Почему Трамп решил продолжать воевать с Ираном?

Некоторые соображения о том, почему Америка и Иран снова взялись за ракеты.

⭐️ Иранская авантюра 47-го президента США стала результирующей двух факторов – политической самоуверенности и неверного военного расчета. Первая возникла в результате спецоперации по похищению венесуэльского президента Николаса Мадуро. После нее Трамп возомнил, что с Ираном удастся провернуть нечто подобное: «порази пастыря и рассеются овцы».

Ответственным за военный просчет стал прежде всего израильский премьер Нетаньяху – именно он убеждал американского визави: лучшего момента додавить режим аятолл не представится. Мол, иранский народ мечтает избавиться от опостылевших аятолл – стоит ликвидировать военно-политическую верхушку страны, а дальше иранцы все сделают сами. Что из этого вышло, весь мир наблюдал на протяжении последующих 108 дней.

⭐️Тушить пожар бросили вице-президента Джей Ди Вэнса. У него в целом получилось убедить значимые для администрации политические силы и «ядерный электорат», что катастрофы не произошло, а Иран стал общаться с Америкой в новой многообещающей тональности – стало быть, все не зря.

⭐️Репутационный урон? Америка проиграла почти все крупные военные конфликты последних лет пятидесяти, в которых напрямую участвовала, но ее позиции в мире от этого не пошатнулись (а если и пошатнулись, то не от этого).

⭐️Разочарование союзников? Да, многие арабские и европейские «гномики» возмущены тем, как повели себя американцы, но это не значит, что теперь они переметнуться под крыло России или Китая. Напротив, после конфликта с Ираном «заливники» стали покупать у США оружия не меньше, а больше. Про европейцев и говорить нечего.

⭐️Геополитические осложнения? Перекрытие Ормузского пролива и правда спровоцировало сбой поставок и рост цен. Но и есть и те, кто от этого выиграл, – особенно среди американских нефтедобытчиков, традиционно поддерживающих республиканцев.

⭐️Сложнее спорить с тем, что война не ослабила, а укрепила правящий в Иране режим, позволила ему «сплотить вокруг флага» даже тех, кто в мирное был настроен к властям враждебно. Впрочем, Белый дом рассчитывал, что сможет выработать такие механизмы взаимодействия с Тегераном, которые позволят манипулировать состоянием экономики Ирана и тем самым «крутить краник» протестных настроений в ту или другую сторону. Реализуемость этой затеи – вопрос открытый.

Что дальше? Скорее всего, так же, как и до этого: обмен угрозами и ударами, разрядка, очередное объявление Трампа о том, что он всех победил.
Для американской политики «казаться» традиционно важнее, чем «быть». В эпоху Трампа акцент в этой диаде окончательно сместился на первое.