Допустим, вы ребенку задаете вопрос, таскал ли он конфеты из вазочки. И в ответ слышите:

«Мама, я не брал этих конфет. И вообще, Петя и Лизка взяли гораздо больше!».

Ваши выводы? 😊

А вот вчерашнее из интервью замглавы президентской администрации Орешкина. Просто сравним:

«Те цифры, которые мы видим по отрицательному эффекту экономической динамики, они не связаны с этим фактором. Есть другие, гораздо более значимые факторы, которые оказывают влияние на экономику».

Правда, похоже?

«Не связаны» и «более значимые факторы» – это явный логический диссонанс. Слово «более» тут предполагает вполне определенный ход мысли «за кадром». Примерно такой, как выше в примере с ребенком и конфетами.

Впрочем, важно даже не это. Показательнее медиа-эффект: именно это отрицание связи серьезных экономических проблем с ограничениями интернета немедленно оказалось повсюду в заголовках. Таких заголовков чуть ли не больше, чем просто про то, что были признаны серьезные экономические проблемы.

Теперь немного психологии: доверия такое отрицание отнюдь не вызовет. Множество людей видят своими глазами, что их личное экономическое благополучие – или их работодателей, родственников, друзей или знакомых – очень даже сильно подрывается абсурдной интернет-политикой.

А когда люди видят это своими глазами, а потом слышат отрицание «сверху», как будет все работать?

Правильно. Мысли про наличие здесь проблемы сразу серьезно усиливаются. И к ним добавляется убеждение, что государство топорно врет и отрицает реальность. И обе эти мысли прочно закрепляются в сознании.

Причем у экономических проблем, разумеется, действительно есть и другие серьезные причины тоже. Но вот как раз-таки об этом никто уже особо думать и не станет.

Могу лишь поздравить спикера с тем, что к абсурдным и вредным решениям в сфере интернета традиционно добавилась совершенно бездарная пиар-коммуникация «сверху».

Или не бездарная – но только если именно такой эффект и планировался.