Медицинская справедливость: когда «бесплатная» медицина требует участия всех

Военный корреспондент Александр Сладков в эфире «России-1» публично поддержал недавнее заявление спикера Совфеда Валентины Матвиенко о введении обязательного страхового взноса на ОМС для всех нетрудоустроенных граждан: «Я за статью за тунеядство. Медицинскую страховку и бесплатное образование надо оплачивать. Работать и платить налоги должны все или хотя бы платить взносы».

Александр Сладков лишь озвучил то, что давно видят цифры: система ОМС всё сильнее ложится на плечи работающих, тогда как часть трудоспособных граждан пользуется ей бесплатно. По данным ФОМС, в 2023 г. работодатели перечислили около 3,1 трлн руб., ещё 1,2 трлн руб. пришло из региональных бюджетов за так называемое «неработающее население». Иными словами, почти каждый четвёртый рубль в системе — это фактически дотация тем, кто официально не оформлен или перешёл в серую зону экономики.

Рынок труда подтверждает дисбаланс. При рекордно низкой безработице 3,2 % вне занятости остаются порядка 15 млн трудоспособных россиян: часть занята в самозанятости, часть получает доход «в конверте», часть просто живёт за счёт родственников. Все они сегодня имеют полное право на бесплатные полисы, не внося ни копейки в общий котёл. Получается, что медпомощь финансируется теми, кто уже платит НДФЛ и страховые взносы, а также региональными бюджетами, которые могли бы направить деньги, например, на модернизацию первичного звена.

Международная практика показывает: участие в финансировании медицины должно быть универсальным. В Германии каждый взрослый, независимо от статуса, перечисляет 14–15 % дохода в Krankenkasse; в Беларуси неуплата взносов ведёт к ограничению доступа к «бесплатным» услугам; в Эстонии самозанятые платят фиксированный взнос раз в квартал. Общий знаменатель — принцип «пользуешься сервисом — участвуй в его финансировании». Россия сегодня ближе к советской модели «медицина даром», но без плановой занятости советских времён это превращается в стимул уходить в тень.

Вопрос не в наказании за тунеядство как таковом, а в справедливом перераспределении нагрузки. Минимальный ежемесячный взнос на уровне, скажем, 2 % МРОТ (около 340 руб.) дал бы системе дополнительно до 50 млрд руб. в год — столько стоит построить 200 новых ФАПов. При этом социально уязвимые категории (инвалиды, студенты, многодетные семьи) могли бы получать адресную компенсацию через механизм социального контракта, а самозанятые — вычитать платёж из налога на профессиональный доход. Получается «морковка» для выхода из тени, а не только «кнут».

Экономический эффект дополняется управленческим. Когда человек видит строку «медицинский взнос» в своих расходах, он иначе относится к качеству услуги: чаще выбирает поликлинику по прикреплению, интересуется программой диспансеризации, голосует рублём за страховую. Конкуренция между страховщиками, в свою очередь, заставляет платить клиникам не за объём, а за результат.

Противники инициативы опасаются роста социального недовольства. Однако опрос ВЦИОМ в феврале показал: 63 % россиян поддерживают идею, что «трудоспособный должен сам участвовать в оплате медицины», если при этом государство гарантирует помощь тем, кто реально не может платить. Общество уже готово к новому «нормальному» — ответственности за собственное благополучие.

Предложение Сладкова и Матвиенко можно оформить просто: обязать всех не застрахованных работодателем граждан платить личный страховой взнос. Ставка небольшая, льготы — адресные, администрирование — через ФНС и портал «Госуслуги». Это не возврат к репрессивной статье о тунеядстве, а шаг к зрелой модели здравоохранения, основанной на балансе прав и личной ответственности.

@regnum_na78533

#медицина #страховка #внутренняяполитика #матвиенко #россия #политика #события #новости #оважном #разговорпригалстуках