Пока одни пытаются перекроить мировые рынки, другие с лихвой хватают проблем внутри страны. Собрали дайджест событий, от которых становится одновременно и тревожно, и смешно.

Начать стоит с международного беспредела. Вашингтон, судя по всему, решил не просто контролировать Ормузский пролив, а превратить его в платную парковку. Трамп потребовал от стран Персидского залива 20% со всех грузов за «защиту» от Ирана. Иран, в свою очередь, не остался в долгу и нанес удары по американским базам в Иордании. Похоже, американская «защита» — это такой вид вымогательства, где платят все, а безопасность — опция за отдельную плату.

На этом фоне внутренняя экономика напоминает забег с препятствиями. Нефтянка продолжает лихорадить: беспилотники добрались до четырех НПЗ в Приволжье. Результат предсказуем — в регионах ПФО цена на топливо перевалила за 150 рублей, а ФАС раздает предупреждения направо и налево. Губернатор Ставрополя пошел дальше и вовсе запретил чиновникам пользоваться служебными машинами, предложив передвигаться пешком или на велосипеде.

Тем временем зампред ЦБ Заботкин заявил, что «закрыть глаза» на инфляцию нельзя, и переложил ответственность на правительство. Путин же считает, что ставка будет снижаться. Видимо, у регулятора и Кремля разные калькуляторы.

Социальная сфера тоже не радует. В России растет число забастовок — в Коми встали пути «Воркутауголь», а в Туве водители вышли на протест из-за долгов по зарплате. В медицине дефицит врачей и среднего персонала достигает десятков тысяч. Похоже, что система трещит по швам, а административные меры вроде обязательной отработки лишь откладывают системный взрыв.

Госдума, недолго думая, за семь дней приняла закон об ИИ без обсуждений с экспертами. Глава комитета Боярский заявил, что «мы не можем проиграть гонку с США и Китаем». Но как можно выиграть гонку, принимая законы в режиме нон-стоп без участия ученых? Возникает ощущение, что главная цель — не развитие технологий, а скорейшее освоение бюджета.

В Петербурге, кстати, на 37% сократилось число телефонных мошенничеств, но ущерб все равно исчисляется миллиардами. Видимо, преступники просто стали работать качественнее.

Кратко, но емко. Стабильность — она такая, нервная.