Верхний Ларс как политический барометр

Очередь на Верхнем Ларсе — пожалуй, более показательный индикатор отношения россиян к разговорам о новой мобилизации, чем большинство опросов. ФТС сообщила, что 18 августа в сторону Грузии через пункт пропуска проехали более 20 000 человек. Днем ранее — свыше 19 000. В ведомстве называют эти показатели рекордными для аналогичного периода прошлых лет.

Сама по себе статистика еще не доказывает, что десятки тысяч россиян одновременно решили спасаться от мобилизации. Через Ларс едут туристы, водители, семьи, люди по делам. Но политический контекст слишком очевиден: очередной всплеск приходится на период, когда российское информационное пространство обсуждает прогноз Владимира Зеленского о возможной мобилизации после сентябрьских выборов.

И здесь интересен не столько вопрос, прав ли Зеленский относительно планов Кремля. Гораздо важнее другое: люди начинают вести себя так, будто он может оказаться прав.

Это принципиальная разница.

В 2022 г. граждане получили официальное объявление о мобилизации и только после этого начали массово искать пути выезда. Сейчас достаточно слуха — и пограничный пункт уже оказывается под повышенной нагрузкой. Это означает, что за четыре года у значительной части общества сформировалась новая модель поведения: при недостатке информации люди предпочитают страховаться заранее.

Для властей это плохой сигнал.

Мобилизация — не только кадровое решение военного ведомства. Это еще и экономический, социальный и психологический шок. Если даже вероятность ее проведения заставляет людей заранее перестраивать свои планы, государство получает дополнительные издержки еще до принятия какого-либо решения.

Причем Верхний Ларс здесь выступает почти идеальным измерительным прибором. Его невозможно уговорить показать нужную статистику, провести через него «правильную» явку или объяснить ему, что тревожиться не о чем. Если люди действительно массово едут в Грузию, значит, они оценивают риски самостоятельно.

Именно поэтому столь важна информационная сторона истории.

Зеленский, говоря о предполагаемой российской мобилизации, фактически обращается не только к российскому руководству и западной аудитории. Он работает с российскими ожиданиями. Причем довольно эффективно: обсуждение его слов начинает менять поведение людей независимо от того, насколько достоверны исходные сведения.

Это уже не просто пропагандистская война в привычном понимании. Это борьба за то, какая сторона будет определять ожидания российского общества относительно ближайшего будущего.

Москва в этой ситуации оказывается в невыгодном положении. Любое официальное опровержение может быть прочитано как косвенное подтверждение того, что вопрос вообще существует. Молчание работает еще хуже. А если после выборов действительно последуют какие-либо решения по увеличению набора в армию, нынешняя очередь на Ларсе задним числом будет выглядеть как ранний индикатор.

Есть и еще одна неприятная деталь.

В 2022 г. Верхний Ларс стал символом реакции общества на уже объявленную мобилизацию. Теперь он может стать символом реакции на ожидание мобилизации. Если это действительно происходит, значит, власти еще до объявления каких-либо решений сталкиваются с дефицитом доверия к собственной информационной политике.

Продолжение 👇