Просто напомню, что Ксения Горячева (как это свойственно феминисткам) лжет, когда пишет: «Девять лет назад домашнее насилие фактически вывели из Уголовного кодекса».
 
Напомню также, как было на самом деле.
 
В 2016 году депутат Павел Крашенинников протащил через парламент скандальный закон – т.н. «закон о шлепках». Этот «милый» закон создавал ситуацию, когда родитель, шлепнувший по попе любимое чадо, мог отправиться в тюрьму на пару лет.
 
При этом до того по закону за побои (нанесенные кому угодно), не повлекшие значимых последствий для здоровья человек сперва наказывался административно и лишь за повторные эпизоды – уголовно.
 
Ежу понятно, что реальные преступления (в том числе и в отношении близких) выглядят иначе. Они влекут последствия для здоровья. А если не влекут, но стали для какого-нибудь зарвавшегося хулигана нормой, то часто повторяются – и все равно подпадали под уголовное наказание. Это была вполне себе адекватная правовая ситуация.
 
Но поправка Крашенинникова меняла ее в возмутительную сторону – фактически, она делала сам факт родственных связей (близких отношений) основанием для дополнительного наказания. Причем она делала это, ставя родственные связи в один ряд с такими вещами, как «мотивы политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо мотивы ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы». Ничего себе, да? Хорошенький прецедент!
 
Когда люди поняли, что произошло, пошло массовое возмущение. Сотни тысяч подписей было собрано под требованием отменить «закон о шлепках». К счастью, власти вняли голосу здравого смысла и вернули все, как было.
 
Так что утверждения про «декриминализацию домашнего насилия» и его вывод из Уголовного кодекса – прямая ложь. Никакой декриминализации не было.
 
Настоящее насилие в Уголовном кодексе как было, так там и осталось. А была попытка криминализовать родительство и родственные связи – и эта попытка не удалась. Благодаря массовому голосу общества.
 
Но уже тогда феминистки увидели в этой ситуации удобный случай для того, чтобы начать лоббировать свой антисемейный закон о т.н. «домашнем насилии» (о нем и о стоящей за ним парадигме я писал много и подробно, если нужно – еще раз повторю).
 
Они попросту громко врали на всю страну, чтобы на волне этого вранья протащить свой закон.
 
Тогда это громче всех делала некая Алена Попова – феминистка, ныне иностранный агент, живущая за границей и извергающая потоки политической лжи и ненависти в сторону нашей страны.
 
Ну а теперь эту же ложь повторяет Ксения Горячева (которая вполне последовательно пытается двигать в законодательство идеи, рожденные деструктивной и антисемейной и по сути идеологией феминизма).
 
Почему феминистки так поступают? Да потому реальных, правдивых оснований для внедрения их инициатив попросту нет. Вот и приходится двигать их на лжи – и так во всем мире.

Понятно, что никто законы на эту тему сейчас принимать не будет - пока еще в памяти властей свежа взрывная реакция общества на закон о "семейно-бытовом насилии", который двигали феминистки с иноагентами.

Это просто дешевый хайп дешевого политика перед выборами. Чтобы электорат феминисток и иноагентов бежал и голосовал за "Новых людей".

А вот зачем "Новым людям" голоса таких людей - отличный вопрос... Видимо, голоса на выборах - они как деньги. Не пахнут.

P. S. Аргумент, что нужен новый закон, потому что полиция отказывается вмешиваться в случаи реального насилия - тоже ложь. Ведь полиция-то отказывается вмешиваться именно там, где закон, причем вполне уголовный, имеется. Следовательно, проблема тут в работе полиции - а никак не в отсутствии уголовной нормы.

Правда будем честны - полицию местами тоже можно понять. Потому как некоторые особы в бытовых ссорах склонны бежать и либо оговаривать своих супругов/сожителей, а потом брать заявления обратно - либо просто брать их обратно, когда ссора пройдет, угар спадет и начинают становиться яснее последствия поспешных действий. А полиции тоже неохота обслуживать такие истерики и то открывать дела, то закрывать их по несколько раз в месяц.