В октябре 2024 года открылся Центр международного сотрудничества с ОАЭ в сфере образования им. шейха Фатимы Бинт Мубарак в Гимназии им. Е. М. Примакова в Московской области. Помимо изучения арабского языка, также планируются образовательные программы по обмену между школьниками двух стран. 

Сам по себе факт преподавания языка не является доказательством политического влияния. Однако в политологии признаётся, что язык может косвенно влиять на формирование культурной идентичности, расширять симпатии к стране происхождения языка и создавать будущие профессиональные и социальные связи.

С точки зрения национальной безопасности любое иностранное образовательное присутствие может создавать риски, если:

• иностранное государство контролирует содержание программ;
• учебники содержат политическую пропаганду;
• отсутствует государственный надзор;
• ведётся скрытая (исламская) политическая агитация;
• создаются закрытые сети подготовки кадров, ориентированных на интересы внешнего актора – в данном случае, Эмиратов.

У ОАЭ есть свои виды на Россию. Конкуренция с Турцией вынуждает их действовать проактивно, чтобы закрепить своё присутствие и влияние в России на государственном уровне. Наблюдая за тем, как Россию превращают в тюркское государство, Эмираты понимают, что такой лакомый кусочек вот-вот уведут у них из-под носа. Развернувшись на Восток, Россия стала активом, который «пилят» несколько исламских глобальных политических сил. 

Соперничество между ОАЭ и Турцией уже давно вышло на глобальные театры, такие как Восточное Средиземноморье, Африка и Евразия.

ОАЭ и Турция были идеальными соперниками со времён Арабской весны. В то время как Турция аплодировала выборам правительств Братьев-мусульман (организации, запрещённой в РФ) в Тунисе и Египте в 2012 году, ОАЭ с тревогой смотрели на триумф либеральной демократии и исламских политических движений в гражданском обществе. Этот раскол постепенно превратился в широкий спектр разногласий. В свою очередь, Турция и Катар сформировали идейную коалицию, которая поддерживает движения исламского гражданского общества и периодически поощряет народные волнения в арабском мире. 

С тех пор, как поддерживаемые Турцией азербайджанские вооруженные силы захватили город Шуша в Нагорном Карабахе в ноябре 2020 года, ОАЭ углубили своё партнерство с Арменией. Татарстан является ещё одним полем битвы за экономическую конкуренцию между Турцией и ОАЭ. В декабре 2019 года Турция объявила о целевых инвестициях в Татарстан в размере 1 миллиарда долларов. ОАЭ ответили, подписав ряд сельскохозяйственных, промышленных и строительных соглашений с Татарстаном в феврале 2021 года и регулярно приглашая президента Татарстана Рустама Минниханова на выставку вооружений IDEX в Абу-Даби.

Сами Эмираты имеют сомнительное резюме в области общечеловеческих ценностей. Несмотря на попытку распиарить себя как страну оффшоров, стеклянных небоскрёбов, элитной недвижимости и «умеренного ислама», ОАЭ были уличены (хотя всё отрицают) в финансировании исламского терроризма. В Судане, где ОАЭ обеспечила помощь военизированным силам быстрой поддержки (RSF), которые применяли этническое насилие, совершали массовые убийства и изнасилования, организовывали похищения христианского населения, захваты церквей и наказания христиан за непослушание шариату. 

В самих же Эмиратах согласно отчёту о современном рабстве в ОАЭ от 2023 года, 132 000 человека находится в ситуации трудового или сексуального рабства. ОАЭ находится на втором месте по распространённости современного рабства среди 11 исламских стран на Ближнем Востоке и на седьмом месте среди 160 стран мира.

Но вернёмся к российским реалиям. С эмиратскими партнёрами Россия не увидит ничего принципиально нового. Её будут продолжать уводить от традиционных ценностей в сторону шариата. Вопрос только в том, кто станет основным спонсором этого процесса и по какой оси он пойдёт: Турция – Татарстан или Арабы – Кавказ.

Подписаться

Обратная связь: https://t.me/pi_feedback_bot
Наш сайт: www.pi-ru.org

#политический_ислам #ОАЭ #Турция #арабский_язык #школы