‎Красивая земля, оставленная своими
‎
‎Зайдите на любую стройку в Абхазии — прислушайтесь. Абхазскую речь почти не услышите. Зато таджикский, узбекский — повсюду. Кто-то бетон мешает, кто-то плитку кладёт, кто-то кабель тянет. А где абхазы спросите вы? Они наблюдают.
‎
‎И ведь странная штука: страна с безработицей нанимает гастарбайтеров. Потому что своих не заставишь. У абхаза — гордость, жара, кофейня за углом и вера, что «Москва всё пришлёт». А таджик? Сказал — сделает. Не спорит, не философствует.
‎
‎Средняя ставка — три, иногда пять тысяч в день. Выходит по 100–150 тысяч в месяц. В стране, где многие местные живут на сезонных заработках. Вот и получается, что пока абхаз обсуждает «национальную идею», гастарбайтер строит ему дом.
‎
‎Посмотрите на тот же вокзал в Новом Афоне. Кто его летом белил и штукатурил? Таджики, узбеки — трудяги. Отработали, покивали, ушли. Но не совсем. Один задержался, потом жена приехала. Работа нашлась — в школе, в магазине, в детсаду. В Абхазии ведь никто всерьёз не проверяет, кто где работает и какие у кого документы. А потом к ним — дети. И вот уже семья живёт, обживается, дети ходят в местную школу.
‎
‎Формально иностранцы не могут покупать землю. Но все знают, как делается «на доверии». Оформляют на приятеля, на соседа, на «брата». И однажды вдруг оказывается, что дом-то уже не совсем абхазский.
‎
‎Абхаз в это время сидит в кафе, обсуждает политику, жалуется, что «молодёжь уезжает» и «всё стало дорого». А работать — нет, не царское это дело. Зачем, если Москва каждый год шлёт дотации? Пенсии поднимет, электричество подлатает, мосты починит.
‎
‎Только независимость в дотационном формате — это фикция. Москва даёт, пока выгодно. А вот землю и привычку работать обратно уже никто не вернёт. И обидно смотреть, как всё это уходит из-под ног. Абхазы ведь умеем работать. Просто разучились считать это своим делом. Туризм заменил ремесло, гордость — труд, разговоры — поступки.
‎
‎И ведь всё видно невооружённым глазом. Не хочешь работать сам — придёт кто-то другой и будет. Всё просто. Если ты не строишь — строят за тебя. Если ты не рождаешь — рожают другие.
‎
А потом приходит мысль: «Почему нас становится меньше?» Ответ не ищите в статистике. Он на каждой стройке, на каждом рынке, на каждом базаре. ‎Потому что те, кто сегодня копает траншеи, завтра купят дом. А послезавтра — привезут всю семью.
‎
‎Так и происходит тихая подмена. Без оружия, без лозунгов. Просто одни работают, а другие смотрят. Одни зарабатывают, а другие ждут дотаций. Одни приезжают временно, а остаются навсегда. Абхазия вроде своя, но уже не совсем.
‎
‎Пока местные спорят, кто виноват, кто «продал землю», вокруг растут новые дома, новые семьи, чужие храмы. ‎И через десять лет тот, кто сегодня таскает цемент, будет хозяином, а тот, кто гордо отказывался «месить грязь», останется наблюдателем. Дело даже не в том, что чужие плохие. ‎Они просто делают то, от чего абхазы отказались.
‎
‎Если хотите, чтобы Абхазия оставалась вашей — за неё нужно работать, а не только ею гордиться. Порой кажется, что сама земля ждёт, когда её возьмут в руки. Красивая, щедрая, но будто оставленная. И пока руки заняты телефоном и чашкой кофе — она тихо уходит к тем, кто не боится работать.

«Разговор при галстуках» | подписывайся
#мигранты #абхазия #абхазиясегодня #кавказ #южныйкавказ #оважном #новости