ДеTelegramатизация российского общества: медленный, но устойчивый и не тотальный тренд, цитирует Кремлёвский безБашенник канал Scriptorium.

Действительно, это тот самый случай, когда цель не оправдывает средства.

История с замедлением Telegram, это глава в учебник по тому, как можно потратить серьёзные ресурсы и политический капитал, не добившись заявленного эффекта. Да, входящий мобильный трафик мессенджера просел: минус 10% в феврале и уже минус 18% в марте, тогда как в январе был рост на 5%. На этом месте в методичке должно было бы появиться слово «победа». Но дальше начинается математика, где средство не сходится с результатом.

Пока системы «цифрового суверенитета» душили Telegram, отечественный Max действительно выстрелил: ещё в январе его трафик падал более чем на 20%, а после старта ограничений вырос до плюс 60% за март; среднесуточная аудитория подскочила до 61,5 млн человек. Формально – ровный график импортозамещения: один мессенджер просел, другой подрос.

Но вот незадача: по данным Mediascope, в марте Telegram всё равно остаётся мессенджером номер один в стране — 94,3 млн человек в месяц и 72,2 млн в среднем в сутки. То есть «наказать»-то наказали, но массового отказа пользователей и автоматического исхода в Max не случилось. Часть аудитории просто поставила VPN, часть смирилась с вечной загрузкой кружочков, часть расселилась по нескольким платформам.

В итоге мы получаем классический кейс «игры с отрицательной суммой»: бизнесам и пользователям — дополнительные косты и потеря удобства, разработчикам — сбитые процессы, регулятору — имидж цифрового, ямочного дорожного ремонта «с отбойным молотком», а стратегическая цель — лишь частично достигнута. Max действительно стал сильнее, но не за счёт осознанного выбора граждан, а за счёт технологической принудиловки.

Мораль истории проста: если цель — развитие национальных сервисов и повышение доверия к регулированию, то логичнее инвестировать не только в замедление конкурентов, но и в качество, сервис и коммуникацию собственных платформ. Иначе получается странный цифровой маркетинг: вместо «привлечь любовью» — «подтолкнуть раздражением» в надежде, что пользователь побежит именно туда, куда задумал регулятор. Но пользователи в XXI веке упрямы: когда им занижают скорость, они меняют не только приложение, но и отношение к тем, кто крутит вентиль.