Ну что ж, добро пожаловать в классический восточноевропейский (или, если угодно, южнокавказский) политический театр, где декорации меняются, а реквизит остаётся прежним: аресты за сутки до голосования, туманные обвинения от ЦИК и обязательный, как восход солнца, «русский след».
Если посмотреть на предвыборный пейзаж в Армении без лишних эмоций, картина вырисовывается до боли знакомая. Пашинян, который когда-то сам пришел к власти на волне уличной демократии, сегодня вовсю использует тот самый административный ресурс, против которого когда-то боролся. И делает это с грацией опытного номенклатурщика.

Самый изящный маркер этой кампании — отказ ЦИК снять «Сильную Армению» с выборов по требованию провластных сателлитов. Семь членов комиссии единогласно сказали «нет». Почему?

Если вы полностью снимете партию Карапетяна с дистанции, вы превратите её в мучеников, обнулите легитимность собственных выборов в глазах Запада и толкнете людей на улицу.

Гораздо выгоднее оставить их в бюллетенях, но максимально обескровить: лидера — под домашний арест, ключевых активистов — в СИЗО, спонсоров — под подозрение в непрозрачном финансировании. И пускай они наберут свои условные 8%, которые ни на что не влияют, зато выборы можно будет назвать «конкурентными».

Москва в этой ситуации выглядит предсказуемо неуклюже. Ставка на классического «своего олигарха» с понятным бэкграундом в очередной раз бьет по самой России. В эпоху, когда Кремль занят совсем другими фронтами, такая поддержка скорее токсична, чем полезна. Пашинян это прекрасно понимает и разыгрывает карту «защиты суверенитета» на все сто.

В воскресенье армяне пойдут голосовать не столько за мир с Азербайджаном или за программы партий, сколько против худшего, на их взгляд, сценария. Пашинян продает им стабильность через страх перед новой войной и «рукой Кремля». И, судя по цифрам, этот горький товар снова купят — просто потому, что альтернатива в лице подследственного миллиардера выглядит для большинства еще менее заманчиво. Электоральная демократия постсоветского разлива в своём лучшем, циничном исполнении.