Есть любопытная тема на стыке генетики и политики. Она может кое-что объяснить в психологии современного консерватизма.

Есть такой ген - DRD4. Его называют геном исследователя. Он связан с тягой к новому опыту, любопытством, склонностью к риску и быстрой адаптацией. Ген влияет на то, как мозг реагирует на дофамин — гормон радости и мотивации.

В исследовании 2015 года на 1771 участнике обнаружили статистическую связь между вариантами DRD4 и положением человека на шкале от либеральных до консервативных взглядов. Люди со специфической вариацией гена DRD4 (аллель 7R, отвечающий за высокую тягу к новизне и риску) чаще формируют либеральные взгляды.

В популяционной генетике есть ещё одна интересная параллель. При выходе древних людей из Африки,  каждый следующий этап расселения, обладал все большим процентом гена исследователя.

Это достаточно логично - людям с большей склонностью к исследованию и риску было проще уходить дальше и осваивать новые территории.

Цивилизацию двигают вперёд люди, которым недостаточно стабильности. Им интересно посмотреть, что находится за следующим хребтом или за океаном. Именно они чаще становятся путешественниками и предпринимателями. Среди них появляются изобретатели и первооткрыватели.

И здесь современный европейский консерватизм попадает в парадоксальное положение. Он объявляет своей целью сохранение традиционной европейской цивилизации. При этом психологически часть консерваторов стремится закрыться от неизвестности и минимизировать любые перемены.

Отсюда возникает изоляционизм. Возникает нежелание бороться за распространение собственной культуры. Возникает стремление сохранить небольшой безопасный мир вокруг себя.

Но историческая европейская цивилизация выросла из совершенно другого человеческого импульса. Она не сидела в своём домике. Она постоянно расширяла пространство собственного присутствия и искала новое.

Поэтому если европейские консерваторы действительно хотят сохранить европейскую цивилизацию, им придётся сохранить ещё одну её важнейшую черту — любопытство. Способность идти в неизвестность может оказаться не меньшей частью европейской традиции, чем религия или привычный общественный порядок.

@madam_secretar