Возникает ещё одна проблема: как бы нам сделать так, чтобы писать не только про высококастовых индусов с британским образованием? Ведь есть ещё огромное количество людей, про которых мы знаем гораздо меньше исключительно потому, что они про себя не писали — крестьяне, представители низших каст, женщины. Ну или три в одном: низкокастовые женщины из сельской местности.

Стоп, админ, ты же ничего нового не говоришь, просто начинаешь нам пересказывать положения школы Subaltern Studies — самого модного из того, что появилось в индийской гуманитарной науке за последние десятилетия. Ранаджит Гуха, Партха Чаттерджи, неограмшианство всякое.

Так скажут наши прошаренные читатели и будут полностью правы — в нашей книге вообще ничего нового не планируется. Но наработки про субалтернов мы действительно используем, попытавшись дать голос тем, кого обычно не очень замечают. Но к оптике школы у нас есть вопросы. И дело даже не в том, что от имени субалтернов обычно говорят образованнейшие бенгальские брахманы, переехавшие в Калифорнию или Нью-Йорк любой заговоривший субалтерн автоматически субалтерном быть прекращает. Дело в том, что мы не согласны с тем, что эти самые «молчащие» группы следует искать в горных деревнях или хотя бы в городских трущобах. Нам кажется, что колониальные чиновники-индийцы — это тоже в некотором роде субалтерны. Равно и индийские предприниматели. Равно и бескрайний мир княжеской Индии. Равно и первые индийские феминистки. Да иными словами всё, что за пределами Индийского национального конгресса.