🤷‍♂️🏦📢ЦБ долгое время своей денежно-кредитной политикой защищал банки и их прибыль. Но регулятор перегнул палку с удержанием высокой ключевой ставки, и теперь может прилететь ответочка самим банкам. Регулятор во главе с Эльвирой Набиуллиной в последний год очень успешно справлялся с задачами перетока денег от населения в банки и обеспечения последних стабильной прибылью. Поддержание ключевой ставки стабильно на отметке в 16% очень этому способствовало. С одной стороны, она не могла задавить инфляцию, и, соответственно, у людей и бизнеса оставалась потребность в заёмном капитале для оплаты дорожающих товаров и услуг, с другой стороны, она делала банковские депозиты беспрецедентно привлекательными: они оказались намного выгоднее реального бизнеса.

Сбербанк, например, недавно отчитался о росте прибыли в мае 2024 года на 12,9% по сравнению с маем 2023 года. А по итогам всех 5 месяцев прибыль составила ₽628,4 млрд, которая обеспечила рентабельность 22,5%. Выгоднее банковского вклада может быть только работа банком. Всё шло проторенной тропой: инфляция стабильно растёт (с 1 по 24 июня она разогналась до 0,024%, и если в будущем она останется неизменной, то по итогам года составит внушительные 8,7%) и даёт отличный повод для дальнейшего повышения ключевой ставки. Райффайзен, Газпромбанк и Росбанк рассчитывают, что ЦБ повысит ставку до 18% уже на следующем заседании в июле. Этого ждали ещё перед прошлым заседанием, но тогда вмешались санкции против Мосбиржи.

Но вот эта схема дала сбой. ЦБ уже явно перегнул палку с удержанием высокой ключевой ставки. Оказалось, что у бизнеса есть предел терпения, и он наступил. Сейчас компании активно стали снимать средства с депозитов — им приходится рассчитывать в первую очередь на собственные средства. В итоге в мае банки увеличили кредитный портфель на ₽1,3 трлн, а дефицит ликвидности вырос до ₽3 трлн. У банков сейчас покрыты только 22,3% средств клиентов, что на 0,5 п.п. меньше апрельского показателя.

Банкиры уже почувствовали изменения: в мае их совокупная прибыль сократилась на 16% до ₽255 млрд. Более половины этой суммы (₽133 млрд) пришлось на один лишь Сбер. Для промышленности переход на собственное финансирование — тоже плохой знак. У предприятий снижается финансовая подушка безопасности, они становятся осторожнее. И хоть средние темпы промпроизводства за последний год установили новый рекорд (105% к 2021 году), из-за финансовых проблем успех может быть недолгим.