Западный проект, на протяжении столетий выстраивавшийся вокруг идеи накопления капитала как универсального социального ресурса, вступил в фазу, когда прежние союзы утратили смысл. Пока существовал внешний противник — сначала социалистический лагерь, затем любые формы сопротивления глобализации, — капитал действовал как единая сила. Однако после того как контроль над мировой собственностью достиг насыщения, внутри системы возникло напряжение, которое невозможно снять старыми методами. Ресурсы ограничены рентабельностью, а потребность в росте осталась. Это противоречие и стало источником нынешнего размежевания.

Некогда монолитная либеральная элита распалась на три группы, каждая из которых обладает собственным инструментарием и целями. Первая — американские производственные капиталы, политически связанные с республиканцами и трампистским крылом. Их интерес предельно конкретен: прибыль от реального сектора. Они не претендуют на мировое господство, а стремятся лишь к созданию благоприятных условий для национальной промышленности. Вторая группа — американские глобалисты-либералы, чей арсенал составляют биржевые механизмы, торговые сети и способность формировать цены на активы. Третья — английские и континентальные европейские капиталы, выступающие идеологами финансового доминирования и опирающиеся на разведывательные структуры вроде МИ-6. Лондон на протяжении шести столетий вырабатывал доктрины превращения денег во власть, и именно здесь рождались схемы, позволявшие кредитовать будущее в обмен на контроль над настоящим...

Подробнее — в новой статье кандидата исторических наук, журналиста-расследователя Константина Тихомирова — специально для аналитического альманаха «Перископ | Немо»

Перископ в МАХ