Много лет назад трагичная история жизни Игнаца Земмельвейса так в своё время поразила меня, что всегда время от времени я в размышлениях возвращаюсь к ней.

Обычно жизнь Земмельвейса подаётся как чёрно-белая история про непринятого гения, идеи которого не приняли из-за косности и упёртости медицинской среды. Настоящая история была сильно сложнее.

***
Игнац Земмельвейс, венгр, родился в 1818 году. Был талантливым врачом с высокой работоспособностью и стремлением чего-то достичь. Усердный и вовлечённый, даже слишком эмоциональный порой. К 26 годам получил медицинскую степень и стал магистром акушерства и хирургии.

В 1846 году, два года спустя, он становится ординарным ассистентом в акушерской клинике в Вене. Это было одно из крупнейших (~7000 родов в год) родильных отделений Европы. Там Игнац обращает внимание на очень высокую смертность от родильной лихорадки.

В целом это была распространённая проблема в большинстве клиник того времени. Смертность достигала 10% (!), причём в более продвинутых клиниках при университетах она была в несколько раз выше чем в обычных акушерских. А в клинике, где работал Земмельвейс, был одним из самых высоких показателей смертности от родильной лихорадки в Европе, достигая 30% (!!!) в некоторые месяцы. Доходило до того, что женщины отказывались попадать именно в эту клинику, предпочитая рожать где угодно, даже на улице, но не попасть в «прóклятое место» (и статистически это было правильное решение).

Врачи признавали эту проблему. Родильная лихорадка объяснялась разными вещами — «миазмами», «сквозняками», «возбуждением от родов», «эпидемией» и т.п. Попытки уменьшить смертность были, собирались комиссии, пробовали разное (боролись со сквозняками, более тщательно убирались и т.д.), но ничего не помогало.

Проблема родильной лихорадки поражает и полностью захватывает Земмельвейса. Он обсессивно думает только про эти смерти и начинает искать их настоящую причину. Рядом две клиники в которых на вид всё одинаково, но разница в смертности при родах в 3-5 раз. Сопоставив эти факты Игнац делает первый вывод - дело в клинике.

Он погружается в исследования и сбор статистики. Месяцы разных экспериментов: менялись процессы, подходы к родам, условия. Но ответа нет.

Руководство клиники не мешает этим попыткам. У Земмельвейса репутация отзывчивого, скромного, нетребовательного человека, но в то же время резкого и грубого, «правдоруба», который выступает против всякой несправедливости даже в ущерб себе и своему положению.

Год спустя умирает его друг, профессор медицины, из-за ранки, полученной при изучении трупов. Потрясённый смертью друга, Игнац изучает протокол вскрытия и много размышляет о ситуации. Симптомы смерти друга и смертей рожениц выглядят очень похоже. В итоге он делает смелое предположение, открытие — эти смерти имеют одну причину: попадание трупных частиц в организм.

В университетской клинике медики, студенты и профессора, много времени проводили за вскрытиями, — это часть обучения. А акушерки — нет. Игнац предполагает, что трупные частички заносятся через микротравмы половых органов с рук врачей. Он считает, что обычного мытья рук(что уже делали) недостаточно(не убирает полностью трупные частички) и заставляет всех мыть руки хлорной водой после каждого вскрытия. Это был 1847 год, Игнацу 29 лет.

Результат был невероятен. Меньше чем за год смертность при роде от горячки упала в 10 раз: с 12% до 1.2%, а в какие-то месяцы смертей от родильной горячки не было совсем.

(продолжение)