(продолжение предыдущего поста)

Руководитель направления по развитию сберегательных и инвестиционных продуктов Инго Банка Вадим Копылов:

Резкое падение нормы сбережений скорее происходит сейчас по причине «стало незачем откладывать так активно». Полтора года назад ключевая держалась на 21%, и вклад был безальтернативным решением. При этом деньги никуда не исчезли: по данным ЦБ, рост срочных вкладов за полугодие практически остановился, тогда как остатки на текущих счетах продолжали расти. Это переток из срочной формы в ликвидную, поближе к тратам, а не проедание.

Прямым индикатором сокращения доходов эти 4,4% назвать нельзя: реальные располагаемые доходы за полугодие выросли на 1,5%. Связь с доходами есть, но обратная той, что напрашивается. Проценты по вкладам входят в состав денежных доходов населения, и при ставках выше 20% это была весомая статья, которая в основном не тратилась, а капитализировалась, то есть попадала одновременно и в доход, и в сбережения. Ставка снизилась, статья сжалась, и показатель просел сразу с двух сторон. Это в значительной мере удешевление денег, а не обеднение людей.

Объективности ради 4,4% - это всё же среднее по стране, и тут классика экономики - классическое расслоение капиталов: у части людей сбережения были и приносили двузначный процент, который сжался вместе со ставкой, и там падение чисто арифметическое; а у другой части подушки не было вовсе, и там снижение действительно означает, что откладывать не из чего. Обе группы попадают в один показатель, но выводы из их поведения нужно делать разные.

Мы видим это и по клиентам: уходят не сбережения как таковые, а только небольшая часть срочных вкладов, открытых когда-то под высокую ставку. Поэтому мы конкурируем не ставкой, а тем, чтобы деньги оставались в сберегательном контуре: цели, автонакопление, автопополнение карты с накопительного счета.

Начальник аналитического отдела инвесткомпании «Риком-Траст», к.э.н. Олег Абелев:

Если говорить о рисковом падении сберегательной активности россиян, то это прямой индикатор ухудшения реального финансового положения домохозяйств. Снижение доли сбережений с 10% до 4,5% за полгода - не просто смена потребительских привычек, это следствие сразу нескольких причин.

Во-первых, реальные доходы сократились, реальные доходы развернулись вниз. В начале года наступила коррекция после зарплатного бума кратковременного прошлого года. Реально располагаемые доходы населения стали снижаться, они упали примерно на 0,2% во втором полугодии этого года по сравнению со вторым полугодием года прошлого. И когда общий такой пирог доходов уменьшается, понятно, что сберегательная доля сжимается. Плюс инфляция съедает покупательскую доходность. Доля расходов на питание достигла 40%. В среднем это максимум с 2008 года, почти за 20 лет. Чем больше денег уходит на базовые нужды, еду, ЖКХ, лекарства, тем меньше остаётся на сбережения, даже если номинальные доходы не снижаются. Плюс ко всему снижаются процентные доходы.

Тренд связан не только с тем, что у населения нет денег, но и тем, что нет доверия к банковской системе. В этом году отток вкладов рекордный с 2022 года. Люди забирают деньги из банков из-за страха перед нестабильностью.
Стагнация ведёт к падению реальных доходов, падение реальных доходов ведет к росту инфляции, и рост инфляции ведет к вынужденному снижению сбережений, а это в свою очередь ведет к оттоку вкладов из-за недоверия. То есть гражданские отрасли недополучают, основная нагрузка ложится на домохозяйство.