К середине мая ситуация уже была весьма взрывоопасной, миллионы экзаменуемых и их родственников требовали крови министра образования Дхармендры Прадхана. Ко всему этому добавилось неумение отдельных судей Верховного суда держать при себе свои ценные взгляды — в общем, к середине мая протест созрел, а его официальным представителем стала «Тараканья партия» Абхиджита Дипке. Впрочем, почти сразу у недовольных появился более серьёзный лидер по имени Сонам Вангчук

Выходец из Ладакха, он начинал свою политическую карьеру в движении за автономию региона. Это движение во многом тоже возникло из-за проблем с образованием — тибетоязычные школьники в Ладакхе должны были давать экзамены на урду, официальном языке Джамму и Кашмира. Для индусских националистов в 1990-ые гг. ладакхские автономисты были естественными союзниками — во-первых, это был удар по особому статусу Кашмира, во-вторых, правые вообще традиционно декларировали нежные чувства к Тибету и окрестностям.

Сонам Вангчук постепенно стал человеком, известным далеко за пределами Индии благодаря образовательным инициативам, проектам по сохранению экосистемы Ладакха, развитию альтернативных источников энергии и прочим модным вещам. Многие ладакхские автономисты вступили в БДП, но Вангчук всегда был в лучшем случае попутчиком. И пути его с БДП окончательно разошлись после 2019 года, когда выяснилось, что прав штата Ладакху никто давать не собирается.

В последние годы Вангчук возглавлял антиправительственные протесты в родном Ладакхе, регулярно арестовывался. А сейчас присоединился к студенческому движению, начав 28 июня в Дели голодовку протеста, требуя отставки министра образования.

Дальше всё завертелось: лидеры оппозиции, почувствовав, что дело перспективное, зачастили в лагерь протестующих, были столкновения с полицией, международная огласка — сегодня Дхармендра Прадхан подал в отставку. Этот бой против Моди протестующие выиграли.

(Далее попробую объяснить, почему Моди всё равно ничего не угрожает)