Один из самых крупных национализационных процессов года завершился чуть больше чем за месяц. Тверской суд признал бизнесмена Дениса Штенгелова и его отца Николая «экстремистским объединением» и изъял активы холдинга KDV Group стоимостью почти полтриллиона рублей.

Суд удовлетворил иск заместителя генпрокурора и обратил в доход государства 100% акций АО «Кондитерус Ком» — головной компании холдинга. Под изъятие попали также доли гражданской жены Дениса Штенгелова Марии Коржиловой.

О ходе заседания рассказал РБК. Особенность подобных процессов в том, что их чаще всего закрывают от прессы. Поэтому интересно посмотреть на то, как выглядят такие споры и какие аргументы приводят стороны.

Генпрокуратура обвинила Штенгелова-старшего в создании военизированного подразделения на Украине, которое затем влилось в «Азов», «Айдар» и «Днепр-1» (признаны террористическими и запрещены в РФ). Его сын, по версии следствия, снабжал украинские вооруженные формирования продовольствием.

С 2022 года семья вывела за рубеж более 21 млрд руб. Эти средства шли на поддержание экономик США и Австралии (у Штенгелова-старшего австралийский паспорт). Эти страны поставляют оружие украинской стороне, напомнили в прокуратуре.

Защита приводила аргументы в пользу невиновности. Представитель Дениса Штенгелова указал, что его клиент находится под санкциями Украины — Владимир Зеленский ввел против него персональные ограничения, а данные о нем опубликованы на сайте «Миротворец». Адвокат утверждал, что это доказывает невозможность оказания помощи Киеву. Еще одним аргументом защиты Штенгелова-младшего стало то, что он якобы не общается с отцом уже 11 лет.

Представители холдинга говорили, что KDV Group системно инвестировала в строительство и модернизацию в России, создавала рабочие места и платила налоги. Генпрокуратура возразила, что владельцы превратили холдинг в инструмент личного обогащения и нанесения стратегического поражения России.

Заседание длилось почти до полуночи. Защита просила отвод судьи Ксении Розниной из-за «предвзятости», но суд отказал в удовлетворении ходатайства. Адвокаты планируют обжаловать решение первой инстанции.

Контекст

По итогам процесса государство получило контроль над холдингом, который Генпрокуратура сама называла монополистом на рынке в своих сегментах. У группы десять фабрик в различных городах России, товары реализуются в ближнем и дальнем зарубежье, включая США и Евросоюз. Ведомство оценивает рыночную стоимость KDV в 497 млрд руб., ежегодный доход — в 756 млрд руб., а валовую прибыль — в 139 млрд руб.

«Экстремистские» иски становятся все более популярным основанием для изъятия активов. Летом суд изъял в собственность государства 50% долей ООО «Рижский хлеб» стоимостью 1,7 млрд руб., принадлежавших гражданину Латвии Нормундсу Бомису. Они входили в объединение хлебопеков с «ярко выраженным антироссийским характером», утверждала прокуратура. А еще раньше механизм обкатали на «Лесте» — Московский суд национализировал «Мир танков» и «Мир кораблей».

Особенность таких исков в том, что от них почти невозможно отбиться. Сроки давности, на которые с минимальным шансом можно ссылаться при оспаривании итогов приватизации, точно не сработают, прокуратура может считать их так, как ей удобно. А больше строить линию защиты не на чем. Поэтому на сегодняшний день нет ни одного подобного процесса, в которых ответчики одержали бы победу.

#практика