керосина в Узбекистан из-за физического дефицита топлива и необходимости обеспечения собственного внутреннего спроса.

Первые последствия

Косвенным подтверждением проблем с поставками стала ситуация на рынке авиаперевозок.

12 июня Uzbekistan Airways сообщила о сокращении частоты части рейсов из городов Узбекистана в Россию из-за дефицита и удорожания авиационного топлива. Изменения затронули в том числе часть рейсов в Москву и Санкт-Петербург.

Одновременно с этим на бирже сократился объем предложения бензина АИ-92. Если 1 июня на торги было выставлено почти 3,8 тыс. тонн топлива, то к 23 июня объем предложения снизился до менее чем 1,9 тыс. тонн — практически в два раза меньше.

Можно ли говорить о топливном кризисе?

На мой взгляд, совокупность факторов позволяет говорить о наличии признаков топливного кризиса.

Рост цен на бензин происходит на фоне низкого спроса, сокращается предложение топлива на бирже, фиксируются перебои на АЗС, а крупнейшая авиакомпания страны вынуждена сокращать рейсы из-за дефицита и удорожания авиатоплива.

Остается главный вопрос: действительно ли кризис на российском рынке привел к сокращению поставок топлива в Узбекистан?

Чтобы ответить на этот вопрос, необходимо проанализировать помесячную статистику импорта нефтепродуктов в Узбекистан за первое полугодие 2026 года. Об этом подробнее — в следующем посте.

Фото: Евгений Сорочин / Spot