«Брожу по холоду, меня не то что греет — прям обжигает, от меня жизнью веет»: путешествие по информационной пустыне на альбоме ONDA ANDAR — KIDSCRY2DAY

Русский реп с самого своего рождения был территорией безумия. Попробуйте пересказать основные сюжеты из жанра непогруженному человеку — и сразу заметите, как говорите устами больного. Вот просто куда ни ткни — везде какой-то абсурд.

Поэтому я всегда особенно сильно ценил авторов, которые тоже все это видят — и как бы подмигивают: «Братан, ты не одинок, давай вместе поахуеваем с этого». Такими были, например, праймовые Ежемесячные. Или Моргенштерн, кстати. Но так же сильно я ценю людей, которые вместо того, чтобы ахуевать в сторонке, ныряют в эту бездну из бреда, чтобы окончательно сойти с ума во имя русского репа — это и Кизару, и Паша Техник, и многие другие светлые люди.

Однако вечно восторгаться этим царством безумия — утомляет. Равно как и поддерживать его жизнедеятельность, генерируя новые порции абсурда. Утомились, кажется, вообще все: и потребители, и поставщики.

2026-й подходит к экватору, а интересных релизов — почти нет. Удивительно скупой год на инфоповоды, на хорошие песни, на новых игроков. По сравнению с бурным 25-м и 24-м — реальная засуха. Все устали. Не просто так к новому альбому Гуфа и Басты, видимо, пока главному релизу года, выпускается АЖ СПЕЦИЛЬНЫЙ ЭНЕРГЕТИК.

Однако в мир уставших иногда спускаются редкие паломники, одержимые исследованием этой странной земли. Словно в каком-нибудь Дарк Соулсе, они ходят по руинам, перебирая артефакты прошлой жизни, жизни до Усталости: вичхаус, статусы вконтакте, карты из контстрайк 1.6, группа LMFAO, в конце концов. И все лишь с одной целью — найти причину конца этой цивилизации. Именно так и ощущается альбом Онды Андар «KIDSCRY2DAY» — пока мой любимый релиз из тех, что вышли в этом году.

Онда — выходец из саундклауда, однако в его треках нет привычного для жанра ЦИФРОВОГО УГАРА. Там, где треки условного Темного Принца тонут в кислоте и мемах до тех пор, пока слова вообще не перестанут быть различимыми — Онда предельно старорежимен. Вместо деформации, буквально сплющивания звука, он, наоборот, оставляет свой голос в почти неизменном состоянии. И этим голосом он весь альбом читает и поет о Таком Большом Одиночестве посреди ледяной пустыни:

Они много говорят, их язык мне непонятен
Я замерзаю и никого рядом

Несмотря на то, что альбом пропитан тегами прошлого, он не ощущается как примитивная ностальгия — скорее, как попытка наконец-то призвать Ренессанс: «Посмотрите, какие вы все Уставшие, и посмотрите, как раньше было угарно и прикольно». И, конечно, эти призывы навсегда повиснут в ледяном воздухе — никем не услышанные. В этой обреченности и есть главная красота альбома. Мы же тут все любим аутсайдерскую музыку, а что может быть более аутсайдерским, чем молодой романтик, отказывающийся принимать эпоху цифрового упадка. Вечная зима в одиночной камере.

слушать здесь