Дискуссия о новом налоге на сверхприбыль (windfall tax) остается в повестке, хотя еще две недели назад сразу два министерства отрицали введение налога. Теперь глава РСПП Александр Шохин подробно объяснил, почему массовый налог на сверхприбыль сейчас невозможен.

Почему бизнес против налога

Глава РСПП заявил, что условия принципиально отличаются от 2022 года. Тогда экспортеры зарабатывали и на девальвации рубля, и на высоких мировых ценах. Сейчас рубль не слабеет, ключевая ставка остается двузначной, а некоторые компании терпят убытки. Точечные решения по отдельным видам деятельности с устойчиво высокой прибыльностью Шохин допускает, но подчеркивает: налог не должен приводить к ситуации, когда компании берут кредиты, чтобы его заплатить.

У кого прибыль все-таки выросла

Общая картина по российскому бизнесу слабая. Сальдированная прибыль предприятий за 2025 год — 27,1 трлн руб., это минус 3,9% к 2024 году. Доля прибыльных организаций снизилась с 74,5 до 72,9%. Добыча полезных ископаемых просела на 51,2%, нефтегаз — на 63,9%, торговля — на 10,4%.

Но отдельные отрасли показали сильный рост. Энергетика увеличила прибыль в 2,6 раза — до 1,75 трлн руб. Строительство прибавило 57,5% до 0,88 млрд руб., финансовый сектор — 53,7% (до 2,1 трлн руб.), химия — 51% (до 1,5 трлн руб.), металлургия — 45% (до 2,5 трлн руб.).

Эксперты, опрошенные РБК, чаще всего называют кандидатами на изъятие золотодобытчиков. Золото за 2023–2025 годы подорожало на 65%, а чистая прибыль ключевого на рынке «Полюса» достигла 314 млрд руб. А еще под налог могут подпасть банки, чья прибыль в 2025-м достигла 3,5 трлн руб. Реже упоминают производителей удобрений и e-commerce.

Сколько может принести бюджету новый сверхналог

Заметно меньше, чем в 2023 году. Потенциальная база сократилась: суммарная прибыль компаний за 2024–2025 годы (57,2 трлн руб.) уже практически не превышает показатели 2022–2023 годов. По оценке эксперта ЦМАКП Эмиля Аблаева, поступления могут составить до 500 млрд руб. Аналитик Freedom Finance Наталья Мильчакова настроена скептичнее: есть риск не собрать даже 100 млрд руб. — это позволит закрыть чуть больше 2% накопленного всего за три месяца дефицита федерального бюджета.

При каких условиях налог все-таки введут

Шохин назвал два фактора: ослабление рубля и снижение ключевой ставки ниже 10%. Если оба совпадут с хорошей мировой конъюнктурой — у компаний появится прибыль и тему можно будет обсуждать. Пока серьезных переговоров нет, утверждает Шохин. Собеседники издания допускают, что вопрос отложат на вторую половину года или на 2027-й — особенно если цены на энергоносители продолжат расти и санкционное давление ослабнет.